Welcome to our forum! / Добро пожаловать на наш форум!

Уважаемые форумчане - сообшения можно писать на русском или английском языках. Пользуйтесь, пожалуйста, встроенным переводчиком Google.

Наш форум имеет общую авторизацию с интернет-магазином. При регистрации в интернет-магазине посетитель автоматически регистрируется на форуме. Для полноценного общения на форуме ему не нужно повторно заполнять данные о себе и проходить процедуру регистрации. При желании покупатель может отредактировать данные о себе в профиле форума, сменить ник, email, добавить аватар, подпись и т.д.

 

Dear visitors of the forum - messages while driving, you can write in English. Please use the integrated machine translator Google.

Our forum has a general authorization with an online store. When registering in the online store, the visitor is automatically registered on the forum. For full communication on the forum does not need to re-fill the data about yourself and pass the registration procedure. If desired, the buyer can edit the information about himself in the profile of the forum, change the nickname, email, add an avatar, signature, etc.

Forum
You are not logged in!      [ LOGIN ] or [ REGISTER ]
Forum » XVIII century / XVIII век » Thread: UNIFORM CLOTHING NAVAL UNDER PETER I -- Page 1  Jump To: 


Sender Message
Николай
Registered User




From: Воронеж
Messages: 1498

 UNIFORM CLOTHING NAVAL UNDER PETER I
Sent: 07-04-2013 01:17
 
ФОРМЕННАЯ ФЛОТСКАЯ ОДЕЖДА ПРИ ПЕТРЕ I

ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ • № 11 -2012

Полноценные сведения o том, как одевались служители и солдаты Русского военно-морского флота (ВМФ) в исследуемое время (20-е годы XVIII в.), дают исторические источники петровской поры. Вместе с тем пользоваться ими нужно внимательно, поскольку они многочисленны и различны по жанру и происхождению. Среди них важное место занимают не только царские указы или бумаги видных царских чинов Ф.М. Апраксина и А.Д. Меншикова, но и делопроизводство отдельных структур морского ведомства. К числу последних относятся управленческие конторы и канцелярии, имевшие непосредственное отношение к вопросам жизнедеятельности флота, в том числе и мундирному обеспечению.

С образованием Адмиралтейств-коллегии (1718 г.) управление ВМФ стало постепенно приобретать большую упорядоченность и централизованность. Одним из проявлений этих тенденций явилось учреждение (1721 г.) контрольной («контролерской») конторы, призванной осуществлять «надзор» за качеством закупавшихся и доставлявшихся на корабли, суда и в части морской пехоты различных «припасов», включая и форменную одежду. В ходе Северной войны (1700—1721 гг.) они поступали на флот без особого «разбора», поэтому качество их нередко оставляло желать лучшего. Однако положение стало меняться с началом деятельности «контролёрского» органа, а особенности его функций во многом объясняет сосредоточение в «конторских запасниках» массива документов большинства адмиралтейских подразделений. Чтобы освидетельствовать те или иные востребованные на флоте предметы, необходимо было иметь информацию об их номенклатуре, количестве, подрядах, ценах и пр., поэтому делопроизводство означенной конторы содержало разнообразные сведения о разных флотских «обиходных изделиях». Их список выглядел весьма значительно: канцелярские перья, карандаши, железные печи, медные циркули, лосиная кожа, флаги и парусина, полотна, простыни, холст и одеяла, сахар, сукна, готовое мундирное платье и многое другое (1).



Костюм матросского типа

Подобные адмиралтейские службы возглавляли, как правило, штаб- или обер-офицеры, под началом которых состояли канцеляристы, подканцеляристы, копиисты из числа нижних морских и солдатских чинов, обученных грамоте. Контрольная контора в этом смысле не была исключением, однако здесь имелась и своя специфика, связанная с основной функцией — осмотром «припасов», которым Пётр I придавал особое значение. Следствием этого явилось активное привлечение к деятельности конторы проверяющих, то есть «браковщиков» (купцы, назначенные Главным магистратом для освидетельствования закупок; вахтёры «магазейнов», где хранились различные предметы флотского обихода; морские чины), в том числе комиссары Адмиралтейств-коллегии и Военной коллегии. Присутствие последних объяснялось тем, что с 1720 года мундирное платье для флота должен был поставлять в первую очередь Главный (сухопутный) кригс-комиссариат, представители которого участвовали в заключении подрядов на изготовление морского гардероба, занимались соответствующими закупками и пр. На практике, однако, быстро выяснилось, что военное ведомство не спешило пополнять мундирными вещами адмиралтейские «ма-газейны» (на первых порах морскому ведомству предоставлялась возможность на 50 проц. самому удовлетворять свои нужды в мундирном обеспечении). Такая ситуация сохранялась вплоть до 1724 года, когда решение мундирных вопросов вновь было передано Адмиралтейству в полном объёме.

Данные о морском форменном костюме петровского времени фиксировались в основном в уставных документах за разные годы, начиная с 1718-го, и представляли достаточно полную, но далеко не исчерпывающую информацию об облике первых русских военных моряков. Это объясняется многими причинами, связанными с издержками вещевого снабжения флота вообще и мундирного в частности. Недостаток финансов и соответствующих промышленных мощностей не позволял стабильно обеспечивать экипажи кораблей и судов, а также морских солдат форменной одеждой регламентных цветов даже несмотря на то, что численность личного состава была сравнительно невелика. Может быть в связи с этим в конце Северной войны и сразу после неё Пётр I неоднократно определял всё новые и новые нормы мундирного довольствия для флотских нижних чинов, поскольку ситуация в этой сфере была достаточно изменчивой. На служащих контрольной конторы нередко выпадала неблагодарная функция — освидетельствовать мундирные вещи, далёкие от образцовых, учреждавшихся Главным комиссариатом и Адмиралтейством. Так как подобных несоответствий хватало, то приходилось закрывать глаза на «неуставные» цвета сукна или готовых мундиров, а также на дефекты в их изготовлении (2).

Негативно сказывалась «ответственность» за гардероб морских чинов, как уже отмечалось, одновременно двух ведомств, которые привлекали множество своих подразделений, что приводило к основательной путанице. Разбираться во всём этом приходилось служащим контрольной конторы, комиссарам, «браковщикам», а иногда и вахтёрам вещевых «магазейнов».

Из-за дефицита предметов обмундирования предписывалось принимать «в роздачу» даже то, что изначально не соответствовало адмиралтейским образцам. На корабли могли отправить, например, «плохие» сапоги или чулки, которые были заметно короче требуемых. Однако если такого рода брак оказывался чрезмерным, то башмаки или кафтаны не принимались, а с купцов-подрядчиков взыскивали неустойку (3). Бывали случаи, когда купцы-«браковщики» не могли определить качество вещей, так как ими не торговали, в связи с чем Главный магистрат вынужден был подыскивать «знающих людей» нужного профиля (обычно приглашалось не более двух сведущих купцов) (4). Вместе с комиссарами, вахтёрами, адмиралтейскими и армейскими офицерами они осматривали доставлявшееся из-за границы сукно, готовые мундиры, купленные в Москве или на Мытном дворе в Санкт-Петербурге, чулки и шляпы, присланные с Липских заводов, канефасные бостроки и кафтаны «аглицких сукон» и прочее (5). По сути, все виды и предметы форменного платья морских нижних чинов подвергались осмотру представителями контрольной конторы. Это касалось также и ограниченных в количестве «мундирных припасов», изначально предназначавшихся для «кратковременного ношёния» и не всегда фиксировавшихся в официальных адмиралтейских предписаниях и царских указах.

На основании осмотра составлялся реестр, в котором указывалось количество привезённых вещей, а также отдельно отмечались те из них, что отличались по своим параметрам и кондициям от установленных образцов. Вот в таких документах и «сохранялось» вс;ё многообразие цветов и материалов, использовавшихся для изготовления форменного платья рядовых и нижних чинов русского флота того времени.

Гардероб морских служителей начал формироваться задолго до его официального, «уставного» учреждения. Ещё перед отправкой «великого посольства» (1697—1698 гг.) Пётр приобрёл комплект «иноземной» шкиперской одежды, который состоял из куртки-бострока (имела распространение в ведущих морских державах с несущественными различиями в каждой), широких штанов и матросской шляпы. Находясь в Голландии, Пётр обзавёлся «морским костюмом», который настолько пришёлся ему по душе, что он распорядился закупить такое платье в Амстердаме для своих приближённых, сопровождавших его.



Шляпа матросская

В первые годы Северной войны одна часть личного состава кораблей и судов была одета в солдатские кафтаны, так как на первых порах матросы набирались из армии, а другая (включая и иностранцев) в бостроки, которые небольшими партиями привозились в Россию из Европы (6). Со временем бостроков появляется всё больше. Они находятся «в пошиве» в портовых швальнях, на Московском суконном дворе, Новгородской парусной фабрике и вскоре становятся основным, а не только рабочим видом одежды плавсостава. Что же касается солдат морской пехоты, то и они облачались в голландские куртки, «определённые в ношение» (1717—1718 гг.). Кроме того, матросы, не говоря о морских пехотинцах, имели кафтаны, которые им закупались с первых лет существования флота. Гардероб морских и адмиралтейских служителей дополняли шерстяные и валяные шляпы, чулки, башмаки (тупоносые и остроносые), сапоги (в том числе и драгунские), камзолы, рукавицы, упоки, шубы, вареги, рубахи с портами, а также галстуки и штаны армейского образца. «Щёт» всему этому вёл контролёр, основываясь на данных конторы генерал-кригс-комиссара и нередко внося в эти сведения свои коррективы уже после проверки привезённых товаров.

В повседневной жизни, как уже отмечалось, служащие контрольной конторы и те, кто участвовал в осмотре мундирных вещей, сталкивались с такими экземплярами, которые могли считаться едва ли не штучными, поскольку партии их были весьма невелики. После войны, продолжавшейся более 20 лет, финансы были истощены, и в условиях нехватки сукна и готового мундирного платья (если не считать большого числа трофейных шведских кафтанов) закупалось нередко не то, что было предписано «сверху», а что было возможно. Во многом в связи с этим использовалось большое число разноцветных материалов (тик, стамед, каразея, сукно и прочее), шедших на изготовление гардероба морских служителей. Иногда нехватка мастеров соответствующей квалификации также вносила определённые изменения в «уставной» облик петровских моряков. Например, в 1723—1724 гг. было решено несколько видоизменить поярковые и шерстяные матросские шляпы, сделав их менее плоскими, с тем чтобы закрывать уши. Изготовлялись они для флота в России, преимущественно на Липских заводах, где и выяснилось, что требуемые образцы (их было три, в том числе голландский и немецкий) там изготовить не могут, поскольку на заводе нет соответствующих специалистов (7). В конечном итоге пришлось на время довольствоваться теми головными уборами, которые имелись в наличии. Таким образом, контролёры одноимённой конторы, а также вахтёры мундирных «магазейнов» нередко принимали не образцовые вещи, а только более-менее приближённые к ним или совсем отличавшиеся. Поэтому на флоте наблюдался такой же «парад» мундирных предметов, как и в армии, ибо во многом причины этого были схожими.

Основой повседневной одежды морских служителей являлся, как уже отмечалось, бострок. По большей части это были канефасные (парусиновые), сермяжные, тиковые куртки, неоднократно упоминаемые в уставных документах. В практике же флотских поставок в начале 1720-х годов фигурирует значительно большая номенклатура материалов для их пошива, а именно: морским служителям поступали бостроки фрисовые, фламских полотен, «аглицких сукон» разных цветов, триповые, а также байковые и из клавердука (сорт парусины) (8). Здесь необходимо отметить, что часть этих бостроков предназначалась для императорских гребецких команд, но таковых было меньшинство.

Цвет платья хотя и являлся одним из важных элементов в форменной одежде, но в то время он ещё не служил «признаком» различия отдельных эскадр. Здесь многое зависело от поставщиков, среди которых были и иностранцы, в частности англичане. В связи с разными источниками закупок и подрядов тона многих мундирных предметов были далеки от образцовых. Так, фрисовые и суконные бостроки были чёрными, синими, голубыми, а байковые — красными, зелёными, васильковыми. Гребец-кие бостроки, как правило, шились из зелёного стамеда (9). Что же касается кафтанов плавсостава, то они преимущественно были сермяжными, канефасными или суконными василькового или реже зелёного цвета (10). Иногда привозили (в основном из Англии) кафтаны и других расцветок. В известной степени подобное «разноцветье» касалось и штанов, также сшитых из различных материалов. Чулки, едва ли не обязательная часть гардероба «государевых людей», в том числе и на флоте, изготовлялись из шерсти нескольких цветов, среди которых доминировали красный, васильковый, белый и синий (11).

Похожая картина наблюдалась и в обличии морских солдат. Нередко в вещевых табелях частей морской пехоты времён Северной войны присутствовала такая формулировка: «Кафтаны сукон разных цветов». С учётом того, что обмундированием этих подразделений, как и всего флота, занимались морское и сухопутное ведомства, особого порядка, особенно в условиях войны, в этом деле ждать не приходилось. В первые годы после окончания «военной страды» морские пехотинцы получали кафтаны трёх цветов: традиционный зелёный, васильковый и красный (12).

Камзолы выдавались не всегда, но в случаях их «заготовления» чаще всего фигурируют «кафтанные» цвета: чулки морским солдатам поступали тех оттенков, которые имелись в наличии на данный момент; чаще всего они делались из красной, васильковой и серой шерсти. Галстуки были чёрные, белые и из русской синей пестряди (ткань, выработанная из остатков пряжи разного качества).

Перечисленные предметы обмундирования чинов флота поступали нерегулярно и могли быть достаточно легко заменены другими (в это время мундирная регламентация в силу упомянутых выше причин соблюдалась весьма условно).

Таким образом, документация надзиравшей по своим функциям структуры морского ведомства даёт возможность представить многообразие цветов и материалов обмундирования флотских служителей 20-х годов XVIII века, которое далеко не всегда фиксировалось в уставах, мундирных табелях и положениях о форменной одежде.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. 238 Контрольная контора при Адмиралтейств-Коллегии. Oп. 1. Д. 4. Л. 156, 194, 237, 241, 333, 398,456.
2. Там же. Ф. 238. Oп. 1. Д. 4. Л. 309, 450,451,581-749.
3. Там же. Д. 2. Л. 581-587.
4. Там же. Л. 749-753.
5. Там же. Л. 447-451.
6. Милюков П.Н. Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия и реформа Петра Великого. СПб., 1892. С. 80. (Приложение 3).
7. РГА ВМФ. Ф. 186. Oп. 1. Д. 19. Л. 246, 246 об.
8. Тамже. Ф. 238. Оп. 1.Д. 12.Л.87,88.
9. Там же. Л. 2, 30, 50, 52, 56.
10. Там же. Л. 2, 88.
11. Там же. Л. 2 об.
12. Там же.

В.Г.ДАНЧЕНКО

New Products
Russian militant, the 13th century; 75 mm
Russian militant, the 13th century; 75 mm
$ 16.74
Russian druzhinnik, the 13th century; 75 mm
Russian druzhinnik, the 13th century; 75 mm
$ 16.74
Teutonic crossbowman, 13th century; 75 mm
Teutonic crossbowman, 13th century; 75 mm
$ 16.75

Statistics

Currently Online: 3 Guests
Total number of messages: 2784
Total number of topics: 301
Total number of registered users: 908
This page was built together in: 0.0627 seconds

Copyright © 2009 7910 e-commerce