Welcome to our forum! / Добро пожаловать на наш форум!

Уважаемые форумчане - сообшения можно писать на русском или английском языках. Пользуйтесь, пожалуйста, встроенным переводчиком Google.

Наш форум имеет общую авторизацию с интернет-магазином. При регистрации в интернет-магазине посетитель автоматически регистрируется на форуме. Для полноценного общения на форуме ему не нужно повторно заполнять данные о себе и проходить процедуру регистрации. При желании покупатель может отредактировать данные о себе в профиле форума, сменить ник, email, добавить аватар, подпись и т.д.

 

Dear visitors of the forum - messages while driving, you can write in English. Please use the integrated machine translator Google.

Our forum has a general authorization with an online store. When registering in the online store, the visitor is automatically registered on the forum. For full communication on the forum does not need to re-fill the data about yourself and pass the registration procedure. If desired, the buyer can edit the information about himself in the profile of the forum, change the nickname, email, add an avatar, signature, etc.

Forum
You are not logged in!      [ LOGIN ] or [ REGISTER ]
Forum » Armies of an epoch of the Renaissance / Армии эпохи Ренессанса » Thread: Polish Hussars 1500-1776 -- Page 1  Jump To: 


Sender Message
Cuprum
Message Maniac


From: Барнаул
Messages: 795

 Polish Hussars 1500-1776
Sent: 20-09-2012 13:05
 
Журнал "Орел" №3, 1993 г.


Автор: АНАТОЛИЙ СОЛДАТЕНКО

ПОЛЬСКАЯ ГУСАРИЯ 1500-1776 гг.

У большинства наших читателей слово "гycap" ассоциируется прежде всего с русскими гусарами времен наполеоновских войн, именно этот род конницы покрыл себя легендарной славой. Совсем мало известно о гycapax армий дpyгиx стран, хотя они составляли значительную часть конницы великих держав Европы. В Австрии первый регулярный гусарский полк был сформирован еще в 1688 г. Первое упоминание о гycapax во Франции относится к 1693 г. В Пруссии при восшествии на трон Фридриха Великого в 1740 г. было всего два гусарских полка, а к концу его правления —уже десять. Позже, в 1806 г., гусарские формирования появились в Англии. Россия также не осталась в стороне. Впервые гусары как войско иноземного строя упоминаются у нас уже в 1634 г. Петровский генерал Питер Гордон отметил в своем дневнике три гусарские роты среди участников знаменитого потешного Кожуховского похода 1694 г. Однако постоянной силой в русской армии гycapы стали лишь с 1723 г., когда по указу Петра I на окраинных землях формируются гусарские полки из австрийских сербов. Их задачей являлась охрана южных границ России от крымчаков и турок.




"Образ польского солдата". Гравюра из книги Войцеха Раковского "Призыв к благородным сынам Короны Польской на военную службу", 1620 г. Рис. О. Сокруто.
Под шкурой, наброшенной на плечи и спину гусара, угадывается кольчужный панцырь с длинными рукавами. На голове - шлем-капелина с крылом. Гусар вооружен типичным копьем с шаром у рукояти и прапорцем под железцем. Сбоку видны ножны кончара.

"The image of the Polish soldier." Engraving from book Wojciech Rakovski "Appeal to noble sons of the Polish Crown for military service", 1620. Fig. O. Sokruto.
Under the skin thrown over the shoulders and back hussar guessed mail armor with long sleeves. On his head - helmet kapelina the wing. Hussars armed typical spear with the ball at the handle and "praporets" under the spear point. Side visible sheath konchar.


Первые гусары появились в Венгрии. Еще в 1458 г. венгерский король Матиаш Корвин для борьбы с турками формировал легкие гусарские роты. Вслед зa Венгрией гусары появились в Польше. Здесь они упоминаются с 1500 г. С этого времени и начинается история польской гусарии, порой легендарная, приписывающая ей как постоянный успех в любом бою с врагами Отчизны, так и нечто противоположное - вину в развале Польского государства. Как бы там ни было, польская гусария — явление уникальное в военной истории Европы.

Рождение гусарии в Польше было обусловлено географическим и внешнеполитическим положением страны. Юго-восточные границы Короны Польской простирались до владений Османской империи. В 1498 г. турецкое войско дважды нападало на приграничные земли Полыши. Но турки станут ее основным противником позже. Пока же значительно больше неприятностей на юге доставляли вассалы Турции — Молдавия и, особенно, крымские татары. Крымчаки опустошали принадлежавшие Короне Польской Подолье и Червоную Русь. Не щадили они и Малую Польшу, татарские орды доходили порой до Сандомира и Люблина. Еще большие опустошения крымские татары приносили землям Великого княжества Литовского, с которым Польша находилась в династической унии и часто оказывала ему союзническую военную помощь.




Бой гусара с турком. Гравюра из книги Адама Чахровского "Разные вещи...", 1598 г.
Гусар (справа) вооружен копьем, саблей, кончаром или палашом, прикрепленным к седлу. Видна кираса, составленная из узких горизонтальных пластин ("венгерская грудь"), голову защищает шишак с плюмажем. К тарчу прикреплено крыло. Конь покрыт шкурой леопарда(?), под горлом виден бунчук. Обращает на себя внимание доспех противника-турка, который явно западноевропейского типа, что едва ли могло иметь место.

Fight Hussar with a Turk. Engraving from the book of Adam Chahrovsky "Different things ...", 1598
Hussars (right) armed with a spear, saber, Konchar or broadsword attached to the saddle. Visible cuirass composed of narrow horizontal plates ("Hungarian breast"), head protects the Shishak with a plume. Tarchen attached to the wing. The horse covered with leopard skin(?), Under the throat visible horsetail. Attention is drawn to the enemy's armor, a Turk, who is clearly the West European type, which could hardly be the case.


С конца XV в. у Литвы появился еше один грозный враг — Московское государство. Освободившись от татарского ига, окрепшая Москва занялась сбором русских земель, прежде всего западных, входивших в состав Литовского княжества. Литва далеко не всегда была в состоянии дать отпор московским притязаниям. И тогда Польша вновь вынужденно вмешивалась в борьбу двух восточно-европейских колоссов.

Войско польское до XVI в. было типичным для любой европейской страны. Его основу со-ставляли рыцари, облаченные в полный доспех и вооруженные копьем и мечом. В польских документах той поры их называли "копийниками". Но "стрельцов" в легком доспехе с луком или арбалетом в коннице было больше. Такая конница успешно действовала на западном военном театре. С ее помощью было подорвано могущество Тевтонского Ордена. Однако войско оказывалось бессильным в борьбе с мобильными, легко вооруженными отрядами восточного противника. Столкновения происходили на больших малонаселенных пространствах, при отсутствии дорог, часто без возможности пополнения запасов провианта. Во время многодневных походов доспехи и оружие перевозили в обозах. Внезапные нападения летучих отрядов неприятеля по сути оставляли рыцарей беззащитными. Яркий пример — катастрофа 1497 г. на Буковине. Возвращавшиеся после неудачной осады молдавской столицы польские воины продвигались лесными оврагами. Внезапно они были атакованы молдавской конницей и почти полностью истреблены.




Гусарский тарч. XVI в., Эрмитаж.
Деревянный щит обтянут пергаментом. Внешняя сторона расписана, в данном случае изображено крыло, опирающееся на лапу. Первоначально к тарчу прикрепляли оригинальное крыло.

Hussar Tarchen. XVI century., Hermitage.
Wooden board covered with parchment. The outer side is painted in this case shows the wing, which is based on the paw. Initially attached to the present Tarchen wing.


Для военных действий на юге и востоке требовалось иное войско и иная организация обороны. И начале XVI в. была создана "оброна поточна", суть которой заключалась в содержании постоянных отрядов на юго-восточных границах. Они должны были быть мобильными, обладать опытом борьбы с восточным противником, знать его тактику. Таким войском и стала гусария. Легкие гусары наиболее полно отвечали условиям войны на юго-восточных рубежах.

Поляки обратили внимание на венгерских гycap. Это произошло в тот период, когда между Польшей и Венгрией установились династические связи. Престол Чехии и Венгрии занимал Владислав Ягеллончик, родной брат трех польских королей: Яна Ольбрахта (1492—1501), Александра (1501—1506) и Сигизмунда I (1506—1548), последовательно сменявших друг друга на польско-литовском троне. Первым, около 1500 г. , стал вербовать гусар Петр Мышковский, руководивший "оброной поточной". Это были сербы - выходцы из Далмации и части Сербии, принадлежавших венгерской короне. Именно они стали первыми гусарами на польской службе.

Существуют две версии, объясняющие этимологию названия этого рода конницы. Согласно одной из них, венгерский король Матиаш Корвин, создавая конные формирования для зашиты от турок, постановил призывать в них одного от каждых двадцати дворян, которые в свою очередь должны были оплачивать расходы на содержание призванного и его военной прислуги. Отсюда и происхождение слова "гусар": от соединения двух венгерских слов — "хус" (двадцать) и "ар" (цена, плата). По другой версии — это слово сербского происхождения, и означает "разбойник". В современном сербском языке слово "гусар" сохранилось в значении "пират, корсар". И та, и другая версии вполне правдоподобны. Для Польши вторая может быть даже более убедительна, если принять во внимание, что в сохранившихся документах того времени среди гусар упоминаются в первую очередь рацы (сербы). Сохранились некоторые имена гусар начала XVI в.: "Андрых-гусар, Кацпер Чекель, Вацлав Любич "со товарищи", Михал-rycap "со товарищи", Лукаш-rycap "со товарищи". Польский хронист XVI в. Мачей Стрыйковский писал: "Итак, король Александр, приехав из Литвы, созвал рыцарство Короны Польской на генеральный сейм в Люблин в день св. Шимона Иуды. На нем совещались о Покуте, которую присвоил себе валашский воевода Стефан, и постановили тогда служить обычаем рацким, или гусарским — с древом и тарчем. Этих солдат король Александр весной будущего 1504 г. послал в Валахию". Марчин Бельский в трактате "Рыцарское дело", изданном в 1569 г., также упоминает рацов: "Paци, из славянского народа, пришли в Польшу во времена короля Людовика (т.е. в XIV в., что является явной ошибкой Бельского — прим. А.С.). Они принесли в Польшу солдатскую службу с тарчем и древом..." Впрочем, среди первых гусар были не только сербы, как Вацлав Любич, но и мадьяры. Например, Кацпер Чекель, безусловно, принадлежал к мадьярской этнической группе секлеров, называемых в Венгрии "чекелями", и приживающих в Трансильвании. Вероятно, очень скоро гусария "ополячилась", и службу в ней стали нести уроженцы Речи Посполитой. По этому поводу тот же Бельский писал: "...Раньше наши ездили только с арбалетом, который натягивали, имея у пояса крюк и наклонившись с седла, а арбалет за ногу зацепив. К тому же они имели рогатину, которую, привязав к луке, волочили у коня, поэтому она называется "влочня". Это и было старинное собственно польское оружие, которое наши бросили и взялись за древо."




Гусарские прапорцы (по иконографическим источникам ок. 1605 г.)
Иностранные писатели XVII в. утверждали, что прапорцы на копьях достигавших 3,5-4 м, во время гусарской атаки издавали сильный и необычный шум, а также "застилали глаза неприятельским коням", от чего последние пугались и ломали строй. Прапорцы имели, как правило, те же цвета и изображения, что и ротная и полковая хоругвь.

Hussar praporets (on iconographic sources about 1605)
Foreign writers XVII century asserted that praporets on spears reaches 3.5-4 m, while hussar attack gave off a strong and unusual noise, as well as "veiled eyes enemy horses", from which the latter were frightened and broken system. Praporets were usually the same colors and images that company and regimental banner.


Бельский ясно указывает, что первое, чем отличались гусары от бывшей ранее легкой стрелецкой конницы, это оружие. Гусары имели щит-тарч и "древо" - копье, конструктивно отличавшееся от копья, применявшегося в тяжелой коннице, и от стрелецкой рогатины. Польские гусары первоначально почти не отличались от венгерских. В документе, датированном 1515 г., сказано, что прибывший в Вену для встречи с императором Максимилианом польский король привёл 1500 всадников , частично одетых по-венгерски, "которых зовут гусарами. Они шествовали с двухцветными бело-красными знаменами." Гусары из свиты венгерского короля имели те же самые цвета.

Яркое представление о том, как выглядели польские гycapы в первые два десятилетия своего существования, дает картина неизвестного художника "Битва под Оршей", находящаяся сейчас в собрании Национального музея в Варшаве. Это уникальный иконографический источник. Сюжетом для картины послужила знаменитая битва 1514 г. между польско-литовским войском и войском Великого князя Московского Василия III.




Light Hussars 1514. (The picture of the "Battle of Orsha" until 1520 the National Museum in Warsaw).
Illustration by R. Palacios-Fernandez.


Незадолго до битвы Василий III овладел Смоленском, находившимся в границах литовского государства. Литва обратилась за помощъю к Полыше. Союзное тридцатипятитысячное войско, в основном конница, двинулось к Орше. Им командовал великий гетман литовский Константин Острожский. Московское войско, во главе которого стоял боярин Иван Челядин, согласно польским источникам того времени, исчислялось в 80 тыс., причем это была, главным образом, кавалерия.

Сражение закончилось разгромом русской армии, понесшей огромные потери не столько в ходе боя, сколько в результате преследования польско-литовской конницы. Сам Иван Челядин попал в плен.

Kapтина "Битва под Opшей" была написана, по всей вероятности, около 1520 г. Эта датировка, впрочем, оспаривается многими польскими оружиеведами, склонными относить ее к 1515 г. Анонимный мастер подробно выписал доспехи, конское убранство и оружие персонажей. Бeзусловно, не обошлось здесь без преувеличений и некоторой стилизации. Особая ценность полотна как раз в том, что на нем впервые изображены польские гусары, причем во всех важнейших стадиях битвы: при переправе через Днепр, на марше, в атаке и преследовании. Обращает на себя внимание вооружение, прежде всего щиты-тарчи: они асимметричны, некоторые с выемкой в верхней части для упора копья, с расписанной полосами внешней поверхностью. Сохранилось несколько образцов: тарчи делались из дерева и обтягивались пергаментом. На картине у некоторых гусар круглые металлические шиты с острым выступом посередине. Копья изображены такими же, как у тяжелых ''копийников", что, вероятно, означает ошибку художника, поскольку они на протяжении всего существования гусарии имели особую форму и конструкцию. Обязательный атрибут гусарского копья — значок, или "прапорец", на картине — с изображением креста. Гусары были вооружены также саблями венгерского типа, в широких ножнах с серебряным или золоченым прибором, на перевязи с металлическим набором. До XVI в. польская армия экипировалась так же, как и любая западно-европейская. Меч был основным клинковым оружием. Сабли спорадично появляются еше в XV столетии, о чем говорят некоторые иконографические источники, но до широкого применения было еше очень далеко. Гусария стала тем первым польским формированием, в котором этот вид оружия утвердился прочно и с самого начала.




Hussar saddle late XVI - early XVII century. Livrustkammaren, Stockholm.
One of the few remaining seats hussar of the time. Saddle combines both Eastern and European elements. The latter is high and wide rear arch, typical of western knight saddle. Thanks to her rider had enough reliable focus when using spears. Stirrups, belonging to this saddle, often called hussar or Polish. But basically they repeat Tatar stirrups, somewhat modified.

Hussars of the royal retinue. By the engraving of the "Prussian Chronicles" depicting the entrance of King Sigismund II Augustus in Gdansk August 30, 1552
Hussars, following the musicians, armed with spears, at the tip of each - two-color praporets. Tarchen almost completely covers the body rider. Head - hats "magerka."


Головные уборы гусар были весьма разнообразны. Чаще — это шляпа, напоминающая цилиндр, вероятно, из фетра, с золоченой трубкой под плюмаж. У некоторых выступают своеобразные колпаки, венгерские шапки (так называемые "магерки") и т.д. Предполагается, что под шляпами находилась дополнительная зашита в виде металлического или кольчужного чепца. Они одеты в стеганые доломаны, у некоторых виден короткий плащ с длинными рукавами, заброшенными за плечи — прообраз венгерского ментика. Но на начальном этапе гусары практически не использовали оборонительного доспеха. Впрочем, толстые стеганые доломаны выполняли роль мягкого доспеха, распространенного на Востоке и на Руси. Но сохранившиеся до наших дней описания конных рот свидетельствуют, что уже вскоре появились значительные изменения в вооружении гусар: наряду с тарчем и древом в них упоминаются панцырь — кольчужная рубаха — и так называемая пшилбица. Что касается последней, то не совсем ясно, что она из себя представляла, хотя в польских средневековых документах пшилбицей обозначался шлем-басинет, с XIV в. трансформировавшийся в закрытый рыцарский шлем с забралом и входившй в полный доспех. Однако трудно предположить, что гусарская пшилбица и шлем тяжелого "копийника" — одно и то же.

Набор вооружения — панцырь, пшилбица, тарч, древо — был настолько распространен, что польные писари в ротных реестрах обозначали его только начальными буквами. Следует, кстати, оговориться: появление в польском войске гусар еще не означало выделение гусарии в отдельные формирования. Конные роты, или хоругви, того времени отличались весьма пестрым составом (гycap с соответствующим вооружением был облачен в стрелецкий доспех или, названный стрельцом всадник, обладал гусарским набором оружия). Сюда же входили копийники в полных доспехах. Например, рота Ежи Рокитницкого в реестре, составленном в 1528 г. описана так:

Георгиус Рокитницкий о 15 конях:
— (конь) копийничий, добрый, доспех копийничий:
— под слугой (конь) копийничий, ровный:
— (конь) стрелецкий, добрый, доспех стрелецкий:
— (конь) стрелецкий, добрый, п(анцырь), т(арч), д(рево), п(шилбица):
— (конь) стрелецкий, добрый, доспех стрелецкий, пищаль; и т.д.

Такой разнобой в экипировке объясняется системой комплектации конных наемных рот, существовавшей в Польше еще в XV в. и продержавшейся в гусарии вплоть до второй половины XVIII в. Командир будущей роты — ротмистр — на основании грамоты, выданной ему королевской властью, (так называемый лист пшиповедны), нанимал будущих "товарищей" из числа рыцарей-шляхтичей, как правило, служивших с ним.

Каждый "товарищ" был обязан привести с собой в роту "почт" (список), состоящий из нескольких коней и вооруженных слуг. Последние, называемые в документах того времени "почтовыми" (т.е. списочными), "шеренговыми" или "пахолками" (оруженосцами), набирались им из числа собственной дворни либо, если этот "товарищ" принадлежал к богатой шляхте, из мелких, "убогих" шляхтичей. Набор "почта" происходил на добровольной основе. Принуждение здесь было опасно, поскольку от "почтовых" очень часто зависела жизнь их господина. Кроме того, военная служба была весьма выгодным занятием. Экипировка "почта" происходила за счет "товарища", поэтому характер вооружения и величина "почта" зависела от материальных возможностей последнего. В той же роте Рокитницкого "почт" самого ротмистра состоял из 14 коней. Сам он выступал на копийничем коне и в копийничем доспехе. В числе "почтовых" состояли оруженосец, который держал другого коня для своего господина, 11 стрелыцов, четверо из которых имели огнестрельное оружие, а остальные, вероятно, были вооружены арбалетами, и еще два "почтовых" имели гусарское вооружение -"панцирь-пшилбица-тарч-древо". Другие "товарищи" роты имели "почты" от 8 до 1 коня, большинство из "почтовых" были вооружены по-гусарски.

Жалованье, выплачиваемое ротмистру и "товарищам", зависело от величины "почта" каждого и от категории коня. В первой половине XVI в. за копийничего коня платили 10 злотых, за стрелецкого — 6 злотых в квартал. В соответствии с традицией, существовавшей еще в XV в., выплачивалась также своеобразная страховка в случае потери коня или вооружения, при этом paзличали категории коней:

Конь копийный добрый - 15 флоринов (равен злотому)
ровный — 12 флоринов
малый — 10 флоринов
Конь стрелецкий добрый — 7 флоринов
ровный — 6 флоринов
малый — 5 флоринов

Оборонительное вооружение оценивалось следующим образом:

Доспех копийничий (т.е. полный) — 5 флоринов
доспех стрелецкий — 3 флорина
панцырь — 2 флорина
пшилбица — 1 флорин
капелина (род шлема)— 15 грошей (т.е. 1/2 злотого)

Такие подробные реестры вооружения конных рот, в которых указывались даже масть коня и его особые приметы, составлялись для пресечения злоупотреблений и махинаций, весьма распространенных в то время. Артикулы требовали, чтобы обо всех изменениях — гибели или травме коня, его обмене или продаже — каждый "товарищ" своевременно докладывал гетману или ротмистру, а также предъявлял нового коня писарю для внесения новых сведений в реестр. "Но следует знать,-гласит артикул, — что некоторые, имеющие неисправных коней, достают их к описи, а потом, посадив оруженосца на какую-нибудь клячу, вымысливают перед ротмистром отговорки, что конь, мол, охромел, и для смотра так же займет коня, хоть другого, нежели описан (в peеcтpe), перекрасив его под того, которого променял. Чтобы этот злой обычай пресечь... и чтобы никто к государеву убытку хорошего не отдавал, худого получая взамен, не должен никто описанного коня ни обменивать, ни продавать, только с ведома гетмана, чтобы гетман смотрел, годен ли обмениваемый конь так же хорошо на то место, как тот, которого обменяли... А если кто-то на смотре представил иного коня, нежели описанный, то служба ему не засчитывается, и он обячан сразу же вернуть деньги, которые за нее брал, либо сидеть в цепях так долго, покуда их не вернет."

Эти строгие меры должны были содействовать тому, чтобы опытные, привыкшие к бою и строю кони, оставались в pотах. Однако система компенсаций за понесенный ущерб ложилась тяжким бременем на королевскую казну. Поэтому в 1563 г. король Сигизмунд II Август (1548—1572) её ликвидировал, повысив одновременно квартальное жалованье до 15 злотых. Теперь при выплате жалованья уже не придавалось особого значения тому, какого коня и вооружение выставили "товарищи", записываясь в poтy. Последние, конечно, старались снарядить свой "почт" меньшей ценой и в то же время увеличивали количество "почтовых", чтобы получать большее жалованье. Это отрицательно сказывалось на боеспособности роты. Обычно ее состав определялся в 50, 100, редко более, коней. С увеличением "почтов" оставалось меньше вакансий для "товарищей", как правило, опытных воинов, составлявших обычно первую шеренгу боевого порядка, за каждым из которых выстраивался его "почт". Из-за нехватки "товарищей" приходилось ставить на их место "почтовых", менее опытных и хуже вооруженных. Кроме того, многочисленные "почты" увеличивали глубину строя и, следовательно, ухудшали маневренность отряда. Поэтому сеймовые конституции в статьях, касающихся организации наемной конницы, стремились ограничить величину "почта". В 1527 г. число коней "товарища" и его "почта" не должно было превышать восьми. В артикулах 1557 г., которые зачитывались ротмистрам при раздаче жалованья и "кухонных" денег, одна из статей гласила: "Не должны ротмистры принимать и давать позволение своим товарищам на большие почты, никому не послабляя, ибо требуется, чтобы было больше товарищей, достойных и солидных." Очень часто эти требования так и оставались на бумаге.

Уже в XVI в. мы находим свидетельства явления, впоследствии приобретшего массовый характер. Речь идет о "мертвых душах" или, как тогда говорили в Польше, "слепых конях", когда фактическое число коней в роте не соответствовало вписанному в реестр, согласно которому ротмистр получал жалованье и "кухонные" деныги. Например, в 1548 г. в роте Синявского из 100 коней отсутствовало 5, в роте Потоцкого из 156 — 10, в роте Броневского из 50 — 3. Кроме того, становится формальным несение службы, когда шляхтич только числился в роте, на самом же деле оставлял за себя "заместителя". Сеймовая конституция 1527 г. безуспешно требовала, "чтобы товарищи сами, а не через слуг, службу несли."




Hussars wedding motorcade Sigismund III and Constance of Austria. December 4, 1605. Rittmeister and "tovarisch". (The "Stockholm rolls", in 1605, the Royal Castle in Warsaw).
Illustration by R. Palacios-Fernandez.


Словом, польская конница первой половины XVI столетия представляла собой довольно пестрое явление. Столь широкое разнообразие в экипировке и вооружении в обычных наемных ротах не позволяет их определить каким-то одним термином — копийничья, стрелецкая или гусарская. Вероятно, поэтому до реформ Стефана Батория в 1576—1586 гг. название "гусарская рота" встречается редко. Исключение составляли придворные королевские хоругви и роты, содержащиеся при дворах крупных светских и духовных магнатов. Эти роты снаряжались из одного источника и, соответственно, имели определенный состав и вооружение. Так, во время похода Сигизмунда II Августа в Ливонию в июле 1551 г. выступили 1000 гycap королевского двора, 400 — воеводы виленского, 400 — воеводы троцкого, 400 — каштеляна троцкого, 300 — епископа виленского, 800 гусар выставил королевский подчаший и 50 — крайчий. При этом в реестре они перечислены под собственным наименованием — гусары.

В 1572 г. умер последний представитель династии Ягеллонов Сигизмунд Август. За три года до смерти он сумел соединить Польшу и Литву в федеративное государство "Речь Посполитую Обоих Народов". Из Княжества под юрисдикцию Полыши перешла Украина. Некогда могущественный Ливонский Орден перешел под руку Речи Посполитой. Последние магистры Ордена, превратившись в светских герцогов Прусского и Курляндского, находились в ленной зависимости от польско-литовской короны. Польша, получив новые владения в составе Речи Посполитой, обрела новые границы с Крымом, Русским государством и шведскими землями в Прибалтике. Тем самым она приобрела и новых противников, с которыми раньше сталкивалась как союзник Литвы.

После смерти Сигизмунда Августа и короткого правления Генриха Валуа (февраль—июнь 1574), бежавшего во Францию, сейм выбрал королем польским и великим князем литовским трансильванского князя Стефана Батория, мужа Анны Ягеллонки. Период его правления отмечен значительными реформами в военном деле, в том числе и в коннице. В панегирике Баторию, написанном в 1612 г. философом и теологом Анджеем Любинецким, состояние польской кавалерии до реформ короля-венгра описывается следующим образом: "Во-первых, седла на конях были такими высокими, что скрывали оруженосца-мальчика, а еще бывали они окованы бляхой, что весило столько, сколько три нынешних седла. На оруженосце же был панцырь — защита такая, в которой рыцаря можно убить не только копьем, но и нагайкой, и сверх того тарч тяжелый, обычно украшенный крылом или султаном из павлиньего пера, все это великой тяжести, и малейший ветер мог рыцаря замучить и коня осадить. К тому же копья, или древа, были такие тяжелые и большие, с прапорцем аж до рукояти, что весило все это больше, чем теперешних два копья. Иных вещей шутовских, которых польское рыцарство и во время войны и мира по старинке придерживалось, и вспоминать не хочется."

Безусловно, Любинецкий, стремясь показать деяния короля Стефана в наиболее благоприятном свете, сгустил краски. Однако реформы в войске действительно давно назрели. Уже в середине столетия происходили изменения в вооружении конных рот. В реестре роты Николая Потоцкого от 1558 г. читаем:

"(Конь) копийничий, добрый, полукираса, шишак, древо:
(конь) копийничий, добрый, полукираса, шишак, древо:
(конь) копийничий, добрый, оруженосец;
(конь) копийничий, добрый, оруженосец:
(конь) копийничий, добрый, полукираса, шишак, древо:
(конь) копийничий, добрый, полукираса, штурмхауба, древо...
(конь) стрелецкий, добрый, полукираса, штурмак, древо, тарч...
(конь) стрелецкий, добрый, п(анцырь), п(шилбица), т(арч), д(рево)" и т.д.

Наряду с традиционным набором "панцырь-пшилбица-тарч-древо" у многих вместо панцыря появился нагрудник (т.е. полукираса), вместо "пшилбицы" — "штурмак" (или штурмхауба, от нем. Sturmhauben, в нашей терминологии — "Бургиньот") и шишак.




Breastplate Hussars. Poland. First half of the XVII century. Hussar saber. Museum of the Polish Army.




Kapelina Hussar. Poland. 2nd half of the ХVI c.

В реестре 1570 г. роты Каспара Млодавского появляются предметы вооружения, ранее не встречавшиеся в описях: "Каспар Млодавский на крапчатом дрыганце, в доспехе, в панцыре, с саблей, кончаром и булавой. Станислав Илговски на крапчатом дрыганце, в доспехе, в штурмаке, с кончаром, парой рушниц (пара пистолетов—А.С.). (...) Анджей-трубач на палевом валахе, с трубой. Крыштоф Свинярски на светлогнядом дрыганце, в панцире, с саблей, с кончаром. Ян Крашицки на чубаром дрыганце, в панцыре, шишаке, с саблей, с тарчем, с древом" и т.д.

То есть, в этот период в вооружении появляется доспех, который уже не определяют как "копийничий" или "стрелецкий". Ротмистр носил его поверх панцыря. В описи фигурирует кончар — меч с граненым клинком, практически вышедший из употребления на Западе, но все же остававшийся эффективным оружием против войска восточного типа, облаченного в кольчужный доспех. Весьма показательно появление "рушниц" — карабинов и пистолетов, вероятно, с колесными замками. Но еще достаточно много гусар в панцыре, с "тарчем и древом". Весьма большое разнообразие в вооружении встречается у рот, сформированных на территории Княжества Литовского. В реестре от 1 июля 1567 г. роты Филона Кмиты Чарнобыльского значится :

"Почт пана ротмистра в 12 коней. На его месте в почте служебник его Анджей Васильевич Ветрински, в панцыре, пшилбице, с саадаком, саблей, ощепом, под ним светлогнядой валах. Валах серый, оруженосец с хоругвью Стефан Войнилович, панцырь, шишак, сабля, тарч, древо. Валах серый, на нем Гришка Соха с барабанами. Валах серый, служебник Стефан Бурыка, панцырь, пшилбица, саадак, сабля, ощеп. (...) Порутчик Матеуш Волк, 10 коней. Под ним конь серый, на нем панцырь, шишак, сабля, кочар, аркебуза, секирка." и т.д.

Экипировка рот, сформированных на востоке страны, по своему характеру имела много общего с экипировкой соседей — татар и русских. Среди оружия — саадак, т.е. лук в налуче и стрелы в колчане, так называемый ощеп — род рогатины, предназначавшейся изначально для метания. В реестре этой роты впервые появляется поручик — заместитель ротмистра, а также оруженосец с хоругвью — хорунжий.

Таким образом, налицо постепенное преобразование конных, в основе своей гусарских, рот, использовавших ранее минимум оборонительного вооружения, в разряд тяжелой кавалерии с древковым, клинковым и огнестрельным оружием. Процесс этот нарастал по мере того, как на задний план отходила тяжелая рыцарская конница, со времен средневековья традиционно находившаяся на главных ролях в армиях европейских стран. Если еще в 1573 г. в польском войске она составляла менее 8%, то во времена Батория уже почти не появляется. Однако, необходимость в конных формированиях, способных проламывать неприятельские построения на поле боя, не отпала. Тем самым объясняется превращение некогда легкой гусарии в тяжелую. Баторий предпринял попытку урегулировать этот процесс, создать единообразно экипированные гусарские роты. На основании королевского универсала от 23 июня 1576 г. гусария выделялась как отдельный род кавалерии. Приведенный ниже "лист пшиповедны", выданный Стефану Белавскому на наем новой гусарской роты, дает полное представление о том, как формировалась новая гусария:

"Стефан, Божьей милостью король Польши, великий князь и проч. урожденному Стефану Белавскому, старосте крушвицкому, державце больницкому, дворянину нашему, возлюбленному нами, изъявляем милость нашу.

Знаем, что известно Верности Вашей, поскольку требует от нас того нужда Речи Посполитой, устанавливаем по совету и позволению господ советников Королевства новый род постоянного войска при дворе нашем, весьма необходимый для зашиты особы нашей и достоинства их, шишак, железные рукавицы, копье, саблю, меч, называемый кончаром, пистолет при седле, перья же и другие украшения для пышности и устрашения неприятеля в зависимости от склонности каждого.

Все же они должны будут не позднее 6 недель от объявления службы встать на назначенном им месте для осмотра и описи, каждый под своей хоругвью и со своим ротмистром, в окружении, описанном выше. После чего удалятся во двор наш, либо в другое место, куда потребуется, согласно приказа нашего...

Хотим, чтобы часть этого войска, то есть 100 всадников, Верность Ваша наняла. Для чего выдаем эту грамоту за 15 дней перед смотром хоругви Твоей, службу Верности Вашей объявляя. Напоминаем Верности Вашей, чтобы немедленно хоругвь была готова и в означенное время встала при нас, принимая жалование и все oстальноe довольствие на тех условиях, как описано выше.

Ценя заслуги Верности Вашей, милость нашу изъявляем. Дано в Броднице, седьмого дня месяца мая лета господнего 1577, и в год царствования второй.

Стефан, король."

Подобные грамоты получали все ротмистры, нанимавшие гycapскиe хоругви. Реформу Батория ускорила гражданская война с мятежным Гданьском, немецкий патрициат которого не признал избрание Батория королем Речи Посполитой. Самый богатый в то время город страны был в состоянии нанимать в Европе лучших солдат, поэтому борьба с ними требовалa значительных усилий, лучшей организации и вооружения войска. По-новому сформированные роты Батория в боях доказали свое преимущество. Особенно наглядно об этом свидетельствует битва под Любешовым 14 апреля I577 г. Силы гданычан составляли 3100 ландскнехтов, 400 рейтар, 400 человек конной городской стражи и от 6 до 8 тыс. городской милиции при 7 орудиях и 30 крепостных ружьях, ycтановленных на возах. Командовал войском знаменитый кондотьер Ганс Винкельбрух фон Кельн. У гетмана Яна Зaмойского, возглавлявшего войско польское, было 1350 конницы и 1050 пехотинцев с несколькими орудиями. Вовремя брошенный в бой резерв, состоящий из гycap, решил исход сражения. Гданычане были разбиты, потеряв 4416 человек убитыми и около 5000 пленными. Потери королевского войска составили 188 человек.

После войны с Гданьском гусарские роты, экипированные согласно введенным требованиям, стали именоваться королевской гвардией и служили образцом для всех новых конных формирований. Однако cpaзу перевооружить все войско по образцу гвардии было невозможно. На это ушло довольно много времени, как подтверждают документы. Еще в 1589 г. лишь некоторые роты получали жалованье 18 злотых, остальным же платили по-прежнему — 15. Вплоть до конца столетия продолжали существовать роты, в которых наряду с гycapaми состояли казаки (род конницы, набираемой с середины XVI в. в качестве преемницы некогда легкой гycaрии), наемная легкая венгерская конница или конные аркебузьеры. В документах, как правило, они выделены из описи гусарских "почтов" в отдельный список. Впервые гусария и только гусария упоминается в счете от 1598 г. на выплату жалованья. Гусарским хоругвям, указанным в нем, выплачивали по 18 злотых, а это значит, что они соответствовали требованиям универсала Батория.

Реформы Батория почти на два столетия определили организацию, состав и вооружение польской гусарии. Как отмечал Любинецки, "король, когда должен был идти на Гданьск, предписал такой способ в службе, который и сейчас используют наши гусары." Во время Ливонской войны 1578—1581 гг. гусары короля Стефана вошли в Великие Луки и показались у стен Пскова. В семнадцатый век — столетие войн — гусары вошли как отборная сила, составившая основу польской кавалерии того времени.

Cuprum
Message Maniac


From: Барнаул
Messages: 795

 Polish Hussars 1500-1776
Sent: 19-04-2013 18:47
 
Журнал "Цейхгауз"


Автор: Алексей ВАСИЛЬЕВ
Художник: Роберто ПАЛАСИОС-ФЕРНАНДЕС
В статье использованы фото экспонатов Музея Войска Польского в Варшаве из книги: Zygulski Z. Stara broh w polskich zbiorach. Warszawa. 1984




Hussar companions. The 2nd half of the XVII century. (In horse - from the Crown Hussars detachment).


ПОЛЬСКО-ЛИТОВСКАЯ ГУСАРИЯ XVII ВЕКА
Polish-Lithuanian hussar XVII centry

История польской гусарии уже получила отражение в нашей военно-исторической периодике. Мы имеем в виду публикацию интересной статьи А. Солдатенко в журнале «Орел» (1995. N°3). К сожалению, это петербургское издание прекратило свое существование, и вышеуказанная работа осталась незавершенной, охватив только период XVI в. Ввиду очевидного читательского интереса к этой теме, мы сочли уместным продолжить ее и рассказать о гусарах Речи Посполитой XVII-XVIII столетий.

Созданная около 1500 г. польско-литовская «крылатая» гусария достигла своего расцвета в 1-й половине XVII столетия, когда она, удачно совмещая в себе качества восточной (турецко-татарской) конницы с традициями западноевропейского рыцарства, приобрела славу лучшей кавалерии христианского мира. В многочисленных войнах той эпохи именно благодаря гусарам Речь Посполитая одерживала свои самые блестящие победы, — например, над шведами под Кокенхаузеном (1601 г.), Кирхгольмом (1605 г.) и Тжчаной (1629г.), над московитами при Клушине (1610 г.), над турками под Хотином (1621 г.) и над крымскими татарами у Мартынова (1624 г.) и Охматова (1644 г.). Во 2-й половине XVII века роль гусарии в структуре польско-литовских вооруженных сил постепенно уменьшалась, однако и в этот период лихие атаки «крылатых» латников нередко решали исход сражений, в частности, против русских войск под Полонкой и на реке Басе (1660 г.) и против турецко-татарских полчищ под Хотином (1673 г.), Львовом (1675 г.) и Веной (1683 г.).



Гусарский ротмистр времен Тридцатилетней войны. Гравюра Стефано делла Белла. 1634 г. Изображен без доспехов, с ранговым оружием - шестопером.
Hussar Rittmeister period of the Thirty Years' War. Engraving by Stefano della Bella. 1634. Depicted without armor, with a ranking of weapons - mace.


Комплектование гусарии в XVII века оставалось таким же, как и в эпоху средневековья. Это была так называемая система «товарищеского почта», согласно которой будущий командир гусарской роты — «хоругви» (ротмистр), получив от короля особую грамоту («лист пшиповедны»), нанимал на службу «товарищей» из числа рыцарей-шляхтичей, каждый из которых обязан был привести с собой «почт» («список», в буквальном смысле) в составе одного-двух вооруженных слуг с лошадьми. Эти «почтовые» воины, называвшиеся также «пахолками» (оруженосцами), «шеренговыми» (то есть рядовыми) и «челядниками», обычно набирались из дворовых людей шляхтича или, если «товарищ» был достаточно богатым, — из мелкой («убогой») шляхты. Набор в хоругвь происходил на добровольной основе, для чего ротмистру давался определенный срок (с 1620 г. —двухмесячный, считая со дня выдачи «листа»).

Основной тактической и административной единицей гусарии XVII века была хоругвь, насчитывавшая 100-200 коней и подразделявшаяся на почты. В строю хоругви товарищи становились в первую шеренгу, за ними в ряд выстраивались прочие воины соответствующих почтов, образуя, таким образом, вторую и третью шеренги (количество последних зависело от числа рядовых в почтах). Командный кадр хоругви составляли ротмистр и поручик, причем последний обычно непосредственно командовал подразделением, ротмистр же, будучи, как правило, знатным магнатом, оставался лишь титулярным начальником. В отсутствие поручика гусарскую роту возглавлял специально назначенный товарищ — так называемый «наместник». Подобно всем товарищам хоругви, ее офицеры (ротмистр и поручик) имели свои собственные почты, занимавшие в списке первое и второе места. Третьим по старшинству был почт хорунжего, выбиравшегося из старых и заслуженных товарищей, чтобы носить ротное знамя (собственно хоругвь), но при этом не считавшийся офицером. При хоругви состояли также обозные слуги, которые обслуживали повозки с запасами, копьями, порохом и пулями,подковами и личными вещами. На каждый почт полагалась одна такая повозка (обычно двуконная), причем ее ездовой должен был также добывать продукты и фураж, готовить пищу и заниматься ремонтом поврежденного снаряжения.

Следует отметить, что в XVII в. конница польской Короны и Великого княжества Литовского нередко сводилась в полки, каждый из которых имел в своем составе от нескольких до нескольких десятков хоругвей, в том числе одну или несколько гусарских и остальные казацкие (называвшиеся также «панцерными»). Так, в 1651 г. (в лагере под Сокалем) коронное войско включало в себя 9 конных полков, в 1653 г. (в лагере под Жванцем) — 16, а в 1683 (под Веной) — 13. Самым сильным всегда был королевский полк, хотя его состав в разное время менялся: например, в 1653 г. он насчитывал 2 гусарских, 7 казацких и 4 валашских хоругвей (всего 1741 всадник), а в 1683 г. — 11 гусарских (1455 всадников) и 10 панцерных (1179 коней). Остальные полки имели значительно меньшую численность — так, полк краковского каштеляна Анджея Потоцкого на 1 августа 1683 г. состоял из 6 хоругвей (включая одну гусарскую), насчитывавших 508 всадников (в том числе 121 гусар). Полк являлся не административной, а чисто тактической единицей, и возглавлявший его полковник (ротмистр одной из гусарских хоругвей) не имел собственного штаба.

На протяжении XVII в. численность и удельный вес гусарии колебались. В 1596 г. (во время восстания Семена Наливайко на Украине) Польша выставила 6570 человек коронного войска, включая 3200 гусар (30 хоругвей), а Литва — 1530 человек, из них 800 гусар. В 1621 г. под Хотином в 28-тысячной польско-литовской армии было 53 гусарских роты (более 8000 коней), а спустя тридцать лет в знаменитой битве с казаками и татарами под Берестечком (28-30 июня 1651 г.) поляки в составе своей 18-тысячной конницы имели только 2400 гусар. Штат польской гусарии, установленный в 1673 г., определил ее численность в 1900 коней, а в 1676 г. он был увеличен до 2920 коней. В Венском походе короля Яна III Собесского коронная конница имела 25 гусарских рот, насчитывавших по штату военного времени 3460 всадников (из них 1 августа 1683 г. было налицо 3227).



Будучи элитой польско-литовского войска, гусария выделялась своим солидным предохранительным вооружением. Каждый конник имел стальной полудоспех, состоявший из кованых нагрудных лат (кирас), ошейника, наплечников, нараменников и наручей («карвашей»). Нагрудные латы, весившие около 6-7 кг, состояли из пластин толщиной 5-6 мм (до 8 в самом толстом месте), закрывавших спереди и сзади верхнюю часть корпуса, и трех-пяти более тонких (до 3 мм) пластинок - «фольг», защищавших его нижнюю часть. Характерной деталью гусарского нагрудника, напоминавшей о том, что его хозяин является христианским рыцарем, были два символических знака округлой формы, крепившиеся на обеих сторонах груди, слева, как бы прикрывая сердце, размещалось изображение Богоматери, а справа — крест с уширенными концами, называвшийся «мальтийским» или «кавалерским». Наплечники, вес каждого из которых достигал 3-4 кг, представляли собой пластины толщиной 2-3 мм с прикрепленными к ним латунными пряжками (скобами) для ремня, соединявшего их с кирасой. Ошейник состоял из двух частей, застегнутых на правом предплечье, и весил около 1 кг. Нараменники, защищавшие руки от плеча до локтя, делались из жестяных «фольг» весом 2,5-3 кг, а нарукавники — из кованых пластин весом около 0,5 кг. Общий вес польских гусарских лат был намного меньше, чем у доспехов средневекового рыцарства, самые легкие образцы которых весили 25 кг, а наиболее тяжелые достигали 60 кг. Гусары стремились еще больше облегчить предохранительное вооружение и к концу века практически отказались от наплечников, а нагрудники стали крепить скрещенными кожаными ремнями. Такие облегченные варианты доспехов весили всего около 7-8 кг, кроме того польские конники использовали сочетание кованой бляхи и кольчуги.



В 1670-х гг. наряду с коваными доспехами получил распространение кожаный панцирь, покрытый прикрепленными к нему металлическими чешуйками, — так называемая «карацена» (от испанского corrazzina — кожа). Караценовый панцирь, более простой в производстве, был более эластичным, чем стальные латы, но отличался большим весом (20-25 кг) и был менее прочным.

Иногда защитное вооружение дополнялось небольшим круглым (диаметром около 60 см) щитом — «калканом».



Для защиты головы гусары имели стальные шлемы разных видов, из которых наиболее характерным был «шишак» с наносником, козырьком, нащечниками и назатыльником. Имевший восточное происхождение, этот тип шлема через Польшу и Венгрию распространился в страны Западной Европы, где получил известность как «паппенхаймер» (название происходит от прозвища кирасир знаменитого имперского генерала времен Тридцатилетней войны Готфрида Генриха фон Паппенхайма). Кроме заостренных кверху шишаков гусария использовала шлемы с невысоким плоским гребнем, а также кожаные шлемы, появившиеся одновременно с «караценами».

Поверх доспехов гусары носили звериные шкуры, скрепляя их пряжкой на левом плече. У основной массы «почтовых» они были волчьими, а у некоторых (тех, кто побогаче) — медвежьими. Медвежьим мехом довольствовались также самые бедные из товарищей, однако большинство из них красовались в шкурах рысей, леопардов, снежных барсов, львов и тигров.

Под доспехи надевались жупаны разных цветов (чаше всего красные), которые у товарищей были из более дорогого сукна. Когда доспехи снимались, поверх жупана надевался длиннополый кафтан — «контуш», а на голове вместо шлема носили модную в ту эпоху шапку — «магерку» (искаженное от «мадьярки»). Шаровары и высокие сапоги (обычно из черной, желтой или красной кожи) дополняли этот костюм, являвшийся в тогдашней Речи Посполитой типичной одеждой шляхты.



Говоря о польской и литовской гусарии следует особо отметить наиболее характерную для нее деталь, а именно знаменитые гусарские «крылья», которые она еще в XVI столетии позаимствовала у турецкой конницы (точнее, у ее отборных всадников, называвшихся «дели»). Эта конструкция, представлявшая собой два декоративных крыла, первоначально крепилась сзади к заспинной части кирасы, а потом, с упразднением последней, - к задней луке седла. Остовы крыльев изготавливались из дерева, а оперение из настоящих перьев орла, сипа или сокола (реже из гусиных, раскрашенных под орлиные). Для большей прочности деревянные части обертывались кожей, а у богатых и знатных товарищей - покрывались аксамитом, окантовывались латунью и украшались дорогими каменьями. Возвышаясь над головой всадника, эти крылья как бы увеличивали его рост, что могло произвести определенное психологическое впечатление на противника. Кроме того, некоторые западноевропейские авторы XVII века приписывали им некий «шумовой» эффект, воздействовавший на врага во время атаки. «Утверждают, -- писал Франсуа д’Алерак, посетивший Польшу в 1689 г., — что шум тех крыльев пугает коней неприятеля и помогает разбитию его рядов.» (цитата по книге I. Cichowsky, A. Szulczynski. Husaria. Warszawa, 1977 S. 105). В этом утверждении, по-видимому, есть смысл, хотя страх на лошадей и противника очевидно наводили не только шелестящие перья, но и звериные шкуры, развевавшиеся за спинами атакующих гусар, и прапоры на копьях, с особым шумом колыхавшиеся во встречных потоках воздуха. Кроме таких функций «устрашения» гусарские крылья очевидно не имели никакого боевого назначения и оставались чисто декоративной деталью (есть, впрочем, мнение, что в схватках с крымчаками они приносили своим владельцам кое-какую пользу, мешая татарским наездникам набрасывать на гусар арканы). При всем том, крылья имелись далеко не у всех гусар; по ряду свидетельств они встречались лишь в отдельных хоругвях (прежде всего, короля, королевича, великого и польного коронных гетманов).



Копейные прапоры Коронной гусарской хоругви. 2-я половина XVII века. Рисунок по экспонатам Музея Войска Польского в Варшаве.
Lance flag Crown hussar detachment. The 2nd half of the XVII century. Drawing on the exhibits of the Museum of the Polish Army in Warsaw.


Личный арсенал, которым располагал в XVII веке гусар Польского королевства и Великого княжества Литовского, отличался большим разнообразием. Для нанесения первого удара в стремительной конной атаке он имел длинное (5,5-6 м) копье с полым до рукояти древком, просмоленным и оплетенным сыромятным ремнем. Оно было примерно на 1,5 м длиннее копья средневекового рыцаря, но при этом значительно легче. К копью крепился матерчатый прапорец длиной 1,5 м цветов хоругви. При атаке с разбега гусар своим копьем легко пробивал доспехи противника, но обычно при этом ломал древко, после чего продолжал бой на ближней дистанции, используя холодное оружие колющего, рубящего и ударного действия. Для этого имелись: так называемый «концеж» (koncierz) — прямой меч длиной 1,2-1,8 м, которым было весьма сподручно колоть врага; сабля, предназначенная для рубки, а также особый топорик — «чекан» или боевой молоток — «надзяк» (на Руси известный как «клевец»), способный побивать вражеские панцири и шлемы.



Самым любимым оружием гусара была, конечно, его сабля — непременный атрибут и предмет гордости любого шляхтича. Чаще всего в гусарии встречались три типа сабель: 1) «венгерка», называвшаяся также «баторувкой» (в честь польского короля Стефана Батория), которая являлась разновидностью восточных сабель и имела длину клинка 78-80 см при общем весе 0,85-1,6 кг; 2) боевая «карабеля», имевшая клинок длиной 77-85 см и шириной 24-33 мм при кривизне 7-9 см; 3) «гусарский палаш», имевший рукоять со скобой и клинок длиной 82,5-87 см, шириной 2,7-3,1 см и кривизной 7-8 см. Последний тип, чисто польский по своему происхождению, был весьма удобен в рукопашной схватке как с конным, так и с пешим врагом, и во 2-й половине XVII века получил наибольшее распространение в гусарских хоругвях.

Ручное огнестрельное оружие гусарского товарища обычно состояло из двух колесцовых пистолетов. Почтовые нередко имели на вооружении «бандолет» (укороченную аркебузу с колесцовым замком) или мушкет (последний использовался в пешем строю, например, при защите укреплений или вагенбурга). Кроме того, у гусар встречался также лук восточного (татарского) типа, из которого опытный стрелок мог выпустить до 12 стрел в минуту. Впрочем, к концу века луки стали уже большой редкостью.



Hussar officer and two companions on horseback. The 2nd half of the XVII century.

Конское снаряжение гусарии было восточного образца и имело некоторые преимущества над западноевропейским. В частности, конструкция гусарского седла, будь то турецкий «кульбак» или его польские варианты «ленк» и «терлица», меньше давила на хребет лошади, что играло важную роль во время долгих и форсированных маршей. Сами кони гусар отличались статью, силой и резвостью. Как правило, они принадлежали к восточным породам или имели примесь их кровей. Часть этих лошадей доставлялась в Польшу и Литву из Венгрии, Трансильвании, Дунайских княжеств, Крымского ханства или самой Турции, другая разводилась на территории Речи Посполитой (главным образом на Волыни, в Подолии и на Украине). Многие магнаты и шляхтичи имели в своих «майонтках» огромные табуны коней, лучшие из которых попадали под гусарское седло. Самые дешевые лошади, приобретаемые гусарами в XVII веке, стоили по 150-200 злотых, а самые дорогие — по 1000-1500 (для сравнения, — жалованье, которое ежеквартально получал гусар, в 1609-1649 гг. составляло 41 злотый, а в 1657-1717 гг. — 51). Именно эти прекрасные кони в значительной степени определяли высокие боевые качества польско-литовской гусарии, славившейся быстротой своих атак, неутомимостью при преследовании неприятеля и выносливостью на марше.


Библиография:

1. Солдатенко А. Польскаягусария 1500-1776 гг. // «Орел». 1993. № 3. С. 17-24.
2. Сагановiч Г.М. Войска Вялiкага княства Лiтоускага у XVI-XVIII стст. Мiнск, 1994.
3. Cichowsky J., Szulczynski A. Husaria. Warszawa, 1977.
4. Gembarzewski В. Husarze - ubior, oporzadzenie i uzbrojenie 1500-1775. Warszawa, 1939.
5. Gorsky K. Historia jazdy polskiej. Krakow, 1894.
6. Wimmer J. Wojsko polskie w drugiej polowie XVII w. Warszawa, 1965.
7. Zarys dziejow wojskowosci polskiej do roku 1864. Т. I. Warszawa, 1966.
8. Zolnierz polski. Ubior; uzvrojenie i oporzadzenie od XI w. do r. 1965. T. 1. (w. XI-XVII). Warszawa, 1960; T. 2. (1697-1794). Wasrszawa, 1962.
9. Zygulski Z. Bron w dawnej Polsce na tie uzbrojenia Europy i Bliskiego Wschodu. Warszawa, 1975.
10. Zygulski Z. Stara bron w polskich zbiorach. Warszawa, 1984.


New Products
Musketeer of the Yekaterinburg Infantry Regiment. Russia, 1810-12; 54 mm
Musketeer of the Yekaterinburg Infantry Regiment. Russia, 1810-12; 54 mm
$ 4.35
Cossack - artilleryman, 16th century; 28 mm
Cossack - artilleryman, 16th century; 28 mm
$ 2.00
The seven-barreled gun, XVI century; 28 mm
The seven-barreled gun, XVI century; 28 mm
$ 8.00

Statistics

Currently Online: 2 Guests
Total number of messages: 2808
Total number of topics: 306
Total number of registered users: 1081
This page was built together in: 0.0584 seconds

Copyright © 2019 7910 e-commerce