Welcome to our forum! / Добро пожаловать на наш форум!

Уважаемые форумчане - сообшения можно писать на русском или английском языках. Пользуйтесь, пожалуйста, встроенным переводчиком Google.
Dear visitors of the
forum - messages while driving, you can write in English. Please use the integrated machine translator Google.

Forum
You are not logged in!      [ LOGIN ] or [ REGISTER ]
Forum » Russian Civil war / Гражданская война в России » Thread: Красные гусары/Red Hussar regiment -- Page 1  Jump To: 


Sender Message
Cuprum
Message Maniac


From: Барнаул
Messages: 759

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 21-10-2012 23:32
 
Журнал "Старый Цейхгауз". №42, 2011. С.87

Автор: Ярослав ТИНЧЕНКО

ГУСАРСКИЕ ЧАСТИ КРАСНОЙ АРМИИ

В начале 1918 г. сотни групп и группок разваленной Российской армии влились в молодую Рабоче-Крестьянскую Красную армию. Некоторым из них удалось сохранить свои старые дореволюционные названия. В частности, в составе советской кавалерии было два Заамурских и Орденский красный полки — прямые потомки 5-го и 6-го Заамурских пограничных конных, и 13-го драгунского Военного Ордена полков. В РККА оказалось и несколько групп старослужащих из гусарских полков. Некоторое время они даже носили свою старую форму, но воевали с белыми уже под новыми наименованиями.

Вообще гусарская форма была довольно модной в период Гражданской войны. Парадное обмундирование Лейб-гвардии Гусарского и 14-го гусарского Митавского полков охотно донашивали Петроградские и Борисоглебские кавалерийские курсы РККА. В доломанах расстрелянных в январе 1918 г. офицеров 3-го гусарского Елисаветградского полка щеголяли их палачи — махновцы. Кавалерийские части всех противоборствующих сторон любили краповые гусарские чакчиры, розетки на сапогах, доломаны, галуны с зигзагом. Но, наверное, рекордсменом по разнообразию форм был созданный старослужащими бывшего Гвардейского запасного кавалерийскою полка 1-й Революционный Царицынский конный полк (впоследствии 29-й Сталинград-Камышинский Краснознамённый). Летом 1918 г. «внешний вид полка был необычный — каждый эскадрон имел особую парадную форму — русских драгун, гусар, австрийской конницы, немецких улан, австрийской пехоты».

Впрочем, эта статья будет посвящена не столько пестроте форм советской кавалерии, сколько судьбе групп старых гусар, воевавших под красными знамёнами.

55-й Красногусарский (Нарвский) полк

Самой знаменитой большевистской гусарской частью периода Гражданской войны был 55-й Нарвский красногусарский полк. Но ничего общего с прежним 13-м гусарским Нарвским полком он не имел. Тот полк распался еще на Юго-Западном фронте. А его остатки, собравшись при нарвском запасном эскадроне 7-го кавалерийского полка в Тамбове, были окончательно расформированы советской властью после восстания в этом городе 16 июня 1918 г.



Бывший офицер 17-го гусарского Черниговского полка с полковым знаком на груди, начало 1918 г. Из коллекции А. Воронова.
A former officer of the 17th Hussars, the Chernigov Regiment with the regimental sign on his chest, beginning in 1918.


На самом деле 55-й Нарвский красно-гусарский полк вел свою историю от 17-го гусарского Черниговского полка. Октябрьский переворот 1917 г. застал этот полк на Северном фронте — в районе г. Валк (ныне два города: Валга в Латвии и Валка в Эстонии. — Прим. ред.). О дальнейшей судьбе полка офицеры-черниговцы вспоминали: «В начале ноября 1917 г. в полку было проведено выборное начало. Командиром полка был выбран поручик Польшиков (из прапорщиков запаса, начальник полкового обоза). Однако надо отметить, что он принял эту должность с согласия общества гг. офицеров и никаких эксцессов по отношению офицеров в полку не было. Началась «демобилизация» и остатки полка, под руководством поручика Польшикова, пришли в Орёл, где полк расформировался, а Штандарт был передан на хранение в полковую церковь»(2).

Да, всё так и было. Но это не вся правда. Перед уходом с фронта из полка выделилась значительная часть гусар, постановивших продолжать драться с немцами. Этот отряд отступал к Нарве, по дороге оказывая отчаянное сопротивление врагу. В честь этих 6оев отряд получил наименование Нарвского красногусарского полка. Когда был заключён Брест-Литовский мир, полк отбыл в Петроград. Но неугомонные гусары недолго собирались отдыхать. 27 мая 1918 г. Нарвский красногусарский полк, имея в своих рядах 200-300 кавалеристов, вынес постановление о немедленном убытии на фронт — теперь уже на борьбу с контрреволюцией.

Тем временем прибывшие в Орел остатки 17-го гусарского Черниговского полка также не пожелали расходиться по домам. Офицеры по большей части поступили на службу в формирующуюся 2-ю Орловскую кавалерийскую дивизию РККА (и в 1919 г. также «хором» перебежали из этой дивизии к белым). Рядовые же кавалеристы заявили, что хотят сохранить свою часть в составе новой армии. В мае 1918 г. из всех советских частей Орла была создана Орловская пехотная дивизия в составе 1-го Советского, 2-го Звенигородского (из 142-го пехотного Звенигородского полка, до Первой мировой войны дислоцировавшегося в городе и, так же как и черниговцы, вернувшегося домой), 3-го Черниговского, 4-го Коммунистического полков и Орловского Советского артиллерийского дивизиона. Черниговский полк не имел лошадей, а потому числился в составе пехоты. По данным разведывательного управления Генерального штаба Украинской державы от 17-18 июля 1918 г., этот полк был расформирован — за неимением лошадей. На самом деле это не так. В начале июля 1918 г. Черниговский красногусарский отряд был отправлен из Орла на Восточный фронт — на борьбу с восставшим Чехословацким корпусом.

Туда же, на Восточный фронт, и в то же самое время из Петрограда отбыл Нарвский красногусарский полк. Во время боёв с белочехами оба подразделения сильно поредели, и в конце концов были сведены в один отряд.



Юные кавалеристы в парадной униформе 13-го гусарского Нарвского полка, г. Моршанск Тамбовской губернии, 1918 г. Коллекция А. Воронова.
Young cavalrymen in full dress uniform of the 13th Hussars, the Narva regiment, Morshansk, Tambov province, 1918. Collection of A. Voronov.


В марте 1919 г. Нарвский партизанский кавалерийский красногусарский отряд был выведен в г. Глазов для пополнения и переформирования. Здесь в его состав были переданы эскадроны Тейковского и Замоскворецкого кавалерийских полков. 1 апреля 1919 г. вновь созданная часть в составе трех эскадронов, пулемётной команды и команды связи получила наименование полка Красных гусар (или просто — Красногусарского; В течение апреля-мая 1919 г. полк продолжал формирование в Глазове и Вятке, затем воевал на Восточном фронте — в составе войск 3-й советской армии (6).

Вместе с Путиловским «Стальным» кавалерийским полком (в составе которого служило большое количество унтер-офицеров и солдат бывшей Гвардейской Кирасирской дивизии, преимущественно жёлтых кирасир) красные гусары составили кавалерийскую бригаду 30-й стрелковой дивизии.

Под командованием бывшего унтер-офицера Сергея Гавриловича Фандеева Красногусарский полк участвовал во многих боях с белыми, но особо отличился во время летнего наступления 1919 г. на Восточном фронте. Вот что свидетельствуют об этом летописцы советской кавалерии:

«Основную тяжесть борьбы во время перехода 3-й армии через Уральский хребет и освобождения Тагильского горнозаводского района принял Сводный конный отряд под командованием Н.Д. Томина (из Красногусарского и Путиловского полков. — Прим. авт.). После двухчасового привала в селе Чусовое путиловцы начали ночной марш по узкой горной дороге. К утру голова колонны была в двух километрах восточнее Верхнего Тагила. Колчаковский гарнизон еще спал, и кавалеристы-путиловцы с ходу ринулись в атаку. В уличных боях вражеский гарнизон был разгромлен, в плен взято более 500 колчаковцев...
Полку Красных гусар было приказано выдвинуться в район Невьянска. К утру 16 июля эти боевые задачи кавалерийские части выполнили. В районе Невьянска полк Красных гусар захватил богатые трофеи, в том числе несколько автомобилей, погруженных на железнодорожные платформы...
Преследуя противника, красные конники с ходу овладели железнодорожным мостом через реку Реж, не позволили противнику его уничтожить. На следующий день Красногусарский полк во взаимодействии с бронепоездом начал наступление на город Ирбит. Прикрывшись частью сил со стороны Ирбитского тракта, эскадроны красных гусар ринулись в атаку. После жаркого боя в ночь на 22 июля 1919 г. советские войска овладели городом Ирбит...
В тот же день конная группа 3-й армии завязала бой за Камышлов. С запада и юго-запада наступал полк Красных гусар, а с северо-востока — Сводный кавполк и 1-й Отдельный кавдивизион. Героический подвиг совершили эскадроны красных гусар под командованием А.С. Горского и Г.Г. Петрова. Они разгромили белогвардейский дивизион "чёрных гусар" и первыми ворвались в город... 11 августа 1919 г. между селами Деулино и Бенниково разгорелся ожесточенный бой. В конном строю полк Красных гусар и Сводный Петроградско-Уфимский кавалерийский полк атаковали части Уфимской кавалерийской дивизии противника и отбросили их на юго-восток. Продолжая успешное наступление, красные конники в районе Илецко-Иковского завода наголову разгромили части Сибирской казачьей дивизии и вынудили белогвардейскую конную группу к поспешному отходу на правый берег реки Тобол» (7).

3 ноября 1919 г. в состав полка был включен 4-й эскадрон, а 26 ноября полк вошёл в состав вновь сформированной 10-й кавалерийской дивизии РККА. С января 1920 г. после разгрома Колчака 10-я кавдивизия входила в 1-ю Революционную армию труда и занималась усмирением непокорных сибирских сёл и станиц, а также изъятием «излишков» хлеба, фуража и продуктов питания.

25 мая 1920 г. части 10-й кавалерийской дивизии были погружены в вагоны и переброшены на Западный фронт, где вскоре включены в состав 3-го конного корпуса. Кроме 10-й в корпус входила и 15-я кавалерийская дивизия, сформированная на Северном Кавказе. Возглавил 3-й конный корпус один из большевистских героев Гражданской войны Г.Д. Гай.

По замыслу командующего Западным фронтом М.Н. Тухачевского, 3-й конный корпус должен был действовать на крайнем правом фланге: двигаться вдоль польско-литовской, а затем польско-немецкой границы и постоянно нависать над поляками.

В начале похода, по состоянию на 3 июля 1920 г., 55-й Красногусарский полк под командованием Писарева имел 35 командиров и 583 сабли. Бывший командир полка С.Г. Фандеев возглавлял 1-ю бригаду 10-й кавдивизии (8).



Кавалерист Красной армии. [1918-1919 гг.]. Частная коллекция.
Наглядный пример использования гусарской униформы в годы Гражданской войны.
Cavalryman Red Army. [1918-1919.]. Private collection.
An illustrative example of a hussar uniforms during the Civil War.


Состояние корпуса, и в первую очередь 10-й кавдивизии, по словам его командира, было не самым лучшим: «Конское снаряжение было неудовлетворительного качества. Почти ни в одном полку не было чумбуров, недоуздков, сеток и попон. Много было брезентовых сёдел, без кобуров и др. седельных принадлежностей. Части были обмундированы неудовлетворительно и разнообразно. Чувствовался большой недостаток в сапогах, которые заменялись ботиками пехотного образца...
Части корпуса были хорошо подготовлены для боя в конном строю. Полки очень плохо знали (и не любили) пеший бой, особенно большими частями и на широких фронтах. За отсутствием навыка и умения, части не любили также и ночного боя, стреляли несравненно хуже, чем пехотинцы, предпочитая конный бой и удар холодным оружием.
Бойцы вооружены были винтовкой, шашкой и пикой, но пики с первого же дня похода пришлось собрать и сдать в обоз II разряда» (9).

Кстати, во время похода на Варшаву в 3-м конном корпусе имел место один интереснейший курьёз, косвенно относящийся к нашей теме — истории старых кавалерийских полков в РККА. Правда, попавший в 3-й конный корпус полк был не старым русским, а... немецким. После прибытия на Западный фронт 10-я кавдивизия неожиданно лишилась целого полка — 59-го Оренбургского, сформированного из бывших белоказаков. Этот полк в полном составе перешёл на сторону поляков и затем воевал на Украине — в 3-й Русской армии генерала Пермикина. Но вместо этого полка в начале августа 1920 г. корпус получил другой - бывший 5-й уланский немецкой армии. Поскольку в то время по ряду объективных причин немцы были крайне враждебно настроены к полякам, 40 улан этого полка перешли границу и явились к Г.Д. Гаю, представившись спартаковцами. Гай с радостью принял улан, и уже спустя несколько дней их набралось 150 человек, ставших костяком Немецко-мадьярского полка 3-го конного корпуса (10).

Поход в Польшу для 3-го конного корпуса начался удачно. Ему способствовали лишь успехи: разгром польской группировки во время Свенцянской операции, взятие Вильно, а затем крепости Гродно, победный марш на Варшаву. Но всё это спустя месяц закончилось. Поляки разбили на Висле армии Тухачевского и прижали правый фланг Западного фронта к немецкой границе. Измотанный и потерявший большую часть своего личного состава 3-й конный корпус отбивался до последнего. В 10-й дивизии были ранены начдив и наштадив. Начальником дивизии стал С.Г. Фандеев, на плечи которого и пала вся тяжесть поражения. На протяжении 25-26 августа 1920 г. непрерывно атакуемые польской кавалерией остатки 10-й кавдивизии были вынуждены уйти в Восточную Пруссию. Израненные бойцы, в том числе и сильно потрёпанный Красногусарский полк, были разоружены и интернированы (11). При взятии поляками в плен остатки 55-ю Красногусарского полка фактически прекратили своё существование.

Гусары 1-й Конной армии

В Красную армию попали не только остатки черниговских гусар, но и их однобригадники — нежинцы. Окончание Первой мировой войны застало 18-й гусарский Нежинский полк на Северном фронте. В части действовал большевистский полковой комитет, делегат которого, младший офицер (штабс-ротмистр?) В.П. Сергеев, в ноябре 1917 г. побывал в Смольном и встречался с В.И. Лениным. Обнадёженный напутствиями большевистского вождя, после возвращения в полк В.П. Сергеев собрал добровольцев и отправился на Дон — для борьбы с белыми.

По видимости, до Ельца — довоенной дислокации нежинцев — ехали всем полком. А вот там уже разделились: большая часть осталась демобилизовываться в родном городе, а меньшая тронулась в путь дальше. В декабре 1917 г. отряд нежинских гусар в составе 47 сабель, 76 штыков, 10 пулемётов и 40 пулемётчиков вошёл в состав так называемого Северного летучего отряда товарища Сиверса, который должен был наступать на Дон со стороны Орла-Белгорода (12). Нежинцы участвовали в боях с отрядом Чернецова в Донецком бассейне, а затем в первых январских боях с Добровольческой армией (13).

В марте 1918 г. пополненный крестьянами-добровольцами отряд В.П. Сергеева вошел в состав полка Д.П. Жлобы, активно сражавшегося с рейдирующей во время 1-го (Кубанского) Ледяного похода Добровольческой армией. Затем отряд В.П. Сергеева воевал с казаками в районе Кисловодска и Пятигорска, а с сентября 1918 г. — под Царицыном. 23 сентября в г. Святой Крест (ныне Будёновск) отряд В.П. Сергеева был переформирован в 2-й кавалерийский полк Стальной дивизии Д.П. Жлобы.

В конце октября 1918 г. в Царицыне по приказу Л.Д. Троцкого был произведён смотр-парад Стальной дивизии, на котором некоторые подразделения 2-го кавалерийского полка были одеты в форму Нежинского гусарского полка. Вот что вспоминал о параде сам В.П. Сергеев: «Свой полк я готовил особенно пристрастно. Одиннадцать эскадронов разбил по мастям коней. Полковой оркестр посадил на белых скакунов. Каждый эскадрон обеспечил цветными флюгарками на пиках. На смотре 2-й кавалерийский полк произвёл хорошее впечатление. Дивизией в целом начальство тоже осталось довольно, и многие командиры, в том числе и я, получили ценные подарки» (14).

По-видимости, обмундирование Нежинского гусарского полка после его демобилизации в Ельце было сохранено его полковым комитетом, и когда нужно было провести парад, было привезено кем-то в Царицын.



Парад 2-го полка Стальной дивизии в Царицыне в конце октября 1918 г. Центр, держ. кiнофотофоноархiв Украiни iм. Г. С. Пшеничного— Центр гос. кинофотофоноархив Украины им. Г.С. Пшеничного
Осматривают часть А.И. Егоров (крайний слева), Л.Д. Троцкий (в центре), начальник штаба Стальной дивизии A.M. Беленкович (справа, в черкеске), во главе конного строя В.А. Сергеев.
Крупно это фото приведено выше по теме.
The parade of the 2nd Regiment Steel Division in Tsaritsyn at the end of October 1918. The Central State audiovisual archives of Ukraine named G.S. Pshenichnyy.
Inspecting a military unit A.I. Egorov (far left), L.D. Trotsky (center), Chief of Staff of Steel Division A.M. Belenkovich (right, in a Circassian coat), headed horse regiment V.A. Sergeyev.
Big foto is presented above in this topic.


Но парад оказался «лебединой песней» Стальной дивизии Д.П. Жлобы и полка В.П. Сергеева. На дивизию давно были нарекания, что она не подчиняется высшему командованию, а её начдив ведет себя крайне анархически. В конечном итоге Жлоба был отстранён от командования. В.П. Сергеева также сняли с должности комполка и направили на службу в инспекцию кавалерии 10-й армии. Кавалерийская бригада его дивизии была передана в распоряжение командира 1-й Донской советской кавбригады Б.С. Думенко. Из двух бригад 28 ноября 1918 г. была создана 1-я сводная кавалерийская дивизия, впоследствии ставшая легендарной 4-й кавалерийской дивизией 1-й Конной армии.

Впрочем, следует оговориться, что в 4-й кавалерийской дивизии благодаря С.М. Будённому и особенно С.К. Тимошенко сохранились определённые «гусарские традиции». Комсостав этой дивизии в 1920-1921 гг. массово носил краповые чакчиры, офицерские галуны с золотым зигзагом и гусарские розетки.

Гусарский эскадрон полка им. Володарского

Маленькой, но очень боевой и прославленной частью советской кавалерии был эскадрон, сформированный из старослужащих 14-го гусарского Митавского полка. Последний командир этой части, полковник генерального штаба А.К. Андерс, после окончательного развала Русской армии отчаянно пытался сохранить остатки полка. Он вывел группу уцелевших после демобилизации митавских гусар в район Луги. Здесь весной 1918 г. митавцы разделились на две части. Одна часть, где были и офицеры, ушла для демобилизации в Череповец, где к 1 апреля 1918г. закончила своё расформирование (15). Другая часть, под названием гусарского партизанского отряда, была включена в состав Лужского отряда войск «завесы» РККА. Формально А.К. Андерс оставался командиром 14-го гусарского Митавского полка до 13 апреля 1918 г. Затем он перешёл на должность начальника штаба разведывательного отряда (16).

Гусарский отряд входил в состав Лужского участка завесы, которым некоторое время руководил Булак-Балахович, вскоре перешедший с большей частью своих людей на сторону противника. Весной 1918 г. в Лугу из Петрограда был переброшен отряд имени Володарского — элитная большевистская часть созданная еще в октябре 1917 г. для охраны Смольного. 16 августа 1918 г. этот отряд получил приказ отправиться на Восточный фронт. В качестве конницы в его состав были включены и бывшие митавцы. Перед уходом из Луги гусарам от местного военного комиссариата был подарен штандарт из красной шёлковой материи с надписью: «Помни капитал, что пики гусар сокрушат тебя» (17).

28 августа 1918 г. володарцы приняли свой первый бой, а спустя два дня их отряд был реорганизован в батальон им. Володарского в составе трёх рот, батареи и гусарского эскадрона (72 сабли). Командиром батальона стал т. Лунц, командиром эскадрона — т. Мареев.
В 20-х числах сентября 1918 г. батальон володарцев посетила комиссар Раиса Азарх, оставившая о гусарах подробные воспоминания, правда, несколько исказив историю их создания:

«В Игре нам салютуют посты. Навстречу в облаке пыли мчатся... гусары!
Интересные ребята - "гусары" володарцев. Одно сочетание слов чего стоит! А вышли они в «гусары» таким образом. Полк спешно формировался в Луге. Для разведки организовали конную сотню, набрали лошадей. В интендантстве нашли заготовленное впрок обмундирование гусарского полка — синие куртки, красные рейтузы, белые шнуры зигзагами через всю грудь. Охотников отыскалось множество. Сформировали отличную часть в сто сабель. Произошло это, когда на севере не было и речи о формировании конных частей. "Гусары" володарцев были единственными кавалеристами на весь район.
Питерские пролетарии быстро овладели кавалерийским искусством. Взводные командиры подобрались из солдат царской армии — разведчики, рубаки, буйные головы.
В полку "гусары" задавали тон остальным. К пехоте относились "по традиции" свысока, но командира полка пехотинца Лунца побаивались не на шутку» (18).

После занятия Воткинска 13 ноября 1918 г. батальон им. Володарского был развёрнут в полк. Вначале он входил в 28-ю, затем в 21-ю стрелковые дивизии. Весной 1919 г. полк понёс жестокие потери и почти перестал существовать. Сохранился в относительном порядке только гусарский эскадрон. Вскоре володарцы были пополнены казанскими татарами и украинцами, и полк восстановил свою боеспособность.

В одной из кавалерийских схваток в июле 1919 г. гусарский эскадрон потерял многих старых бойцов, а его командир погиб. Вот что свидетельствовал об этом полковой историограф: «Среди растрепанных частей противника стали попадаться свежие киргизские кавалерийские части. В одной из ожесточенных схваток гусарского эскадрона Володарцев с эскадроном «черных гусар» в с. Никитском пал в бою славный командир эскадрона тов. Мареев, и отличились красноармейцы Трофимов, Лукин, Алексеев, Алехно, Богданов, Александров и другие» (19).

После гибели т. Мареева наступает закат гусарского эскадрона. В октябре 1919 г. из-за недостатка опытных кавалеристов он переформировывается в обычную полковую конную разведку.

28 ноября 1919 г. 21-я стрелковая дивизия была переброшена на Южный фронт, где участвовала в преследовании белых армий. В районе Новороссийска в полк поступило небольшое количество казаков, и конная разведка была развёрнута в конную сотню. Но когда летом 1920 г. дивизия очутилась на Западном фронте, в полку им. Володарского вновь осталась только конная разведка, командир которой Яковлев был убит 14 июня 1920 г. на речке Березине. К 27 сентября 1920 г. в 187-м стрелковом полку им. Володарского имелось всего 12 сабель. Это было всё, что осталось и от славного гусарского эскадрона, и от сформированной вместо него казачьей сотни (20).

После окончания Гражданской войны володарцы перешли в состав 29-й стрелковой дивизии, где 12 июня 1922 г. были переформированы в 86-й стрелковый полк им. Володарского и вскоре расположены в Тюмени. Понятно, что за исключением упоминаний в полковой истории более никаких гусарских традиций у володарцев не сохранилось.

Потомки «бессмертных гусар»

Общеизвестно, что после Октябрьского переворота в Петрограде некоторая часть кавалеристов 5-го гусарского Александрийского полка решила перейти на сторону советской власти. Однако, начиная с 1920-х годов и заканчивая нашими днями, вокруг вновь сформированной красногусарской части возникло столько мифов и легенд, что приходится только разводить руками.

Летом 1917 г. александрийские гусары героически сражались на Северном фронте, героически прикрывая отход русских войск, оставлявших Ригу. Затем полк очутился в районе Пскова, где его и застал Октябрьский переворот. Большая часть полка во главе с офицерами отправилась в тыл для демобилизации.

Вольноопределяющийся 5-го гусарского Александрийского полка А.А. Петровский повествовал о демобилизации родной части следующим образом: «Командир нашего полка полковник Александр Николаевич Коленкин до конца выполнил свой долг. Раздав имущество и деньги последним солдатам, он отвёз в Петроград остатки казны и боевой штандарт полка и сдал их в штаб округа (Об этом рассказал мне П. Потоцкий, знавший Коленкина, который и обратился к нему за советом — куда сдать штандарт). Многие солдаты-гусары разъехались по домам, добрались и до Самары и на станциях жел. дорог в феврале 1918 г. можно было встретить александрийцев в черных доломанах (двух солдат-армян я встретил даже в Баладжарах под Баку)» (21).

Следует отметить, что А.А. Петровский, по его собственному признанию, уехал из полка где-то в начале сентября 1917 г., а потому знал о демобилизации александрийцев лишь со слов своих сослуживцев (22). К сожалению, А.А. Петровский не акцентирует внимания на выдаче александрийцам перед демобилизацией их парадной гусарской формы, хотя из мемуаров это и так ясно.

Последующую историю полка Петровский пересказывает по мемуарам унтер-офицера александрийца В.Д. Крюченкина (будущего генерал-лейтенанта Советской армии), причём, делая свои предположения, совершает две грубейшие ошибки, которые сбили с толку уже не одного исследователя. Так, автор рукописной истории александрийских гусар утверждает: «Отряд пополнился добровольцами 5 кав. див. в основном из нашего полка, в числе 550 сабель и образовал «Красно-гусарский революционный полк». Его командиром стал (избран) унт.-офицер Иванов, а помощником — один из двух оставшихся офицеров-александрийцев и служивших Родине до конца поручик Константин Ушаков» (23).

В мемуарах Крюченкина, на которые ссылается Петровский, о «Красно-гусарском революционном полку» и том, что в его состав влились добровольцы из прочих полков 5-й кавдивизии, нет ни слова. В.Д. Крюченкин просто пишет, что из 5-го гусарского Александрийского полка выделился 4-й красногвардейский отряд, который вобрал в себя всех остававшихся на фронте гусар (и только их). В том числе и задержавшегося по каким-то причинам после отъезда офицеров-александрийцев поручика Ушакова. Отряд этот сначала был переброшен в район Череповца — на борьбу с антисоветскими отрядами, а затем в Москву (24). Таким образом, А.А. Петровский, видимо, дофантазировал факт о вливании в отряд добровольцев из других полков 5-й кавалерийской дивизии. Тем более, доподлинно известно, что группа каргопольских драгун (куда входил будущий Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский) влилась самостоятельной частью в состав РККА.

Следующая ошибка А.А. Петровского, допущенная им при пересказе мемуаров Крюченкина, вполне возможно, сделана преднамеренно — дабы скрыть тёмное пятно на «чести полка»:

«И вот этот «4 красногвард. гусарский отряд» был двинут в 1918 г./III под Череповец, где действовал против контрреволюционных банд. Затем отряд был отправлен весной 1918 г. на Восточный фронт, где начиналась гражданская война. По дороге сделали остановку в Москве, где пополнили вооружение и снаряжение и получили полную гусарскую форму» (25).

Вот это дополнение Петровского про «полную гусарскую форму» уже сбило не одного исследователя с толку. Ведь в Москве до войны располагался лишь 1-й гусарский Сумской полк, чью форму, по логике Петровского, и мог получить отряд. Но никакой формы александрийские гусары в Москве не получали.

Вот что свидетельствовал Крюченкин:

«Вскоре после этого отряд направили на Восточный фронт. По дороге в район боевых действий мы сделали на три дня остановку в Москве. Пополнили боекомплекты, помылись, почистились, дали отдых лошадям - и тронулись в путь.
<...>
На пути к Оренбургу отряд встретился со взбунтовавшимися чехословаками, но мятежники пропустили нас, приняв, очевидно, за белых, ибо все мы были в гусарской форме, хотя и без царских знаков различия. В те времена хорошо одетый красногвардейский отряд был редкостью, и мы довольно удачно воспользовались нашим презентабельным видом. В противном случае отряду вряд ли удалось бы проскользнуть сквозь вражеское окружение.
Правда, когда мы прибыли на место, на какой-то разъезд в двенадцати километрах от Оренбурга, наша щёгольская униформа возымела обратное действие: красные не хотели принимать нас за своих.
Отряд прибыл на разъезд, Оренбург был на осадном положении. Начальник гарнизона Курач, он же командир сводного красногвардейского отряда города, с которым мы связались, наотрез отказался впустить нас в Оренбург. Мотивировка одна: судя по обмундированию, вы не те, за которых себя выдаете.
<...>
Наш внешний вид — гусарские доломаны, новые сёдла, сытые красивые кони — всё это огорчило членов делегации. И, вернувшись в город, они в один голос заявили Курачу: нет, отряд не красный. Что отряд действительно революционный, убедились только после телеграфного запроса в Реввоенсовет. Сейчас эта история может показаться бюрократической канителью, а в то время излишняя предосторожность не мешала, тем более что обстановка ежечасно менялась, менялись и власти, а значит могли быть всякие неожиданности. Мы хоть и ворчали, обижались, но в душе чувствовали: Курач прав» (26).

Но это еще далеко не вся путаница, которая выпала на долю бывших александрийцев в составе РККА. В 1928 г. в Мерве вышла книга «Бои и будни. Краткий исторический очерк 8-й Отдельной Туркестанской Кавалерийской бригады». Книга эта начинается словами: «1 апреля 1918 года в г. Симбирске формируется 1-й Симбирский Кавалерийский полк, который 13 сентября того же года присоединяется к 2-му Симбирскому кавполку и этим самым создаётся бригада, первым начальником которой назначается т. Пальмгрен, ныне умерший.
Командиром 1-го кавполка стал бывший корнет-александриец Константин Ушаков, а сам полк был сформирован из отряда, куда входили бывшие гусары. Что же касается командира бригады Юрия Наумовича Пальмгрена — то он был кадровым офицером 16-го гусарского Иркутского полка».

В 2004 г. в Ростове-на-Дону вышла книга о том же кавалерийском соединении, только там утверждается, что полки были сформированы в апреле 1918 г. в Саратове и названы Саратовскими (27).

Совершенно очевидно, что авторы современного издания ошиблись и перепутали части. 1-й Саратовский кавалерийский советский полк действительно существовал. И он действительно был сформирован весной 1918 г. Но к интересующему нас формированию он никакого отношения не имел. 22 июля 1918 г. органы ЧК вскрыли в полку заговор, после чего он был основательно «почищен». Позднее полк был снят с Уральского фронта и переброшен на Южный. Здесь полк вошёл в состав сначала кавалерийской бригады 36-й стрелковой дивизии, а затем — 2-й кавалерийской дивизии (28).

Интересующая нас Симбирская кавбригада прибыла на Уральский фронт взамен выбывшего на Южный фронт Саратовского полка. По-видимости, из-за этого и возникла путаница. В начале 1919 г. из-за больших потерь бригада была сведена в Симбирский кавалерийский полк. Но уже в марте в Самаре из кадра, выделенного из Симбирского кавалерийского полка, формируется 2-й кавполк. Уже 17 марта 1919 г. оба полка зачисляются в кавалерийскую дивизию Туркестанской армии, которая с 24 марта именуется 3-й Туркестанской кавалерийской дивизией. Впоследствии полки носят номера 13 и 14, причем К.П. Ушаков командует бригадой. Но если 14-й полк становится Туркестанским, то 13-й носил наименование Оренбургского. Именно так его именует в своих мемуарах и будущий генерал-лейтенант В.Д. Крюченкин.

В сентябре 1921 г. 3-я Туркестанская кавдивизия была расформирована. 9-я бригада дивизии вливается в 7-ю, а та переименовывается в 7-ю отдельную Туркестанскую кавбригаду (в составе 13-го и 14-го кавалерийских полков). В ноябре 1922 г. бригада становится 2-й отдельной Туркестанской в составе 4-го Актюбинского и 5-го Бенгалинского полков. Ещё позднее эти полки переименовываются в 82-й и 83-й кавалерийские. Но, разумеется, еще с 1918 г. в этих частях уже не оставалось ничего гусарского...

Память о красногусарских полках в РККА

Гибель 55-го Нарвского красногусарского полка и исчезновение гусарского эскадрона им. Володарского не остались незамеченными для молодой Красной армии. В 1920 г. на Южном фронте возник новый Красногусарский полк (он же — Заволжский кавалерийский), о котором мы писали в одном из прошлых номеров (29).

В память о погибших красногусарах 28 сентября 1920 г. был назван гусарским кавалерийский полк 18-й стрелковой дивизии, развёрнутый из 1-го отдельного кавалерийского дивизиона. Сведений о том, чтобы эта часть носила какие-либо гусарские отличия, мы не имеем. К тому же сам полк просуществовал недолго и был расформирован уже в апреле 1921 г.

Наконец, самой последней гусарской частью РККА стал 86-й Новозаволжский красногусарский кавалерийский полк, формирование которого началось 17 июля 1922 г. в составе Отдельной Дальневосточной (затем - 9-й) кавалерийской бригады. Впрочем, эта часть к гусарам решительно никакого отношения не имела. Свое же название полк получил благодаря тому, что Дальневосточная бригада формировалась под руководством бывшего комбрига Заволжской красногусарской бригады Ватмана и из кадра, выделенного из состава этого соединения.

Униформа

Точных сведений о том, что именно носили красногусарские формирования Красной армии, мы не имеем. Разумеется, что ни одним уставом или приказом РККА гусарская форма не регламентировалась. Поэтому в вопросе описания красногусарских частей приходится опираться на описания мемуаристов и уцелевшие фотографии.

Для начала следует вообще упомянуть о судьбе гусарской парадной униформы после начала Первой мировой войны. Значительная часть соединений регулярной кавалерии Российской империи находилась на западных границах, и поэтому их цейхгаузы отправлялись вглубь страны — как правило, в запасные полки. Исключение составляли лишь части, дислоцировавшиеся в центральной части страны. Парадные мундиры этих полков оставались на месте.

После Октябрьского переворота в Петрограде значительная часть полковых комитетов кавалерии потребовала, чтобы им из цейхгаузов на фронт была доставлена полковая униформа — для раздачи солдатам. И солдаты некоторых полков действительно получили свою парадную униформу. В частности, 3-й гусарский Елисаветградский и 5-й гусарский Александрийский полки. Но затем новые большевистские власти запретили выдавать демобилизованным солдатам парадную форму, требуя отпускать солдат только в том обмундировании, которое на них есть. Прочее же считалось народным добром и подлежало изъятию в пользу государства (30). Исходя из этого, в ходе Гражданской войны гусарская униформа, оставшаяся на складах, могла использоваться враждующими сторонами кем угодно и как угодно.

Из перечисленных выше кавалерийских частей РККА, созданных на базе групп старослужащих солдат Русской армии, лишь 4-й красногвардейский отряд (александрийцы) получил перед уходом с фронта униформу своего полка. Но, разумеется, отряд был маленький, а развёрнутый на его базе новый полк РККА — большой, поэтому имевшаяся у старослужащих парадная униформа очень быстро «yтонула» среди бесцветных шинелей и гимнастёрок.

Нарвский красногусарский отряд, происходящий от остатков 17-го гусарского Черниговского полка, вряд ли имел какие-либо особые отличия в униформе, кроме отдельных элементов. Находясь на Северном фронте, полк не получал из цейхгаузов свою старую униформу. Не могла её получить и та часть бывших черниговцев, которая вернулась к месту довоенной дислокации в Орёл. Сохранилось одно фото кавалериста 17-го гусарского Черниговского полка после его демобилизации: в гимнастёрке с полковым знаком на груди, в чакчирах и сапогах с гусарским розетками. Ношение русских полковых знаков в РККА было исключено, а вот все остальное вполне приемлемо. Поэтому, если Нарвский красногусарский отряд, а затем 55-й Красногусарский полк и имел какие-либо гусарские отличия, то они точно исчерпывались только этими элементами.

Остается загадкой, откуда у володарцев появились синие доломаны с белыми шнурами, которые описывает P.M. Азарх. Ведь у 14-го гусарского Митавского полка, старослужащие которого стали костяком эскадрона полка им. Володарского, были темно-зелёные доломаны с белыми шнурами. Может быть, мемуарист ошиблась в цвете, а может, володарцы получили гусарскую форму какого-то другого расформированного полка.

2-й кавполк Стальной дивизии В.А. Сергеева, созданный группой старослужащих 18-го гусарского Нежинского полка, на параде в конце 1918 г. представился в парадной униформе именно этой части. Об этом свидетельствует фотография, копия которой ныне хранится в Центральном государственном архиве кинофотофонодокументов Украины. Но в архиве это фото атрибутировано неправильно, как парад в Харькове в 1919 г. Но на фото можно узнать командующего 10-й армией, защищавшей Царицын, А.И. Егорова, Л.Д. Троцкого, начальника штаба Стальной дивизии A.M. Беленковича (в черкеске) и самого В.А. Сергеева с характерными усами, восседающего во главе конников.

Несколько слов следует сказать о других кавалерийских формированиях РККА, использовавших гусарскую форму, но не являвшихся «гусарскими». Как уже упоминалось, массово носили гусарские ментики и доломаны в кавалерийских школах РККА.



Знамённая группа предположительно 2-го Московского кавалерийского полка. Коллекция А. Воронова.
Colour group allegedly 2nd Moscow Cavalry Regiment. Collection of A. Voronov.


Кроме них известно ещё одно «негусарское» формирование, носившее парадную форму расформированного в Тамбове 13-го гусарского Нарвского полка. Фотографии юных красных гусар в формах Нарвского полка попадаются в частных коллекциях и на просторах Интернета. Скорее всего, форму нарвских гусар какое-то время носил личный состав 2-го Московского кавалерийского полка 1-й Московской кавалерийской дивизии. Этот полк начал создаваться 23 сентября 1918 г. в с. Перерва в 14 км от Москвы, а с 25 ноября 1918 г. был переведен для формировании в Тамбов. В районе Тамбова полк формировался до мая 1919 г., а затем отбыл на Восточный фронт. Впоследствии полк участвовал в боях на Кавказском фронте, и в январе 1921 г. был расформирован. Первым его командиром был кадровый офицер 3-го уланского Смоленского полка А.К. Геттих, а полковым адъютантом — поручик 2-го лейб-гусарского Павлогорадского полка Е.С. Шейдеман.

Этой статьёй тема красных гусар в РККА далеко не исчерпывается, так как поиск новых фотографий и документов не прекращается, и, полагаем, вскоре, благодаря новым данным, мы сможем существенно расширить и дополнить имеющуюся информацию.



1. Боевой путь блиновцев: история боёв и походов 5 Ставропольской им. тов. Блинова кавалерийской дивизии, 1930. С. 42.
2. Черниговские гусары // «Военная быль». Париж, 1969, № 95, С. 17.
3. Центральний державний архiв вищих органiв влади та управлiння Украiни (ЦДАВО Украiни) — Центральный государственный архив высших органов власти и управления Украины. Ф. 1077. Оп. 5. Д. 12. Л. 29.
4. Там же. Л. 22.
5. Урал в Гражданский войне. Свердловск, 1989. С. 43.
6. РГВА. Ф. 7688. Оп. I. Д. 98. Л. 15.
7. Сошников А..Я. и др. Советская кавалерия. М., 1984. С. 33-35.
8. Гай Г.Д. На Варшаву. М., 1928. С. 243.
9. Там же. С. 12.
10. Там же. С. 174.
11. Там же. С. 233.
12. Антонов-Овсеенко А.В. Записки о гражданской войне. М., 1924. Т. 1.С. 34.
13. Там же. С. 121, 225.
14 Сергеев В.П. В богатырском строю // Против Деникина. Сб. воспоминаний. М., 1969. С. 100.
15. Акаро. 14-й гусарский Митавский полк // «Часовой». Париж, 1932. №81. С. 14.
16. Список лиц с высшим общим военным образованием Красной Армии. Составлен по данным к 1 марта 1923 года. М., 1923. С. 9.
17. История полка имени Володарского. Тюмень, 1923. С. 8. 18. Азарх P.M. У великих истоков. М., 1967. С. 65.
19. История полка имени Володарского... С. 16.
20. Там же. С. 29.
21. Петровский А.А. История 5-го гусарского Александрийского полка. Рукопись. С 73.
22. Там же. С. 72. 23. Там же. С. 73.
24. Крюченкин В.Д. От солдата до генерала. М., 1958. С. 26-27.
25. Петровский А.А.. Указ. соч. С. 73.
26. Крюненкин В.Д. Указ. соч. С. 28-29.
27. Ермольев Н.И., Ковалёв И.С.. 19 огненных лет. Ростов-на-Дону. 2004. С. 5.
28. Боевой путь 6л иновцев... С. 201.
29. Тинченко Я. Красно-гусарский (Заволжский кавалерийский) полк // «Старый Цейхгауз», 2011. № 1 (39). С. 60-62.
30. РГВИА. Ф. 3511 Оп. 2. Д. 549. Л. 15.

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 04-11-2012 22:30
 
Старый Цейхгауз", №2 (46), 2012

Ярослав Тинченко
1-я (Московская) кавалерийская дивизия РККА


В советской литературе установилось ошибочное мнение, будто бы сформированная в 1918 г. Московская кавалерийская дивизия вела своё начало от расформированной 2-й кавалерийской дивизии старой русской армии. В частности, эти данные содержатся в исторической справке дивизии в энциклопедии «Гражданская война и военная интервенция в СССР» (1), а также в путеводителе Российского государственного военного архива (2). Сама дивизия в период Гражданской войны сражалась, если так можно сказать, на периферийных фронтах, а потому о ней практически ничего не известно. И самым примечательным в истории дивизии считается то, что в рядах 4-го Московского кавполка в 1919 г. служил будущий Маршал Советского Союза Г.К. Жуков. На самом же деле эта дивизия могла бы гордиться не только Жуковым, но и многими другими фактами своей истории.

В собрании РГВА сохранились два фонда 1-й (Московской) кавдивизии (7599, 7616) и фонды 2-го (8101), 3-го (8193) и 4-го (8251) Московских кавалерийских полков. Но в материалах этих фондов нет даже намёка на то, что это советское кавалерийское соединение создавалось на базе какой-либо дивизии старой русской армии. Более того, основная масса сохранившихся материалов фондов 1-й кавалерийской дивизии датируется 1919-1921 гг. Тогда какое же отношение эта дивизия могла иметь ко 2-й кавалерийской дивизии старой русской армии?

Материалы фондов Российского государственного военно-исторического архива свидетельствуют, что в начале 1918 т. 2-я кавалерийская дивизия (вернее, её остатки) находилась в составе войск 1-й армии Северного фронта и под нажимом немцев отступала к Старой Руссе. В этом районе, согласно приказу по войскам 1-й армии от 6 марта 1918 г. № 3408, состоялось расформирование её полков:

2-й драгунский Псковский полк закончил свою ликвидацию к 1 апреля 1918 г., причём «штандарт и грамота о пожаловании штандарта и партитура полкового марша сданы командиром полка и полковым адъютантом в грановитую палату» (3).

2-й уланский Курляндский полк начал расформирование в Старой Руссе 7 марта 1918 г. и закончил своё существование уже к концу месяца (4).

2-й гусарский Павлоградский полк также начал демобилизацию и ликвидацию полкового имущества 7 марта 1918 г. Как видим, 2-я дивизия старой русской армии не могла иметь отношения к формированию Московской кавалерийскои дивизии РККА.

На самом деле произошла такая же ошибка, как и в случае с историей 1-го Петроградского конного полка РККА, рождение котоporo советские исследователи ошибочно связали с судьбой Гвардии Конного полка (5).

На самом деле кадрами для формирования Московской кавалерийскои дивизии должны были послужить остатки 4-й кавалерийской дивизии старой русской армии.



4-я кавалерийская дивизия до конца 1917 г. находилась на Северном фронте. Затем по приказу главкома Н.В. Крыленко она была переброшена в Донецкий бассейн на поддержку большевистских войск, боровшихся с Донским правительством генерала Каледи-на. В то время этой дивизией уже руководил выборный начальник — вахмистр 4-го драгунского Новотроицко-Екатеринославского полка Г.В. Жуков (однофамилец Г.К. Жукова), о котором маршал упоминал в своих мемуаpax). Вот что вспоминал о прибывшем подкреплении командующий большевистских войск В.А. Антонов-Овсеенко:

«С Северного фронта начали прибывать серьёзные подкрепления. Медленно протянулась 4-я кавалерийская дивизия, кроме гусарского полка мало боеспособная. Её проталкивание в Донбасс прошло с трудом; пришлось посылать агитаторов и длительно уговаривать солдат. Её командир, Жуков, не проявлял особых военньис способностей и не пользовался никаким авторитетом в дивизии, так же, как и начальник штаба дивизии, Давидов. Дивизия расквартирована так: драгунский полк в Луганске, Уланский и Стрелковый полк и 4 батареи по 6 орудий — в районе Бахмут» (6).

Вначале для советского командования дивизия оказалась обузой. Комментируя события конца января 1918 г., Антонов-Овсеенко констатировал:

«Много хлопот доставляли нам вновь прибывающие части. Особенно неблагополучно обстояло с 4-й кавалерийской дивизией. Задержание из состава дивизии Кудинским в Брянске, под предлогом борьбы с пробиравшимися на Дон казачьими эшелонами гусарского полка, болезненно переживалось остальными её частями: им казалось, что гусарский полк — на отдыхе. Почти каждодневно начдив Жуков и комиссар дивизии Сергунов доказывапи мне, что без гусарского полка дивизия не боеспособна. Но все мои усилия, все приказы Кудинскому вернуть гусарский полк в дивизию оставались тщетны. Вытянуть дивизию в поле из её стоянки (Бахмут-Луганск) было нелегко, в Луганске дело осложнилось пьянством, развившимся в драгунском полку. Луганский совет, в похвальном стремлении раздобыться деньгами, решил открыть виноторговлю и пошло такое безобразие, что Саблин возопил по "всем, всем, всем" адресам. Полк в полуразваленном состоянии, удалось вырвать из этой разлагающей обстановки только после серьёзного воздействия.

Б Бахмуте погрузка остальных частей 4-й кавалерийской дивизии также протекала неблагополучно.

Чтобы сломить саботажные настроения и побудить дивизию к действию, пришлось арестовать кое-кого из её командного состава»
(7)

После долгих усилий Антонову-Овсеенко всё же удалось двинуть на Дон, против казаков и добровольческих частей драгун, улан и стрелков 4-й кавдивизии. 7 февраля 1918 г. эшелоны дивизии выгрузились на станциях Иловайской и Голодаевка.

В последующем с помощью Г.В. Жукова и перешедших на сторону советской власти офицеров «покрасневшую» 4-ю кавалерийскую дивизию удалось активно использовать в боях с белыми:

«К 14-му февраля 4-й уланский Харьковский полк вступил передовыми частями в с. Генеральский мост, Новотроицкий драгунский полк занял Султан-Салы (2-мя эскадронами) и Петровскую (4 эскадрона с орудиями)....

Левый наш фланг одновременно был aтакован казачьей Гниловской дружиной. Неожиданным налётом казаки сбили стрелковый полк 4-й дивизии, занимавший Ханженково, отняли у стрелков до 10 пулемётов и 7 походных кухонь. Но эскадроны 4-й кавдивизии взяли во фланг и смяли казаков. Гниловцы бежали. Противник, угрожаемый с правого фланга, отошёл к Хопрам...

4-я кавдивизия подтягивалась с трудом из-за распутицы и порчи мостов, и 16-го февраля её разъезды вошли в связь с правым флангом Саблина...

...Я подчинил Сиверсу 4-ю кавдивизию и дал ему указания стремительно продвигаться к Ростову кавалерийскими частями, отрезав Корнилову выход к Аксаю. К сожалению, я не смог, как думалось, подкрепить его свежей кавалерийской частью ״украинским Мазепинским полком", прибывшим из Петрограда — этот полк, по желанию его солдат, был мною из Таганрога повёрнут обратно через Харьков в Полтаву, где бывш. полковник Бокитько, по поручению Муравьёва, формировал 3-ю Украинскую apмию»
(8)

Далее 4-я кавалерийская дивизия вместе с прочими красногвардейскими частями продолжила движение на Дон и к вечеру 24-го февраля выбила казаков и Добровольческую армию из Ростова. Но, как писал Антонов-Овсеенко, части «были так утомлены, что оказались неспособными преследовать противника» (9).

В начале марта 1918 г. остатки 4-й кавалерийской дивизии были сняты с фронта и направлены в Московский военный округ. 4-й драгунский Новотроицко-Екатеринославский и Стрелковый полки, где осталась значительная часть бывших офицеров, во главе со штабом дивизии прибыл в Москву. 4-й уланский Харьковский полк 20 марта 1918 г. прибыл в c.Ново-Перерва, в 14 километрах от Москвы, где ему было назначено место для расформирования. Вот что вспоминал об этом один из офицеров полка ротмистр Л.О. Веденяпин:

«Октябрьский переворот был встречен солдатами с большим подъёмом. Офицеры растерялись. Было несколько офицерских собраний, на которых было решено бросить полку и уехать из пределов России — кто куда может, причём, предлагалось ехать на Дон, где зарождалась белая армия. Большая часть офицеров так и поступила. Значительное меньшинство, в том числе и я, остались в полку. Я остался в должности командира эскадрона, будучи выбран на эту должность солдатами. Насилий над офицерами не было»(10).

Вскоре Л.О. Веденяпин, а вслед за ним и другие оставшиеся в строю полка офицеры, получили новые должности в РККА и разъехались из с. Ново-Перерва.



Красные кавалеристы на Красной Площади.1918 г. Смотр Всеобуча. РГАКФД


В 4-м гусарском Мариупольском полку офицеров почти не осталось. Руководил полком избранный полковым комитетом вольноопределяющийся В.А. Кудрев. Вот что он вспоминал о себе и судьбе своего полка:

«...Едва достигнув 17 лет (минимум по старому закону) я оказался юнкером царской службы. Но увлечение этой мишурой стало быстро проходить, среди юнкеров был член партии большевиков Сченснович, собравший вокруг себя около 10 таких дураков горе-патриотов, каким был я, повёл с нами работу и в результате в начале января 1917 г., перед выпуском, мы все отказались принять присягу, были арестованы и осуждены окружным судом б. Петроградского военного округа на отбытие разных сроков наказания в Медведовском дисциплинарном батальоне после окончания военных действий, а пока все были направлены рядовыми на фронт, я попал рядовым в 6-й эскадрон 4-го гусарского Мариупольского полка.

Это был уже февраль 1917 г. и на фронте чувствовались признаки революции, и когда свершилась Февральская революция, а до нас она дошла в начале марта, я сразу был выбран председателем полкового комитета Солдатских депутатов и на этой работе пробыл бессменно до октября 1917 г., когда после октябрьского переворота единоглас-но был избран командиром полка и с честью привёл его в Рабоче-Крестьянскую красную Армию, влив его 7 марта 1918 г. в состав кавполка 2 Тверской дивизии, а сам получил назначение на должность инструктора Ржевского уездвоенкомата, став с этого дня командиром Красной Армии»
(11)

Таким образом, к апрелю 1918 г. остатки полков 4-й кавалерийской дивизии старой армии находились в Московском военном округе, не думая даже расформировываться.

19 июня 1918 г. приказом Высшего военного совета № 54 началось формирование кавалерийской дивизии Московского военного округа, которая 10 сентября 1918 г. была переименована в Московскую кавалерийскую дивизию.

Начальником дивизии был назначен бывший полковник Лейб-гвардии Сводно-Казачьего полка В.В. Степанов, комиссаром — вахмистр 4-го Новотроицко-Екатеринославского полка Г.В. Жуков, начальником штаба — бывший ротмистр того же полка Г.О. Стосуй.

1-й Московский кавалерийский полк начал формироваться тогда же, в июне 1918 г., в Москве под руководством бывшего штабс-ротмистра 4-го драгунского Новотроицко-Екатеринославского полка Я.А. Мелькумова. В полк направлялись мобилизованные кавалеристы старой русской армии из Московского военного округа. К началу 1919 г. полк считался окончательно сформированным. В приказе Московского окружного комиссара по военным делам от 5 марта 1919 г. №455 была выражена благодарность командиру полка Мелькумову за отличное и опрятное состояние части, несмотря на крайне тяжёлые условия, сложившиеся во время его формирования. Тогда же был произведён смотр полку по случаю его отправки на Южный фронт. Впоследствии полк сражался в составе 12-й стрелковой дивизии 8-й армии, затем был передан в 13-ю армию. В сентябре 1919 г. он был объединён с другими мелкими кавалерийскими формированиями и стал именоваться 1-м Московским конно-партизанским полком. В октябре 1919 г. Я.А. Мелькумов был назначен командиром кавалерийской бригады 8-й армии, а полк вплоть до конца Гражданской войны возглавлял бывший унтер-офицер Лейб-гвардии Кирасирского Его Величества полка Красков. С 23 декабря 1919 г. 1-й Московский кавалерийский полк входил в состав 3-й стрелковой дивизии, с 16 марта 1920 г. — 13-й отдельной кавбригады, позже включённой в состав 8-й (1-й) Червонно-казачьей дивизии. С 25 апреля 1920 г. он именовался 6-м Червонно-казачьим полком, с 25 марта 1921 г. — 8-м Червонно-казачьим полком. В июле 1921 г. полк был влит в состав 45-го Червонно-казачьего полка (12).

После убытия 1-го полка дивизия формировалась в составе трёх полков и конно-артиллерийского дивизиона. Предполагалось, что 1-й Московский кавполк также вскоре присоединится к ней, но этого так и не произошло.

2-й Московский кавполк начал формироваться 23 сентября 1918 г. в с. Ново-Перерва, то есть там, где весной прекратил своё существование 4-й уланский Харьковский полк. Его командирами последовательно были: бывший подполковник 3-го уланского Смоленского полка А.К. Геттих, с 25 июля 1918 г. — бывший полковник С.И. Медведев (пехотинец) и с конца 1920 г. по момент расформирования — бывший подъесаул C.Л. Кропотов. В фонде полка остались списки командного состава по состоянию на 15 мая 1920 г. и на 1 января 1921 г. в них указано всего пять военспецов, включая командиров полка с.и. Медведева и с.л. Кропо-това. Никто из этих бывших офицеров до 1918 г. не служил в 4-й кавалерийской ди-визии (13).

3-й Московский кавполк начал формироваться в Калуге 16 июня 1918 г. как кавалерийский полк Калужской пехотной дивизии. Предположительно, на формирование этой части поступил кадр кавалерийского полка (бывшие мариупольские гусары) 2-й Тверской пехотной дивизии РККА, формирование которой было отменено. 10 октября 1918 г. полк был включён в состав Московской кавдивизии и получил №3. С 24 февраля 1919 г. он продолжил формирование в Кирсанове. Первым командиром этой части был назначен бывший полковник А.Н. Зубов, а его помощником — бывший ротмистр К.К. Стецкевич, оба в недавнем прошлом офицеры 15-го драгунского Переяславского полка.

Наконец, 4-й Московский кавалерийский полк начал формироваться в соответствии с приказом начальника Московской кавалерийской дивизии от 10 октября 1918 г. №25 «на базе 4-й кавалерийской дивизии бывшей царской армии» (14). Первоначально полк формировался в с. Ново-Перерва — при 2-м Московском кавалерийском полку, затем он был переведён в Москву, в Хамовнические казармы.

На поверку формирование полка «на базе 4-й кавалерийской дивизии бывшей царской армии» подразумевало под собой лишь использование имущества этого соединения. Что касается личного состава, то он состоял из представителей самых разных полков старой русской армии. Так, первым командиром полка был назначен бывший подполковник 3-го запасного кавалерийского полка М.С. Нольде-Старченко. Кроме него в 1918 г. в полк поступило ещё 13 бывших офицеров, но среди них не было ни одного ветерана 4-й кавалерийской дивизии старой армии. Комсостав полка также составляли 28 бывших унтер-офицеров, но только 13 из них были кавалеристами. Из них только четверо ранее служили в 4-й кавалерийской дивизии, причём в разных полках: П.M. Егоров (4-го драгунского Новотроицко-Екатеринославского полка), Е.М. Абрамов (4-го уланского Харьковского полка), Ф.Е. Волков и Г.. Юрзин (4-го гусарского Мариупольско-го полка) (15).

Первый командир полка М.С. Нольде-Старченко довольно быстро уехал «в отпуск», из которого не вернулся. Его заменил Г.Н. Вилламов — в прошлом офицер Лейб-гвардии Конно-гренадерского полка, ушедший в 1913 г. в отставку из-за какого-то темного дела, и в годы войны прикомандированный к 26-му Донскому казачьему полку. Но он оказался плохим командиром. В приказе Московского окружного комиссара по военным делам от 20 марта 1919 г. № 599 командиру полка Вилламову был объявлен выговор за плохое состояние казарм, конюшен, небрежное отношение к караульной службе, отсутствие в полку каких-либо занятий и прочее. В этом же приказе упоминалось, что во время инспекции в 1-м эскадроне полка налицо оказалось только 18 лошадей. Вилламов был отстранён от командования, и за тм полком командовали: т. Рыков (апрель — май 1919 г.), бывший поручик-пограничник С.М. Белавский (май 1919 - март 1920), т. Моравский (март - октябрь 1920 г.) и наконец бывший вахмистр 16-го уланского Новоархангельского полка П.Г. Ягушко (октябрь 1920 - июнь 1921 г.)

* Этим приказом объявлялось о том, что отныне вместо трёхбригадного состава в дивизиях войсковой конницьі следовало иметь по две бригады. Причём в 1-й дивизии (а не Московской!) полки имели №№ 1-4, во 2-й дивизии — №№7-10 полки, в 3-й дивизии — №№ 13-16, в 4-й диви-зии — №№19-22, в 5-й дивизии — №№25-28, в 6-й дивизии — №№31-34, в 7-й дивизии — №№37-40, в 1-й отдельной кавбригаде — №№61-62, во 2-й отдельной кавбригаде — N»№63-64. Кроме того, 1-й Особый кавполк, формируемый Всеобучем, должен был стать 65-м. Конноартиллерийские дивизионы следовало именовать по номерам дивизий.

Вплоть до марта 1920 г. дивизия именовалась Московской и не использовала номера. Но фактически 1-й номер ей был присвоен ещё 5 июня 1919 г. приказом Реввоенсовета Республики №982(с) .

В середине мая 1919 г. Московская кавдивизия была направлена в состав Южной группы Восточного фронта для защиты Уральска от белоказачьей Уральской армии 9160.

22 августа 1919 г. Московская кавдивизия в составе 2-го и 3-го кавполков, конно-артиллерийского дивизиона и технического эскадрона убыла в состав 11-й армии, 4-й кавполк временно остался в 4-й армии (присоединился к дивизии 12 октября 1919 г.).

17 марта 1920 г., согласно приказу по войскам Кавказского фронта от 26 февраля 1920 г. №19, Московская кавдивизия была переименована в 1-ю кавалерийскую.



Типы красных кавалеристов начального периода. Коллекция А. Воронова



Типы красных кавалеристов. Обратите внимание на шпоры, пристёгнутые к ботинкам с обмотками. Коллекция А. Воронова

Боевой путь Московской кавалерийской дивизии на Восточном, а затем Кавказском фронтах можно проследить по краткой исторической хронике, сохранившейся в архиве 2-го полка:

«2-й Московский кавалерийский полк, произведя погрузку в эшелоны 7, 8 и 9-го мая 1919 г., приказы полку № 147 и 150, 9 мая отбыл на фронт 4 эшелонами. 16 мая прибыл на стан. Ершово, распоряжением Командарма 4 два эскадрона и пулемётная команда спеш-но были отправлены в гор. Николаевск-Пугачёвск, а остальная часть полка по выгрузке расположилась в селе Ганновке, приказ по полку №137 от 17 мая 1919 г. 26 мая, согласно распоряжения Начдива, погрузилась на стан. Ершово, куда были вернуть первые два эскадрона и пулемётная команда, и отбыл на стан. Шипово, приказ по полку 146. 27 мая полк прибыл на стан. Шипово, приказ по полку 146. 27 мая полк прибыл на стан. Шипово, выгрузился и вошёл в состав Шиповской группы, а 30 мая, согласно полученной задаче, вошёл в состав правой колонны той же группы и выступил в поход для выполнения боевой задачи, приказ по полку № 147 и 150, 1919 г.

31 мая 1919 г. вступил в бой с казаками под Астраханкой, того же числа полком принят открытый бой у хутора Пустобай, который полком был взят, потеряв одного убитым и 3 раненых красноармейцев, в 10 числах Июня Шиповская группа получила наименование Деркульской группы 4-й армии. Полк находился в этой группе и в безпрерывных боях с 31 мая по 16е июня, при занятии казаками стан. Шипово Деркульская группа и в составе её полк были отрезаны, но пробившись с большими потерями в людях и конском составе и имущества на Николаевск-Пугачёвск, 11 июля прибыл на станцию Ершово и присоединился к дивизии. 19 июля и 22 июля, приказ по полку №200 и 203, согласно приказания дивизии №6 (опер.), строевые эскадроны погрузились на стан. Ершово по жел. дор, а штаб и хозяйственная команда походным порядком выступили в город Новоузенск, прибыв на место назначения 24 июля, приказ по полку №205. 6 августа полк погрузился на стан. Новоузенск и отбыл на стан. Гмилинскую и 9-го расположился в деревне Харьковке, приказ по полку №222. 10 августа полк походным переходом выступил в село Дековку, 14 августа вступил в бои, находясь в каковых до 17 сентября 1920 г. совместно с 32-й бри-гадой 34-й дивизии, в боях под Солодинками полк понёс значительные потери и 17 сентября прибыл в село Владимировку. 12 октября 1919 г. полк выступил из села Владимировки в город Царёв и вступил в бой в районе Царёв-Царицын, находясь в таковых беспрерывно до 27 января 1920 г. 27 января полк в составе Московской кавалерийской дивизии выступил походным порядком в новый район под город Кизляр и прибыл к месту назнанения, пройдя Астраханские и Калмыцкие степи, 17-го апреля 1920 г. 13 марта наименование полка Московский, согласно предписания Штадива 1-й кавалерийской на основании приказа Кавказского фронта от 26 февра-ля 1920 г. за №269 отменено. 29 апреля полк выступил в город Порт-Петровск и прибыл к месту назначения 7 мая, где нёс стороже-вую службу в районе Порт-Петровска и города Темир-Хан-Шура до 11 июля. 11 июля погрузился в вагоны и отбыл к новому месту назначения в село Петропавловку на Муганских степях, куда прибыл 15 июня. Нёс разведывательную службу по 8 июля.

8 июля полк выступил к новому месту назначения в село Новоголовку, куда и прибыл 12 июля, неся таковую же службу, а 5-го августа, будучи пополнен добровольной мобилизацией людьми из селения Мугани, а также лошадьми, вступил в бой, в котором находится по настоящий момент»
(17)

В соответствии с приказом войскам 11-й армии от 31 декабря 1920 г. № 837с дивизия была переформирована в бригаду и под №35 вошла в состав 12-й кавалерийской дивизии. При этом 2-й кавполк был расформирован, а 3-й и 4-й стали, соответственно, 69-м и 70-м. В мае - июне 1921 г. эта бригада была также расформирована.

Так закончили своё существование Мос ковские кавалерийские полки РККА.

1. Гражданская война и военная интервенция в СССР. Энциклопедия. M., 1987. с. 450.
2. Центральный государственный архив Советской Армии. Путеводитель. Minneapolis, Minnesota, 1993. с.209.
3. РГВИА. Ф. 3554. Оп. 1. Д. 151. Л. 4.
4. Там же. Ф. 3575. Оп. 1. Д. 165. Л. 2.
5. См.: Тинченко Я. Петроградские кавалерийские полки РККА // Старый Цейхгауз. 2011. №5. с. 47
6. Антонов-Овсеенко в. Записки о гражданской войне. М., 1924. Т. 1. С. 108.
7. Там же. С. 220-221.
8. Там же. С. 248-251.
9. Там же. С. 260.
10. ОГАСБУ Фп. Д. 67093. Т. 3174. Л. 39.
11. Там же. Д. 67093. Т. 1870. Л. 92
12. Краткая история 3-го Криворогского Червонного казачьего полка. Кривой Рог, 6.г.
13. РГВА. Ф. 8101. Оп. 1. Д. 23. Л. 6-21.
14. Свищев В.Н. Г.К. Жуков на фронтах гражданской войны в Заволжье // Военно-исторический журнал. 1996. №6 (ноябрь-декабрь). С. 43-47; автор ссылается на РГВА. Ф. 195. Оп. 7. Д. 124. Л. 21.
15. РГВА. ф. 8251. Оп.1. Д. 18. Л. 29-31.
16. М.В. Фрунзе на фронтах гражданской войны, сб. документов. М., 1941. С. 154, 155; Хлебников Н.М., Евлампиев П.С., Володихин Я.А. Легендарная Чапаевская. М., 1975. с 192.
17. Краткая справка о службе 2-го кавполка 1-й кавдивизии Рабоче-Крестьянской Красной Армии Р.С.Ф.С.Р., входящего в состав XI Армии Кавказского фронта. Составлена 26 ноября 1920 г. // РГВА. Ф. 8101. Оп. 1. Д. 6. Л. 6-7.

За помощь в сборе материалов для статьи автор выражает искреннюю благодарность историку Сергею Дробязко (Москва)

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 08-01-2016 00:29
 
Я.Тинченко.
ЗАВОЛЖСКИЙ КРАСНОГУСАРСКИЙ (ЗАВОЛЖСКИЙ КАВАЛЕРИЙСКИЙ) ПОЛК.


Цейхгауз. №1 (39) 2011.

В период Гражданской войны в Красной Армии большое количество частей использовало старую парадную форму Русской императорской армии, либо носило "исторические" именования ранее существовавших полков. В частности, существовало несколько "красно-гусарских" формирований, использовавших русскую, австрийскую или немецкую гусарскую форму. Одним из самых известных таких формирований была Красно-гусарская бригада Е.В. Ватмана, существовавшая в 1920-1922 гг.

Красно-гусарская бригада вела свое начало от запасного кавалерийского дивизиона 13-й армии, начавшего формирование в октябре 1919 г. Командиром дивизиона стал бывший штабс-ротмистр 13-го драгунского Военного Ордена полка К. К. Корчинский. После занятия советскими войсками Харькова кадр дивизиона был переброшен в этот город. В феврале 1920 г. в Харьков также прибыл запасной кавдивизион 14-й армии под командованием кабардинца И.В. Горева. Оба дивизиона были соединены в Запасной кавалерийский полк Юго-Западного фронта. Командиром полка недолгое время был И.В. Горев, а затем его сменил К.К. Корчинский. [1]

Весной-осенью 1920 г. этот полк располагался в Харькове и Балаклее. Он отправлял маршевые эскадроны на Юго-Западный и Южный фронты, в частности, в состав 1-й Конной армии. В то время будёновцы несли жестокие потери, особенно в командном составе. Так, командир первого же маршевого эскадрона, бывший поручик Гвардии Конно-Гренадерского полка К.М. Батюшков, был тут же по прибытии в армию назначен командиром полка в 14-й кавалерийской дивизии. Впрочем, на этой должности он оставался недолго. Во время взятия Житомира Батюшков получил экзотическое ранение - был ошпарен кипятком, вылитым ему на голову из окна одного из домов [2].

4 октября 1920 г. в с. Павловка Херсонской губернии полк был объединён с Заволжским стрелковым полком в Отдельную Заволжскую бригаду. При этом полк был переименован в Заволжский Красно-гусарский (или просто Красно-гусарский). Командиром бригады был назначен бывший ротмистр 3-го драгунского Новороссийского полка Е.В. Ватман, начальником штаба - бывший подполковник генштаба М.М. Петров.

Формально заволжские стрелки вели свою историю от некоей Отдельной коммунистической роты, сформированной в г. Шацке Тамбовской губернии осенью 1918 г. [3], а фактически же Заволжский стрелковый полк был сформирован в Саратовской губернии в начале января 1920 г. преимущественно из пленных колчаковцев.

5 ноября 1920 г. Отдельная Заволжская бригада была включена в состав 23-й стрелковой дивизии, которая в свою очередь 14 ноября была переименована в 3-ю стрелковую дивизию. Номинально Заволжская бригада считалась 8-й в составе 3-й дивизии (даже тогда, когда данная дивизия была сама переформирована в бригаду), однако фактически оставалась отдельной частью.

После разгрома войск Врангеля из Крыма вырвались отряды Революционной повстанческой армии Украины махновцев (именно так в тот момент официально именовали себя приверженцы Н.И. Махно). Махновцы устремились на север, по дороге громя советские учреждения и вырезая небольшие красноармейские части. Против них была брошена Отдельная Заволжская бригада под командованием Е.В. Ватмана. Для заволжских стрелков это была далеко не первая боевая операция, и в борьбе с Махно они показали себя опытными и стойкими бойцами. Красно-гусарский полк к тому моменту состоял из необстрелянной молодёжи, плохо державшейся верхом и еще хуже владевшей холодным оружием. Поэтому успехи красных гусар были гораздо скромнее. Но в конечном итоге Отдельная Заволжская бригада свою задачу выполнила, и 24 февраля 1921 г. за борьбу с махновщиной она была награждена орденом Красного Знамени "для прикрепления к Почётному Революционному Красному Знамени":

"Отдельная Заволжская сводная бригада. Выделенная на борьбу против Махно из VI армии Заволжская бригада походным порядком передвинулась в район Синельниково и вошла в состав северной группы, где в бою под дер. Федоровка 16 декабря 1920 года захватила у неприятеля черное знамя, 3 орудия, 6 пулеметов, снаряды, обозы и другое имущество и отбила 460 красноармейцев 42 стрелкового дивизиона. Затем, перейдя тем же походом из указанного района в Полтаву, почти не останавливаясь, бригада опять столкнулась с бандитами Махно и в период с 12 по 28 января, за 16 дней, проделала непрерывный поход около 800 верст, мало останавливаясь в населенных пунктах, имея отдых не более 3 часов в сутки. Бригада преследовала банды Махно в составе группы тов. Нестеровича, идя по маршруту Махно, забравшему на своем пути всех лошадей, запасы фуража и продовольствия, теряя десятками замерзающих (26 января на одиннадцатой версте северо-восточнее от Бибиково), проведя за это время до одиннадцати боев, причем семь из них были чрезвычайно упорными. В этих боях было уничтожено до тысячи бандитов, захвачено около 50 пулеметов, обозы с имуществом и вооружением. Заволжская бригада обусловила превращение организованного отряда Махно в спасающуюся бегством шайку бандитов, ныне окончательно разбитую".
[4]



Первомайский парад в Харькове в 1921 г. По улицам маршируют подразделения запасного кавалерийского полка.
May Day parade in Kharkov in 1920. Marching through the streets of subdivisions Reserve Cavalry Regiment.

При награждении бригады орденом случилось два казуса. Первый заключался в том, что к тому моменту бригада еще не имела Почётного Революционного Красного Знамени. Именно поэтому за те же подвиги - борьбу с махновщиной - 3 июля 1921 г. заволжцам было вручено три Почётных Революционных Красных Знамени: для отдельно-стрелкового, Красно-гусарского полков и младшей школы командного состава при бригаде [5]. Но тут возник второй казус: орден был один, а знамени - три. В конечном итоге орден остался у стрелков, и впоследствии вместе с двумя знамёнами перешел во вновь сформированную 23-ю стрелковую дивизию.

Во время борьбы с махновщиной бригада понесла большие потери. Так, к 1 февраля 1921 г. в составе Красно-гусарского полка имелось всего 14 лиц комсостава и 120 сабель. В течение февраля-марта части бригады были значительно пополнены уроженцами Поволжья - русскими, татарами и немцами. Красно-гусарский полк получил в пополнение значительное количество киргизов, многие из которых были опытными бойцами, хорошо владеющими холодными оружием. В течение весны 1921 г. на основе школы младшего комсостава был сформирован 2-й стрелковый полк, а из расформированных частей РККА - 3-й. Предполагалось также развернуть 2-й Красно-гусарский полк в бригаду двухполкового состава.

24 апреля 1921 г. в вооружённых силах Украины и Крыма начался большой этап сокращений и переформирований. В соответствии с приказом войскам Харьковского военного округа от 26 апреля 1921 г. No.225 Заволжская дивизия вновь была переформирована (фактически переименована) в бригаду, причем в ее состав вливалась расформированная 216-я отдельная стрелковая бригада. В приказе также упоминалось о реорганизации и изменении дислокации стрелковых полков бригады:

- 1-й Заволжский полк оставался в Изюме;
- 2-й Заволжский полк переводился из Барвенково в Славянск, где в его состав должен был влиться 646-й стрелковый полк (перебрасываемый туда из Бахмута);
- 3-й Заволжский полк из Изюма переводился в Луганск, где в него должен был перейти личный состав расформированного 648-го стрелкового полка.

В соответствии с этим приказом Красно-гусарская бригада оставалась прикомандированной к Заволжской стрелковой бригаде [6].

Исполняющим обязанности командира бригады был её начальник штаба, бывший подполковник М.М. Петров. В командном составе Красно-гусарского полка произошли изменения: после борьбы с отрядами Н.И. Махно исполняющим обязанности командира полка был бывший прапорщик М.А. Самсонов, а с 10 апреля 1921 г. командиром красных гусар стал бывший унтер-офицер Гвардии Кирасирского Его Величества полка И.А. Федченко [7].

После ликвидации частей армии Махно на Правобережной Украине советская власть развернула борьбу с различными партизанскими отрядами, преимущественно махновского толка. Наибольшее противостояние возникло на границе Харьковской и Донецкой областей, где для борьбы с партизанами в марте 1921 г. было создано так называемое постоянное совещание Изюмо-Славянского района. Уполномоченным по борьбе с бандитизмом ВУЧК в этом районе стал "герой" крымских расстрелов конца 1920 г. чекист Н.Д. Петров. В его распоряжение была передана Отдельная Заволжская бригада. Кроме того, чекистами было сформировано два небольших "истребительных" отряда (вскоре ставших так называемой бригадой Незаможников). Борьба заволжских стрелков и красных гусар с крестьянскими волнениями шла с переменным успехом до конца 1921 г. Иногда она принимала скандальный характер, в частности, в августе был арестован целый ряд чекистов во главе с Н.Д. Петровым по обвинению в злоупотреблениях и пр. "нарушениях социалистической законности". В период этой борьбы красные гусары полностью утратили свой "гусарский" облик и внешне походили на обычную красноармейскую часть, даже без всяких видимых советских отличий. Сохранились многочисленные свидетельства, что в период борьбы в Изюмо-Славянском районе разъезды красных гусар не раз принимались местными жителями за отряды повстанцев. Наверное, именно поэтому уже к осени 1921 г название "Красно-гусарский" перестало использоваться командованием и личным составом полка.

5 июня 1921 г. приказом войскам Украины и Крыма No.724/284 была сформирована новая 3-я дивизия из состава 3-й и 46-й стрелковых бригад. О Заволжской бригаде в приказе не упоминалось, однако она де-факто также была включена в состав этой дивизии с прежним 8-м номером. 21 октября 1921 г. был расформирован 24-й (бывший 3-й) Заволжский стрелковый полк, а вместо него в состав бригады был включен 441-й (в прошлом - 1-й Украинский запасной) стрелковый полк [8]. Кавалерия Заволжской бригады должна была стать дивизионной кавалерией вновь формирующегося соединения.

В конце 1921 г. 1-й кавалерийский полк Отдельной Заволжской бригады был возвращён в Харьков, где развернулся в Красно-гусарскую бригаду 2-полкового состава. В каждом полку должно было быть по пять сабельных и одному пулемётному эскадрону. Командиром бригады оставался Е.В. Ватман, командирами полков были бывшие офицеры Абаза и Дроздовский. 2 февраля 1922 г. командующим всеми вооружёнными силами на Украине и в Крыму М.В. Фрунзе был проведен смотр бригады, который нашел её отлично сформированной и обученной [9].

12 апреля 1922 г. М.В. Фрунзе подписал приказ о включении Красно-гусарской бригады третьей в состав 9-й кавалерийской дивизии [10]. По-видимости, в штабе командующего всеми вооружёнными силами на Украине и в Крыму не знали, что 3-я бригада 9-й кавалерийской дивизии начала формироваться еще в конце 1921 г. по инициативе начдива этой дивизии и к апрелю 1922 г. была уже вполне сформирована [11]. Скорее всего, именно поэтому вскоре приказ о включении Красно-гусарской бригады в 9-ю кавдивизию был отменён.

11 февраля 1922 г. 8-я Заволжская стрелковая бригада получила наименование 8-й Харьковской. Входящие в её состав стрелковые полки были наименованы 22-м Заволжским, 23-м Ахгырским и 24-м Харьковским [12].

12 июня 1922 г. 8-я Харьковская (бывшая Заволжская) бригада была выделена из состава 3-й стрелковой дивизии и переформирована в 23-ю стрелковую дивизию, а её полки - соответственное 67-й, 68-й и 69-й Харьковские. В связи с переформированием бригады в 23-ю стрелковую дивизию, красные гусары были сведены в Заволжский кавалерийский полк этого соединения. Командиром полка сначала оставался А.Н. Абаза, а в середине ноября 1922 г. эту должность принял С.М. Гридасов [13].

28 октября 1922 г. началась организация 2-го конного корпуса им. СНК УССР во главе с Г.И. Котовским. Первоначально в состав корпуса были включены 9-я отдельная Крымская кавдивизия, 2-я отдельная Бессарабская кавбригада и бригада незаможних селян [14]. Однако уже во время формирования корпуса оказалось, что Крымская кавдивизия и Бессарабская бригада довольно малочисленны, а бригады незаможних селян, по сути, вообще не существует. В связи с этим было принято решение о вхождении в состав 2-го конного корпуса кавалерийских полков 24-й и 51-й стрелковых дивизий, а также Красно-гусарской бригады [15]. Напомним, что к тому моменту этой бригады уже не существовало, а был лишь Заволжский кавалерийский полк 23-й стрелковой дивизии под командованием С.М. Гридасова.

Есть мнение, будто бы Заволжский кавалерийский полк (бывшие красные гусары) стал 16-м кавалерийским полком 3-й Бессарабской кавалерийской дивизии 2-го конного корпуса. Но это не соответствует действительности. Для сформирования 2-й бригады 3-й кавдивизии была обращена 3-я бригада 9-й кавдивизии с влитыми в неё частями. В частности, в 54-й кавалерийский полк 9-й кавдивизии в декабре 1922 г. был влит 51-й кавалерийский полк 51-й Перекопской стрелковой дивизии. И именно эта вновь сформированная часть получила наименование "16-й кавалерийский полк" [16].

Приказа о переформировании Заволжского кавполка пока найти не удалось. Но, как видно из большого числа формулярных списков комсостава бывших красногусар, эта часть была раскассирована между всеми четырьмя полками 9-й кавалерийской дивизии. Последний командир Заволжского кавполка С.М. Гридасов какое-то время командовал 49-м кавалерийским полком 9-й кавдивизии. Дальнейшая его судьба неизвестна.

Униформа

Исторически Красно-гусарский полк Заволжской бригады никак не был связан с гусарскими частями Русской императорской армии. Даже среди командного состава полка бывших гусар пока не обнаружено. Но весной 1920 г. полк формировался в Балаклее, где хранились склады 10-го гусарского Ингерманландского полка Русской императорской армии. Именно его форму - голубые доломаны с жёлтыми шнурами и крановые чакчиры - вновь формирующийся полк РККА и использовал.



Krasnoarmeyets of Red-Hussars regiment. Mid 1920 - early 1921. Artist A.Tron.

1 мая 1920 г. личный состав полка в пешем строю участвовал в параде в Харькове. Бойцы имели доломаны и чакчиры, но головные уборы были разнообразные. На сохранившейся кинохронике первомайского парада в Харькове на головах кавалеристов можно различить защитные фуражки, бескозырки разных цветов, кубанки, заломленные назад, каракулевые шапки и т.д. По-видимости, именно благодаря участию в первомайском параде полк вскоре и стал именоваться Красно-гусарским.

Но гусарская униформа в полку сохранялась сравнительно недолго. Выделяемые летом-осенью 1920 г. маршевые эскадроны уходили на фронт в доломанах и чакчирах, поэтому к началу 1921 г. в полку их оставалось сравнительно небольшое количество. Во время борьбы с отрядами Махно в начале 1921 г. красные гусары еще использовали массово краповые чакчиры. Советский мемуарист и писатель Илья Дубинский писал:

"Поняв тщетность борьбы, с отчаянием сражалось кадровое ядро махновцев. Бывали у них и успехи. Где-то у Балаклеи они разгромили красногусарскую бригаду, возглавлявшуюся бывшим царским офицером Ватманом, содрали с убитых и раненых кавалеристов новенькие из яркого сукна галифе. Но недолго в них щеголяли". [17].

Ещё один исследователь и мемуарист, описывая борьбу с махновщиной в начале 1921 г., упоминает на заволжских стрелках каракулевые шапки, которые в свое время в качестве подарка от Московского совета привёз в Харьков Л.Б. Каменев [18]. По-видимости, это те самые каракулевые шапки, которые фигурируют на красных гусарах на хронике первомайского парада.

Но уже к весне 1921 г. с прибытием в полк новых пополнений его внешний облик разительно изменился. Как уже отмечалось выше, во время борьбы с повстанцами крестьяне часто путали красно-гусарские разъезды с махновскими. А это свидетельствует о том, что в Красно-гусарском полку к тому моменту не оставалось ни одного элемента гусарской формы.

1. Центральний державний архів громадських об'єднань України (Центральный государственный архив общественных организаций Украины). Ф. 263. Оп. 1. Д. 58628. 'Г. 2. Л. 1 (Архивно-следственное дело К.К. Корчинского).
2. Там же. Л. 48 (Архивно-следственное дело К.М. Батюшкова).
3. Назаров В., Петрин В. В боях I за роботою. 3 історії 23-ї стрілецької дівизії. Харків, 1929.
4. Приказ РВСР (по личному составу) от 24 февраля 1921 г. No.66 // Боевые подвиги частей Красной армии, 1918-1922. М., 1957. С. 129.
5. Приказ РВСР (по личному составу) от 3 июля 1921 г. No.209 // Боевые подвиги частей Красной армии, 1918-1922. М., 1957. С. 145.
6. Приказ командующего всеми вооруженными силами на Украине и в Крыму и уполномоченного РВСР от 24.04.1921 г. No.534/198.
7. ЦГАОУ. Ф. 263. Оп. 1. Д. 50706. Т. 3. Л. 263. 267.
8. История нашего подшефного 69-го Харьковского Краснознаменного стрелкового полка. Харьков. 1928.
9. Приказ командующего всеми вооруженными силами на Украине и в Крыму и уполномоченного РВСР от 22 февраля 1922 г. No. 220/65.
10. Приказ командующего всеми вооруженными силами на Украине и в Крыму и уполномоченного РВСР от 12 апреля 1922 г. No. 434/113
11. Г.И. Котовский, документы и материалы Кишинев, 1956 С. 447-449.
12. Приказ РВСР от 11 февраля 1922 г. No.373/60; приказ командующего всеми вооруженными силами на Украине и в Крыму и уполномоченного РВСР от 13 апреля 1922 г. No.448/117.
13. Приказ командующего всеми вооруженными силами на Украине и в Крыму и уполномоченного РВСР от 16 ноября 1922 г. No. 1439/346.
14. Г.И. Котовский, документы и материалы, Кишинев. 1956. С. 464-465.
15. Там же. С. 461.
16. Калинин Н.В. Это в сердце моем навсегда. М., 1967. С. 85-86.
17. Дубинский И. Трубачи трубят тревогу. М., 1962. С. 82.
18. Рыбаков М. Действия летучего корпуса тов. Нестеровича // Сб. трудов ВНО при Военной академии. 1923. No.4. С. 104-134.

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 08-01-2016 00:31
 
С Заволжским полком долгое время была путаница, источники давали по нему самые разнообразные данные. В своей книге "Гражданская война в России 1917 - 1922. Красная Армия" А.Дерябин дает похожие, хотя и несколько неточные данные по Заволжском полку:

http://www.loveread.ec/read_book.php?id=3205&p=11

Заволжский гусарский полк был обмундирован в парадную форму (без ментиков) бывшего 1-го гусарского Сумского полка, взятую, по-видимому, из полкового цейхгауза. Полк носил голубую с красным околышем фуражку, имевшую желтые выпушки, голубые доломаны с такими же воротником и обшлагами и желтыми шнурами и пуговицами, но скорее всего без наплечных шнуров. Кавалеристы имели гусарские краповые чикчиры и сапоги с розетками. Командиры могли носить френчи, имели соответствующие знаки различия и вместо общепринятой красной звезды на головных уборах могли иметь достаточно распространенную кавалерийскую эмблему в виде подковы и головы лошади в ней с двумя скрещенными саблями. Каждый эскадрон имел значок, носившийся на красной пике: например, красный верх и желтый низ и т. д. В Российском государственном военно-историческом архиве недавно был обнаружен документ, подтверждающий выдачу сумским гусарам перед демобилизацией в декабре 1917 г. в эскадроны и команды полка привезенных из полкового цейхгауза в г. Ярославле гусарских меховых шапок, доломанов, ментиков, чакчир, гусарских кушаков, флюгеров, 25 серебряных труб «за боевые отличия» и т. д.


Некоторые другие данные говорили о форме 3-г Елизаветградского полка.

http://www.kulichki.com/gusary/istoriya/uniform/20cent.html

Бригада Ватмана, также известная как Заволжская Бригада Красных Гусар, состояла из трех кавалерийских полков, обмундированных в довоенную парадную форму 1-го Сумского и 3-го Елисаветградского гусарских полков. Полки различались между собой цветом околыша на фуражке. У Сумского полка околыш был алым, у Елисаветградского - белым.
На венгерке были латунные пуговицы и шнуры, но не было наплечных шнуров - типично гусарских знаков отличия. Чакчиры были крапового (красного) цвета. На высоких кавалерийских сапогах крепились латунные гусарские розетки. Вооружение состояло из винтовки и шашки. Некоторые эскадроны были также вооружены пиками со старыми ало-голубыми полковыми вымпелами.


Как видим, разные источники говорят о 1-м Сумском, 3-м Елисаветградском и Ингерманландском полках. Объясняется это просто - все три полка носили синие венгерки с желтыми шнурами и краповые чакчиры.

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 08-01-2016 00:32
 
И напоследок о папахах Заволжского стрелкового полка. В своей статье "Действия летучего корпуса тов. Нестеровича" М.Рыбаков писал:

"Kак потом показывали взятые в плен бандиты, тот факт, что пехота сама атакует во весь рост атакующую ее кавалерию, - произвел на них особенно сильное впечатление. "Никогда не было, чтобы против нас так дралась пехота, эта первая, которая бьет наших и дуром лезет вперед, не боясь шашки скачущего конника… Это какая-то черная танка"… Тут М. Рыбаkов дал примечание, поясняющее, откуда произошло прозвище "чёрная танка": "Все стрелки были одеты в черные каракулевые шапки - боевой подарок от Московского Совета, привезенный на южный фронт тов. Л. Каменевым".

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 08-01-2016 00:37
 
По заданию Ленина

Приказом Реввоенсовета Республики № 111 от 4 мая 1922 г. орденом Красного Знамени была награждена большая группа командиров и красноармейцев Заволжского стрелкового полка за отличия, как гласил приказ, оказанные в боях с бандами Махно. Случай, когда за выполнение одного боевого задания были награждены сразу 176 человек из одной воинской части, в период гражданской войны был беспрецедентным.

Из 176 героев Заволжского стрелкового полка, каждому из которых был вручен орден, 19 человек были венгры-интернационалисты.

Участие венгров в боевых операциях Заволжского стрелкового полка, в основном укомплектованного рус/207/скими красноармейцами, было не случайным и имело давнюю историю. Еще осенью 1918 г. при Реввоенсовете 4-й армии Восточного фронта был сформирован отряд особого назначения имени Ногтева, в состав которого входил Отдельный стрелковый батальон. Четвертая рота этого батальона была составлена целиком из венгров-интернационалистов, сотни которых в тот момент вступили в ряды Красной Армии. Отряд особого назначения, оправдывая свое наименование, участвовал в боевых операциях на самых опасных участках фронта, а зачастую и тыла армии, ликвидируя прорывы белоказачьих отрядов и контрреволюционные восстания в казачьих станицах, в отдельных случаях, составляя последний резерв Реввоенсовета армии, именно этот отряд решал исход боя в пользу советских войск.
Четвертая венгерская интернациональная рота в рядах отряда участвовала в боях за освобождение Уральска, а затем в операциях по ликвидации его осады уральскими белоказаками, в наступлении на Лбищенск и героическом походе на Гурьев, взятием которого был положен конец казачьей «вандее». Походы, полные лишений и трудностей, взаимная выручка в бою, кровь, пролитая в боях против общего врага, легли в основу большой боевой дружбы венгерских и русских бойцов, дружбы, осененной священным чувством пролетарского интернационализма. Вот один из многочисленных эпизодов боевой жизни этого отряда.

В сентябре 1919 г., после ряда успешных боев частей Красной Армии в районе Уральска и выхода двух бригад 25-й стрелковой дивизии к станице Сахарной, силы уральского белоказачества оказались разбитыми и истощенными. Впереди их ждала осенняя распутица, а затем зима с глубокими снегами, которые резко снижали маневренность кавалерии — основной силы казаков. Учитывая все это, белоказаки перешли к партизанским действиям и предприняли отчаянную попытку захвата своей «столицы» — Уральска.

Выяснив разведкой отсутствие советских войск на стыке 1-й бригады 50-й стрелковой дивизии с частями 25-й стрелковой дивизии, они 5 сентября произвели налет на Лбищенск, в котором располагались тылы чапаевской дивизии. В этом бою смертью героев пали начдив Чапаев и комиссар Батурин. Затем белоказаки ата/208/ковали небольшие кавалерийские и пехотные советские части в районе форпостов Чижинских, угрожая тылу 4-й армии. С левого берега реки Урал они прорвались на правый берег, западнее и восточнее Уральска, с целью окружения Уральского укрепленного района, в такой обстановке завязался бой Отряда особого назначения с крупными силами белоказаков у форпоста Чижинский 3 октября 1919 г.

Прорыв, который хотели казаки сделать с хода, им не удался. Залегшие в обороне бойцы отряда хладнокровно расстреляли мчавшуюся на них казачью лаву. Неся большие потери, казаки отошли. Их атака в пешем строю также не удалась. Тогда они предприняли обходный маневр. Пустив сотню казаков в обход кругом, они, как только завязался бои в тылу, ударили по левому флангу обороны отряда, где отважно сражались бойцы 1-й роты. Командир роты Тимофей Бузуев несколько раз отражал атаки противника. Но белоказаки, не считаясь с потерями, лезли напролом и в конце концов, используя свое численное превосходство, ворвались в расположение отряда. Отдельные части отряда, в том числе венгерская рота, бились в жестокой схватке в окружении.

Исход боя решило мужество и хладнокровие, проявленное бойцами, и железный закон дружбы, царивший в отряде. Вот как записано об этом в документе, составленном сухим языком отрядного летописца: «Красноармейцы Семен Кавалеров, Павел Цыпленков, Яков Карташев, Павел Воробьев, Илья Турецков, Иосиф Львов, Михаил Соколов, Адриан Утянкин, Дмитрий Хвостов и Иван Пехтерев, видя тяжелое положение 4-й Интернациональной роты, которая не могла выйти из-под ураганного обстрела противника, они бросились в атаку и тем дали возможность роте отойти без потерь на удобную для них позицию» [1].

1. ЦГАСА, ф. 4, оп. 3, д. 98, л. 564.

Отход бойцов отряда прикрыли своим огнем четко действовавшие пулеметчики и смелые контратаки кавалерийского дивизиона. Когда части отряда уже благополучно вышли из боя, стало известно, что группа кавалеристов бьется в окружении в поселке Калмыцком. Тогда взводный командир пулеметной команды венгр /209/ Имре Ковач «по своей инициативе,— читаем мы в том же документе,— перешел со взводом в брод реку и бросился в атаку. Казаки были отброшены и бежали» [1]. Все отличившиеся в этом бою были награждены орденами Красного Знамени, среди них был и Имре Ковач.

В апреле 1920 г. в связи с расформированием 4-й армии Восточного фронта отряд особого назначения им. Ногтева был передан в Заволжский военный округ, а затем в августе 1920 г. переименован в Заволжский стрелковый полк. Венгры-интернационалисты должны были уехать на переформировку в Запасную армию Республики, но пожелали остаться в батальоне, ставшем им родным, и разделить боевую судьбу своих русских товарищей.

В ноябре 1920 г. их вместе с полком перебросили на Украину для борьбы с бандами Махно. Этому предшествовали следующие события. Мобилизуя все силы на борьбу с Врангелем, командование Южного фронта в начале октября 1920 г. заключило соглашение с Махно, согласно которому тот всю свою Повстанческую армию предоставлял в оперативное распоряжение фронта, сохраняя, однако, некоторую внутреннюю автономию и свободу комплектования личного состава. Это соглашение было вынужденным для обеих сторон. Махно пошел на это, боясь своим союзом с Врангелем окончательно потерять симпатии той части крестьянства, которая поддерживала его, но на своей спине испытала помещичий режим Деникина. Советское командование этим соглашением надеялось укрепить свой тыл, очень важный фактор в борьбе с Врангелем.

Однако в период проведения операций по разгрому армии Врангеля Махно не спешил выполнять приказы командующего фронтом Фрунзе [2], а в начале ноября 1920 г. опять вернулся к своим прежним занятиям, правда, в скрытной форме, — грабежу советских учреждений и армейского тыла, в ответ на приказ от 23 ноября 1920 г. о расформировании Повстанческой армии, производящей бесчинства, Махно открыто выступил против Советской власти и Красной Армии.

1. ЦГАСА, ф. 4, оп. 3, д. 98, л. 564.
2. ЦГАСА, ф. 198, оп. 4, д. 290, л. 428.


Он объявил мобилизацию в свои отряды, превратившиеся в банды, и от/210/крыто стал нападать на отдельные красноармейские части и советские учреждения. По его приказу главари отдельных банд спешили соединиться с ним в районе Гуляй-Поле. В начале декабря 1920 г., собрав довольно значительные силы, Махно двинулся в поход. Банды разоряли целые районы, зверски убивали советских работников. 5 декабря 1920 г. Фрунзе отдал войскам приказ: «...концентрическим наступлением с северо-запада, севера и востока прижать остатки махновских отрядов к Азовскому морю и беспощадно уничтожить» [1].

И декабря банды Махно захватили Бердянск и, казалось, сами лезли в расставленную им ловушку, но уже 13 декабря Махно, разгадав план советского командования, стремился уйти из Бердянска, в деревне Андреевка, в 40 километрах от города, его банды были окружены.

«Загнанный в д. Андреевка, — говорилось в приказе Фрунзе от 15 декабря 1920 г., — и окруженный здесь нашими войсками, Махно вечером 14 декабря, воспользовавшись преступной небрежностью сторожевого охранения некоторых частей, прорвался на север. Успела уйти вся масса его конницы и, по-видимому, на тачанках большая часть пехоты» [2].

Как показала эта операция, Махно был грозным и хитрым врагом. Умело используя партизанскую тактику, банды с дерзостью головорезов налетали на малочисленные войсковые части и скачками, делая по 40-45 км за день, уходили от крупных сил советских войск. Частям, расположенным на Украине, было приказано контролировать территорию, ими занятую. Специально созданной Северной группе войск, в состав которой была включена Заволжская стрелковая бригада, было приказано преследовать Махно по пятам.

1. «M. В. Фрунзе на фронтах гражданской войны», стр. 459.
2. Там же, стр. 464


В ту ночь, когда банды Махно прорвались из окружения, бойцы Заволжского стрелкового полка были подняты по тревоге. Комиссар полка зачитал перед строем постановление Совета Труда и Обороны, в нем говорилось: «Очищение Украины от бандитизма и тем самым обеспечение в ней устойчивого советского режима является вопросом жизни и смерти для Советской Украи/211/ны и вопросом исключительной важности для всей Советской Федерации и ее международного положения, а сама борьба с бандитизмом представляет большую и самостоятельную стратегическую задачу...» [1].

«Уничтожить бандитов! — говорил комиссар,— таково задание Ленина». По рядам бойцов пронеслось: «Даешь Махно! Смерть бандитам!»

16 декабря части Северной группы войск настигли Махно в районе Федоровки. Бой длился несколько часов. Заволжцы захватили тачанку с черным знаменем Махно [2]. Но сам хозяин с уцелевшей конницей в 500 сабель бежал. Несмотря на успех, это было только начало борьбы с Махно. Основные силы Махно, присоединяя к себе мелкие банды, отходили на север. 22 декабря 1920 г. Махно переправился через Днепр и, покрыв большое расстояние, в середине января 1921 г. был в районе Зенькова. Бойцы Заволжского стрелкового полка выполняли задачу и преследовали Махно не отрываясь. Это было трудно, очень трудно. Бандиты в своих переходах использовали подставы свежих лошадей, подготовленных кулаками-пособниками Махно. Кулаки же в случае нужды скрывали раненых и отставших бандитов. Все же победила стойкость и выносливость заволжцев.

16 января 1921 г. Махно, проделав маршрут около 100 км и надеясь на то, что оторвался от своих преследователей, расположился на отдых в селе Борки (в 13 верстах юго-западнее Зенькова). Но заволжцы, несмотря на усталость, продолжали преследование. Обнаружив место стоянки Махно, конники заволжцев не стали дожидаться подхода пехоты, двигавшейся на подводах. Каждую минуту банда могла сняться и уйти, и тогда опять изнурительная погоня. Дав сигнал подтянуться пехоте, конники с хода ворвались в село. Темнота, внезапность и отчаянная решимость были союзниками заволжцев в этом ночном бою, результатом которого был разгром основных сил махновцев.

1. М. В. Фрунзе на фронтах гражданской войны», стр. 463.
2. ЦГАСА, ф.182, on. 4, д. 15, л. 55.


Но и отступившая часть банды Махно, еще насчитывавшая около 700 сабель и тысячу человек пехоты, на сей раз не получила времени на пополнение своих потерь. Заволжцы, подтянув свою пехоту, обложили все /212/ возможные пути движения банды. 17 января они предотвратили попытку Махно прорваться в районе Лютенька. Ставя все на карту, Махно прорывается на север, в район Веприк-Недригайлова, но уйти от заволжцев не смог и вынужден был вести бои: 18 января в селе Васильевка, 19 января в районе села Терны. Жертвуя одним из своих отрядов, Махно вновь отрывается и переходит южнее Белополья через железную дорогу, но 21 января под Юнаковкой снова был настигнут заволжцами и снова ускользнул. Он бежит, как затравленный зверь, на Карочу, Новый Оскол и нигде не находит места для отдыха. 31 января 1921 г. заволжцы опять настигают его, бои продолжаются непрерывно до 3 февраля 1921 г. Безостановочное бегство под непрерывными ударами заволжцев истощило банду Махно как численно, так и морально. Бандиты стали разбегаться.

В начале февраля 1921 г. заволжцев, едва державшихся на ногах от усталости, сменили части 9-й кавалерийской дивизии, которые в марте добили истощенные силы Махно. Ленинское задание было выполнено, трудящиеся Украины могли спокойно приступить к залечиванию ран, нанесенных войной, к строительству социализма. Заволжский стрелковый полк был вскоре расформировая, но благодарный украинский народ сохранил в своей памяти ратный подвиг его бойцов.

Как уже отмечалось, бесстрашие и мужество 176 человек из этого полка были отмечены орденами Красного Знамени, при этом девятнадцать награжденных были венграми. Вот их имена: взводные командиры Ференц Киш, Ференц Эргард, помощники командиров взводов Рихард Каш, Дьердь Франко, командиры отделений Йожеф Рогас, Янош Кантос, Ференц Ираш, Шандор Чато, старшина Андраш Сарка, красноармейцы Калман Галл, Янош Чикош, Дэже Гапеш, Йожеф Ковач, Янош Пап, Шандор Шапто, Янош Тот, Йожеф Крумсолиц, Михай Геркел, Иштван Селецки [1].

1. ЦГАСА, ф. 4, оп. 3, д. 115, л. 144, 145.

/213/

А.Кладт, В.Кондратьев. Братья по оружию. М., 1960. С.207-213

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 08-01-2016 02:39
 
Красные гусары

Экзотические формирования "красных гусар" привлекает внимание любого интересующегося гражданской войной в России. Но что же скрывается за этим обозначением? Условно "красных гусар" можно разделить на две категории - части, состоящих из бывших военнослужащих гусарских полков (а также, если брать шире - бывших "элитных" частей царской армии: улан, драгун, кирасиров) и части, использовавшие гусарскую униформу. В последнюю категорию входят молодые курсантские училища РККА, массово использовавшие старую униформу. Также нужно учитывать, что практика индивидуального изготовления и ношения гусарской или имитированной под гусарскую формы, а также ее элементов имела широкое хождение в среде кавалеристов той войны, в том числе и красных.

Начать разговор стоит с иностранных гусар. В годы гражданской войны у красных служило множество интернационалистов практически всех наций. Больше всего было пленных бывшего Тройственного Союза: немцев, австрийцев, чехов. Особенно много было венгров, которых тогда называли «мадьярами». В 1918 году при освобождении Украины от немецкой оккупационной армии красные захватили киевские склады с оставшимся там обмундированием 1-го Австрийского гусарского полка. После этого в июне 1919 года интернационалистом Иштваном Хорватом – фельдфебелем 1-го гусарского полка, бывшим токарем из Дьёра – был сформирован Отдельный Интернациональный Кавалерийский дивизион. Он состоял из четырёх эскадронов: три из венгров, а четвёртый, предназначавшийся для разведки, – из русских и украинцев. Этот эскадрон был направлен интернационалистам из-под Полтавы по указанию наркома по военным делам Украины Н.Подвойского. Дивизия имела две лёгкие батареи, сигнальный и сапёрный отряды, пулемётный взвод в восемь «максимов» с тачанками, но испытывала чудовищный недостаток в лошадях, хотя было полно – более сотни – оставшихся от австрийцев сёдел с комплектами конской сбруи. Так, с сёдлами на спинах, бойцы и ходили, пока не было реквизировано 180 лошадей. Причём лошади были взяты гусарами буквально по пути на фронт у киевских извозчиков, решившихся посмеяться над «пешими гусарами». Вскоре из других частей было сформировано ещё 4 эскадрона. Восьмой состоял из немцев и австрийцев, набранных с помощью бывшего австрийского офицера Франца Моргауера. Позже дивизион вошёл в 1-ю Интернациональную бригаду.

В Умани она была развёрнут в 1-й интернациональный кавалерийский полк в составе 12-й армии. В течение всего года полк успел повоевать под Жмеринкой, Проскуровым, Киевом, Фастовым, на Нежинщине и Черниговщине. В ноябре 1919 года полк отправлен в Казань и в январе 1920-го расформирован. Большинство венгров, как и многие интернационалисты, уехали обратно на родину по соглашению с венгерским правительством.

Униформа полка была своеобразной, венгерское оружие и форма перемешались с русским обмундированием. Кавалеристы носили старые венгерские кепи с русскими гимнастёрками, шинелями и сапогами. У венгерских эскадронов были красные венгерские чакчиры, а у остальных – русские шаровары цвета хаки. Кавалеристы и артиллеристы носили венгерские сапоги, а пехота – русские фуражки и бутсы с обмотками. У всех кавалерийских эскадронов были гусарские красные пилотки-кепи, добытые тысячами на складах. Их носили даже русские и украинские конники, лишь в разведке надевая фуражки. За эти пилотки враги прозвали гусар «красными дьяволами».

На знамени 1-го дивизиона, командиром которого был Матьяш Дюрица, гусары написали: «Бойцы Октябрьской революции», на знамени 2-го отряда Иштавана Новака – «Бойцы Венгерской советской республики». «Красный гусар» Рудольф Гарашин писал в воспоминаниях:

«Многие солдаты носили то обмундирование, в котором они попали в плен, разве что поверх надевали русскую шинель. Оружия у нас было достаточно, но только самых разных систем: трофейные «манлихеры», японские карабины и одноствольные русские берданки, Пистолетов, правда, не хватало. Кое у кого были пятизарядные «смитветсоны». Наганы, выпускаемые тульским заводом, мы получили позже» [1].

Были и другие гусары-венгры. Известно, что, из гусар-венгров состоял 3-й кавдивизион 45-й дивизии Якира, сформированный в апреле 1919 г. в Одессе. Зародился он как 15-й кавдивизион 3-й бригады 5-й Украинской советской дивизии. Его создателем и командиром был бывший штабс-ротмистр армии УНР Хмелевский. Носил дивизион, также как и «красные дьяволы», краповые чикчиры и красные уланские пилотки.

Но большая часть "красных гусар" состояла, конечно, из русских.

Наибольшую известность имеет 1-й Петровский полк «Красные Гусары» С.Фандеева, прошедший от Вятки до р.Исеть. Ведет он свою историю от 17-го гусарского Черниговского полка. Часть его, выделившись в начале 1918 г. в отдельный отряд, участвовала в боях под Нарвой. 27 мая 1918 г. Нарвский красногусарский полк, имея в своих рядах 200-300 кавалеристов, вынес постановление о немедленном убытии на фронт, на борьбу с контрреволюцией. Прибывшие в Орел остатки 17-го гусарского Черниговского полка также не пожелали распускаться и вошли, за неимением лошадей, в составе 3-го Черниговского полка в Орловскую пехотную дивизию. В начале июля 1918 г. Черниговский красногусарский отряд был отправлен из Орла на Восточный фронт — на борьбу с восставшим Чехословацким корпусом. Туда же из Петрограда отбыл Нарвский красногусарский полк. Во время боёв с белочехами оба подразделения сильно поредели, и в конце концов были сведены в один отряд. Через некоторое время, пополненный составом Верхне-Уральского казачьего полка, отряд был переформирован в полк, командование над которым принял унтер-офицер-нарвец С.Г.Фандеев. После сдачи Перми полк отступил в Вятку, 1 апреля 1919 г. в Глазове из отдельного кавдивизиона (два эскадрона) и Красногусарского полка Фандеева. Вместе с Путиловским Стальным кавполком нарвцы составили бригаду дивизионной конницы 30-й сд. Осенью 1919 года на базе конницы 30-й Иркутской сд и была сформирована 10-я кавалерийская, а Красногусарский полк Фандеева получил в ней №55. К тому времени полком командовал уже Писарев, Фандеев стал командиром кавбригады. Полк действовал в составе конной группы Томина 3-й армии (при взятии Камышлова красные гусары разбили дивизион чёрных гусар, особо отличились эскадроны гусар под командованием А.С.Горского и Г.Г.Петрова), 10-й кавдивизии 3-й армии (1-й Рев. Армии труда), 10-й кавдивизии 3-го конного корпуса Гая Запфронта, в составе которого перешел немецкую границу и был интернирован [2]. Тому предшествовали жаркие бои, когда красные конники пытались прорваться к своим товарищам. Комиссар Стального кавполка, воевавшего бок о бок с гусарами, писал в своём дневнике в период жарких боёв с белополяками: "Гусарские фуражки краснеют за валом, их сабли блестят, как молнии, в воздухе, треск пулеметов по временам сменяется залпами, и мы несемся вперед, туда, где вход в Варшаву-Плоцк" [3].

В гусарскую форму были одеты и бойцы Отдельного Кавалерийского дивизиона 21-й стрелковой дивизии. Летом-осенью 1919 г. они носили захваченную форму 15-го Украинского гусарского полка: оранжево-розовые (померанцевые) венгерки и доломаны с серебряным прибором (шнуры, галун, пуговицы), суконные чёрные чакчиры вместо красных, высокие сапоги с розетками. Наряд венчали коричневые меховые шапки с голубым шлыком, белой подборной чешуёй из металла и высокими белыми султанами. Самодержавные орлы с киверов были уже сорваны. Однако уже на следующий день после прибытия в 21-ю дивизию почти половина гусар поменяла их у красноармейцев на привычные папахи, фуражки, кепки: то ли из солидарности, то ли шапки в бою были неудобны [4].

Сохранился еще ряд разрозненных упоминаний о ношении "красными гусарами" элементов гусарской униформы. Белый офицер В.Рыхлинский видел в таком виде 1-й Варшавский гусарский полк, который вместе с Мазовецким полком красных улан был сформирован в августе 1918 г. в составе 1-го Революционного полка Красной Варшавы. Попавший в плен летом 1920 г. Рыхлинский вспоминал, что варшавцы носили старые царские шинели и фуражки с жёлтым околышем. Вместо привычной красной звезды у них был на фуражках серебряный значок в виде конской головы в подкове [5]. Этот знак был тогда очень популярен у кавалеристов.
1 мая 1918 года новообразованный 1-й Революционный полк Красной Варшавы участвовал в первом параде Красной Армии на Красной Площади. «Правда» от 3.5.1918 писала: «С блеском, щеголевато прошли польские части».
К слову, можно упомянуть и об уланской форме.
В сентябре 1918 г. 24-я Железная Симбирская дивизия взяла, собственно, Симбирск, до этого занятый Каппелем. В городских цейхгаузах нашлась форма Симбирского уланского полка, созданного на основе 5-го уланского Литовского полка. Так как дивизия была одета бедно (как, впрочем, почти все красные части того времени), комдив Г.Д.Гай отправил городских портных подгонять эту форму для красноармейцев. Вскоре по улицам зашагали с пиками на конях красные кавалеристы в уланках с высокими плюмажами, в чикчирах и красно-синих мундирах. Правда, на этой почве у командования армии случился конфликт с ее комиссаром О.Калниным, который был крайне недоволен использованием "старорежимной" формы. Спор закончился тем, что главнокомандующий Вацетис разрешил использовать старую форму при наличии отличий РККА: "Разрешить быть в бою и на параде в уланской форме, имея на себе знак Красной армии – красную звезду" [6]. А сами гаевские красноармейцы в уланской форме были запечатлены на фото при получении Почётного Революционного Красного Знамени.

В книге «Боевой путь блиновцев: История боёв и походов 5 Ставропольской им. т. Блинова кавалерийской дивизии» писалось про 1-й Царицынский революционный кавалерийский полк: «Внешний вид полка был необычный – каждый эскадрон имел особую парадную форму – русских драгун, гусар, австрийской конницы, немецких улан, австрийской пехоты» [7]. Формировался он с 1 августа 1918 под названием 1-й Революционный кавалерийский царицынский на базе прибывшего из Великого Новгорода 1-го Социалистического рабоче-крестьянского эскадрона. Тот раньше был создан в начале февраля как 1-й Красно-партизанский полк гвардейской кавалерии, сформированный с использованием унтеров бывшего Лейб-Гвардии запасного кавполка. Именно поэтому один эскадрон носил драгунскую форму.

10 сентября царицынцы выделили дивизион для фронта, заслуживший прозвище «храбрых царичан». В начале 1919 г. он был слит со 2-м конно-сводным Камышенским полком в 1-й Камышенский кавполк. Позже его разделили на дивизионы: 10-й и 11-й. 10-й ушёл в прославленный 3-й Донской казачий ревполк, а 11-й поступил сначала в распоряжение комгруппы Беловодска, а затем в Боковскую экспедгруппу под командованием Мухоперцева. 15 июля 11-й дивизион, 4-я сотня 1-го кавдивизиона 33-й ст.дивиизии и эскадрон совработников Вёшенского округа составили вместе один полк в 36-й бригаде 36-й ст.дивизии. Вскоре бригада с кавбригадами 11-й и 23-й дивизий вошла в конную группу 9-й армии.

Приказом РВС армии №421 от 17 сентября группа переименована в кавдивизию из 9 полков. Приказом Кавказского фронта №177 от 27 февраля 1920 дивизия переименована во 2-ю, 6 марта дивизию развернули в 6 полков и 1-й Камышенский полк стал 9-м. В связи с перманентными реорганизациями кавалерии РСФСР полк в к.1922 стал 11-м, а 14 августа 1924 – 29-м. Наконец, 29апреля 1927 в память о «храбрых царичанах» полк был переименован в Сталинград-Камышенский кавалерийский полк, а 29 февраля 1928 награждёг Орденом Красного Знамени.

Особый интерес вызывает ношение старой гусарской и уланской формы курсантами советских военных училищ. Примеров подобного ношения известно очень много, как по воспоминаниям, так и по фотографиям.

Так, слушатели 1-х и 2-х Петроградских кавкурсов носили униформу старого Лейб-Гвардии Гусарского полка. Она состояла из коричневого мехового кивера с белым плюмажём, красного доломана, красных фуражек и бескозырок, голубых бридж с красным кантом и белой венгерки с чёрной меховой окантовкой и золотыми шнурами. В те времена первые курсанты и командиры, отправляющиеся из стен училищ на фронт, одевали заодно и парадную форму. Обмундирование старого режима, перемешавшись с одеждой нового времени, создала неожиданный стиль. Вот что писал о боях под Воронежем в своих «Записках белого партизана» атаман Шкуро:

«Однажды утром поступило сенсационное донесение о том, что в районе Усмань-Собакино терцы атакованы конницей Буденного, но опрокинули ее; оказалось, что это был... авангард корпуса Мамонтова. Недоразумение выяснилось опросом взятых в плен донцов; однако в это время терцы были действительно атакованы, и притом совершенно внезапно, красной конной частью. Это был полк красных петроградских юнкеров-курсантов в составе около 1000 шашек. Всадники сидели на отличных конях и были одеты в кожаные куртки, синие рейтузы с кантами и красные бескозырки с большевистской звездой. Их успех был недолговременным, ибо подошедшая Донская дивизия Секретева ударила курсантам прямо в тыл. Оправившиеся терцы тоже атаковали их. Опрокинутых и прижатых к реке курсантов, несмотря на отчаянную оборону, изрубили поголовно» [8].

В киверах и венгерках курсанты 2-й Петроградской кавшколы участвовали в парадах и даже в похоронах Урицкого. Венгерки были белыми, с золотым шитьём и сорванными наплечными шнурами и лычками. На голове курсанты носили шапки с султанами, но без кокард, хотя зачастую и со старыми Андреевскими звёздами.



Петроградские курсанты на митинге протеста после убийства К. Либкнехта и Р. Люксембург. Петроград, январь 1919 г. (из фондов РГАСПИ)

Интересно, что на фотографии одного из слушателя курсов, где он изображён с шашкой и наганом, видно, что у него фуражка тоже с «кавалерийской эмблемой» – лошадиной головой в подкове и с шашками.

Слушатели 1-х Тверских командных кавкурсов носили старую парадную форму Тверского кавалерийского училища, с которой были сорваны эполеты и галун. Повседневная униформа была следующей: фуражка с темно-зеленым околышем и голубой тульей, канты темно-зелёные; обычная гимнастерка и бриджи, кавалерийские сапоги и кавалерийская шинель с темно-зеленым кантом. На парадах использовали уланские киверы с голубым низом и белым плюмажём, и, возможно, зелёно-голубые мундиры с петлицами. Орлов на киверах закрывали суконной звездой. Курсы позже были реорганизованы в 1-ю Московскую кавалерийскую школу.

Курсанты Инженерной школы Петрограда носили старую форму Николаевского инженерного училища. Это были мундиры юнкеров, защитные брюки, пояса с орлами на пряжках и высокие юнкерские киверы. Самодержавные орлы на них опять-таки были закрыты вырезанными суконными звёздами. Г.Э.Введенский в своей книге «Пять веков русского мундира» пишет про это так: «С гордостью носили курсанты отвоёванные мундиры юнкеров вместе с защитными брюками и рваными ботинками. На парад наряжались в высокие, отделанные белой жестью кивера, где вместо блестящего орла горела суконная звезда» [9]. Ещё более ранние сведения содержатся в «Записных книжках» А.Пантелеева (1924-1947 гг.):

«Старшина Ведерников в 1920-21 годах проходил учёбу в Петроградском военно-инженерном училище в Инженерном замке (там, где когда-то в Кондукторских классах учился Достоевский). В те годы курсанты, выходя на первомайский или октябрьский парад, надевали кивера, ментики и прочее, оставшееся в цейхгаузах училища. Жизнь была, по словам Ведерникова, роскошная. Кормили гусятиной, носили хромовые сапоги с кокардами на голенищах» [10].

Генерал А.Т.Стученко, ставший позже крупным военачальником Великой Отечественной войны в молодости мечтал попасть в Красную Армию для борьбы с противником. Скрыв возраст, он записался в армию, но быстро заболел тифом и долго проболел. Выписавшись, он вошел в батальон Трудармии. Лишь с 1921 года он становится бойцом в 25-й Чапаевской дивизии, а затем попадает в кавалерию, с которой и связал свою жизнь надолго. Начал он как курсант и сменил за это время три кавшколы и, соответственно, три комплекта униформы. Сначала он стал рядовым 11-х кавкурсов в Белой Церкви: «Не верю своему счастью. На мне красные брюки галифе, фуражка с белым околышем, шашка, винтовка, подо мной красавец конь с громкой кличкой Сенегал…» После расформирования школы Стученко был переведён в 1922 г. в Симферополь на 1-е Крымские кавкурсы, в казармы, в которых раньше располагался 16-й лейб-гвардейский имени ее величества Екатерины II уланский полк. Там он уже носил блестящий уланский кивер с палашом, гимнастёрку, грязные обмотки и английские бутсы со шпорами. Эта форма, конечно, служила поводом для колкостей: «Сильно досаждали нам и «бывшие», которые с презрением и насмешками рассматривали нашу форму. А одеты мы были, надо сказать, действительно необычно, и повод к издёвкам, возможно, был. Блестящий уланский кивер и палаш плохо сочетались с гимнастеркой, обмотками, английскими ботинками со шпорами». Позже к форме прибавились трофейные английские шинели с синими разговорами. Осенью 1923 г. после реорганизации курсов Стученко был направлен в 5-ю Елисаветградскую кавалерийскую школу. Раньше она была юнкерской, поэтому там сохранилась старая форма (например, фуражки, похоже, драгунские). Вместе с новой красноармейской она дала неожиданный вид: «У нас теперь красивая форма: фуражка-бескозырка с белым верхом и тёмно-зелёным околышем, гимнастёрка с светло-синими полосками – «разговорами» на груди, белый поясной ремень, синие брюки – «уланки» с серебряными лампасами и в довершение щегольские уланские сапоги». Также курсанты имели, как и на Крымских курсах, трофейные английские шинели с синими разговорами и кавэмблемой с надписью «5 ЕКШ». Отправляясь на увольнения в город, курсанты отдраивали свою форму до блеска [11].

1. Гарашин Р. Красные гусары / Авторизованный перевод с венгерского П. Гардова. — М.: Воениздат, 1970. / Garasin R. Vörössapkás lovasok. — Budapest: Kossuth Könyvkiadö, 1967. С. 34-35: militera.lib.ru/memo/other/garashin_r/02.html
2. Подробнее см.: Я.Тинченко. Гусарские части Красной армии // "Старый Цейхгауз". №42, 2011. С.82-84.
3. www.sammler.ru/index.php?showtopic=81481
4. Khvostov M.. Karachtchouk A. The Russian Civil War (I): The Red Army. London. 1996. P.39–40.
5. Гражданская война в России 1917-1922. Красная армия / А.И. Дерябин; Худож. Паласиос-Фернандес Р. М.: АСТ : Астрель, 2003. С.4: chapaev.ru/books/Aleksandr-Deryabin-_Grazhdanskaya-voyna-v-Rossii-1917-1922--Krasnaya-Armiya/1
6. www.dyhanie.ru/content/view/1903/64/
7. Боевой путь блиновцев: история боёв и походов 5 Ставропольской им. тов. Блинова кавалерийской дивизии, 1930. С. 42-43.
8. Шкуро А. Г. Гражданская война в России: Записки белого партизана. — М.: ACT: Транзиткнига, 2004. С. 235: militera.lib.ru/memo/russian/shkuro_ag/24.html
9. Новый часовой. Русский военно-исторический журнал. № 1. СПб. Независимая Гуманитарная Академия, 1994. С. 107.
10. Пантелеев, Леонид. Приоткрытая дверь... : рассказы, очерки, разговор с читателем, из старых записных книжек / Л. Пантелеев. — Ленинград: Советский писатель Ленингр. отд-ние, 1980. С. 461.
11. Стученко А. Т. Завидная наша судьба. – М.: Воениздат, 1964. С. 21, 22, 31, 37.

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 08-01-2016 02:49
 
Выписка по инспекции 9-го кавполка за сентябрь 1920 года, Казань, Запасная армия: "Обмундирование: отличное. Все в новой форме /красные рейтузы, гимнастерки с синими клапанами и шлем защитного сукна/. Обувь новая".

Личная информация А.Куприянова.

Начальник и военком Высшей кавшколы РККА в послании коменданту Петрограда за номером 353 от 22.05.1923 г. в числе прочего пишут: «…4.Кроме того школа не имеет защитных рейтуз, поэтому принуждена донашивать синие рейтузы и краповые чакчиры».

ЦГАСПБ, ф.5328, оп.19, д.345, л.79

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 06-02-2016 05:11
 
1-й кавдивизии Матузенко (61-й и 66-й полки), осень 1919 г., бои под Касторной:

«Все бойцы и командиры обмундированы, что называется, с иголочки – красные бриджи, гусарские мундиры, шинели с "разговорами", шлемы с синей звездой, все как на подбор молодцы. Я обратил внимание на то, что один эскадрон был не в шлемах, а в шапках и спросил, почему так. Матузенко доложил мне, что бойцы этого эскадрона при встрече с эскадроном Собакина, посланным мною с приказом в 11-ю дивизию, обменялись головными уборами.
– А впрочем, – он улыбнулся, – может быть, и не обменялись – командир этого эскадрона утверждает, что бойцы Собакина попросту сняли с его бойцов шлемы, а им отдали свои шапки».

Будённый С. М. Пройдённый путь. Книга первая: М.: Воениздат, 1959. С.313

Осень 1919 г., Полтава:

«Рано утром мимо станции прошел на юг наш кавалерийский полк. Будь я художником, обязательно взялся бы за кисть. И драгунские кивера с черной щеткой, и лихие уланки, и серые грязные папахи, и вылинявшие крестьянские картузы, телогрейки, бурки — словом, во что только ни был экипирован этот сводный полк. Даже лошади от длиннохвостых крестьянских до немецких с коротко подстриженными гривками и хвостами, от офицерских седел до казачьих с мягкой подушкой».

Кекушев Н.Л. Звериада. М. : Юрид. лит., 1991. С.29

1 мая 1920 года, субботник в Одессе:

"Впереди — колоссальный красный плакат с золотой надписью: «Кто не трудится, да не ест»... За плакатом оркестр военной музыки. За оркестром — небольшая военная часть, которой командует товарищ командир, расписанный, как картинка. Красные чакчиры, гусарские сапоги, голубой доломан... Без погон, но на рукаве роскошно вышитая золотом и серебром звезда. На голове кубанка, ноги пружинят, голос звенит...».

Шульгин В.В. Годы. Дни. 1920 / Предисл. В. Владимирова, С. Пионтковского. — М.: Новости, 1990. С.676

Март 1918 г., ст. Лубны:

«17-18-летние парнишки в парадных гусарских мундирах, взятых, очевидно, из разграбленного цейхгауза, тянули под уздцы кровных жеребцов, захваченных на каком-то заводе, и трусливо озирались на горячившихся великолепных животных, совершенно не привыкших к вагонам. Распоряжался погрузкой штатский с большим револьвером у пояса, по всему судя, не имевший понятия об обращении с лошадьми. Фронтовиков среди красноармейцев почти не было, и получилось впечатление, что боевой силы это воинство не имеет».

Николай Раевский. 1918 год // Простор. 1990. №7-8. С.43

«Михаил Иванович откинул голову, что-то припоминая. [233]
— Да, в двадцатом году было... Приехал я на курсы краскомов в Николаеве. Гляжу — что за чудеса. Курсанты в белых брюках и в рубашках, будто в нижнем белье. У иных — красное обмундирование, у иных — синее. Спрашиваю, что сие означает. Дежурный докладывает: исподнее носим. Больше ничего не имеем. А цветное — это кто как покрасить сумел.
— Так и вы, Михаил Иванович, тогда в латаных клетчатых брюках щеголяли и в таких штиблетах, что не дай бог! — сказал я.
Калинин поверх очков уставился на меня:
— Я? Откуда вам известно?
— В тот день помощником дежурного по курсам краскомов был курсант Попель.
— Не может быть! — весело изумился Михаил Иванович. — Подождите, подождите, а во что все обуты были?
— В лапти, «бульдо на 42 очка». Бульдо — это тогда самые модные ботинки так назывались: широконосые, как бульдоги. А в лыковых лаптях 42 клетки. Вот и получалось «бульдо на 42 очка». Зато пилотки были суконные. Носились на правую бровь под углом 39 градусов. Лихой вид!
— Кормили вас тогда неважнецки, — вздохнул Калинин,— Меня, правда, раками угощали.
— Сами ловили... А так — три четверти фунта хлеба в день на брата. Из них одна четверть отчислялась в помощь голодающим. Утром чай с сахарином, вечером чай с сахарином. В обед — бачок супа. Поставят его на стол. Вокруг десять человек. Старший командует: «Поднять ложки», потом — «Кушай воду». Это — чтобы до времени картошку не вылавливали.
— И ни один не пожаловался,— одобрительно покачал головой Михаил Иванович, — ни один... Подождите, подождите, тогда я распорядился, чтобы вам прислали обмундирование. Получили?
— Как же, недели через две пришло. Гусарская амуниция.
— Гусарская? — поднял брови Калинин. [234]
— Кивера, мундиры.
— Носили?
— Кивера единодушным голосованием отвергли. А мундиры взяли; только чего-то спарывали с них. А потом получили английские ботинки, вроде танков. Но прочные, износа не было.
— В какой нищете жили! — качал головой Калинин. — Даже вспомнить страшно. И уж если тогда в лаптях да исподнем господ империалистов разбили, то теперь-то справимся с фашистами. Но тяжелой ценой...».

Попель Н.К. Танки повернули на запад. — М.-СПб.: Terra Fantastica, 2001. С.233-235

«Вот с этой самой поседевшей на морозе «лимонкой» в одной руке, с винтовкой в другой и ввалился на рассвете в салон Примаков. С красным от ледяного вихря лицом и с поседевшими от стужи висками, ресницами. Поседели и шапка командира корпуса и смушковая опушка его элегантной синей венгерки.
В этой красе кавалеристов, сшитой лучшим жмеринским портным в октябре двадцатого года, Примаков повел свой корпус в славный поход против многочисленной армии самостийников. Сохранился еще и групповой снимок тех времен, сделанный на подступах Волочиска, в день прибытия в корпус Иеронима Петровича Уборевича, сменившего товарища Василенко на посту командарма-14».

Дубинский И.В. Примаков. М., Молодая гвардия, 1968. С.108

«Начальника я не застал. Встретил меня его помощник — молодой человек, бывший офицер, одетый в яркую гусарскую венгерку с множеством разных шнурков. Помощник сидел за столом и пил чай с каким-то пожилым военным. Я показал свой мандат и был любезно принят помощником. Узнав, что я ехал в тифозном поезде, он сейчас же повел меня в железнодорожную баню, где я отлично вымылся».

Бабушкин В.Ф. Дни великих событий. Саратов, 1984. С.216

«Это было в селе Маначин, недалеко от Збруча. На всю жизнь запомнился мне этот день. Командир сотни Швец, с расстегнутым воротом, наклонившись над точилом, обрабатывал и без того острое лезвие кривого клинка.
Высокого роста, красивый, подтянутый всадник в красных гусарских штанах, неожиданно появившийся в Маначине, слез с коня. Разгладив пышные золотистые усы, кавалерист взял из рук Швеца клинок. Поднес его к точилу раз, другой, третий. Сделав шаг в сторону, рассек клинком толстый шест, торчавший в плетеной ограде усадьбы.
Восхищенный Швец выпалил:
– Вот это здорово! Вы кто? Бывший точильщик?
Чуть улыбнувшись, всадник в красных штанах ответил:
– У нас в Бахмуте что ни шахтер, то слесарь. А теперь я ваш командир – Федоренко Василий Гаврилович».

Примаков И.В. Трубачи трубят тревогу. М.: Воениздат, 1961. С.41

«Вместе с начдивом приближался к нам высокий молодцеватый старик в красных гусарских штанах и в потертом офицерском френче-кителе с четырьмя огромными накладными карманами. На его ногах блестели старорежимные сапоги с лаковыми голенищами.
– Инспектор кавалерии штаба войск Украины и Крыма, – представил старика начдив.
– Цуриков! – назвался инспектор, снимая перчатку.
Афанасий Андреевич Цуриков, закончив Николаевскую академию, еще в 1896 году получил в командование 51-й драгунский Черниговский полк. Воевал с турками, с японцами. Во время мировой войны командовал 10-й армией. Одним из первых царских генералов перешел на службу в Красную Армию. Вначале возглавил инспекцию кавалерии в Москве, а после этого был переведен в Харьков».

Там же. С.161

Николай
Active User




From: Воронеж
Messages: 1419

 Красные гусары/Red Hussar regiment
Sent: 06-02-2016 05:55
 




1-е Московские (в уланской форме бывшего Тверского кавучилища) и 1-е Петроградские кавкурсы в форме казачьей сотни Николаевского кавалерийского училища.





1-е Тверские кавалерийские командные курсы (позже 1-е Московские) в уланской форме бывшего Тверского кавучилища. Февраль 1923 года.



2-е Петроградские кавкурсы, 1 марта 1920 год.



2-е Петроградские кавалерийские курсы на Морской улице, 1922 год.



Надпись на обороте: "Иодко Карл Леопольдович. О моем пребывании во 2-й Петроградской кавшколе. На память дорогой мамаше и сестре Яде. Петроград 5 декабря 1921 г."



Курсант 1-х Петроградских кавалерийских курсов в форме Лейб-Гвардии гусарского полка 1923 год. Крупный снимок.



Конная красноармейская часть 1-го Конного Петроградского полка у Фондовой биржи во время инсценировки, устроенной в честь приезда в Петроград членов II конгресса Коминтерна. 19 июля 1920 г.



Красноармейцы 1-го Конного Петроградского полка на революционном митинге в честь III Интернационала.



Буденовцы - место и время неизвестны. Крупное фото.



19-й кавполк 1-й Конной армии. 1919 год.



Неизвестные красные командиры в брюках с леями. Один слева - в Лейб-Гусарском ментике. Крупное фото.



Командиры 3-й кавбригады Кочубея. Ставрополье, 1918 год. Командир справа - в красном ментике.



Красноармейцы в мундирах Лейб-Гвардии уланского и чакчирах Лейб-Гвардии гусарского полков.



Неизвестный красный кавалерист в форме гусара. Красные чакчиры, синий доломан, красная фуражка.



Выступление В.И.Ленина на Красной площади. 1 мая 1918 года.



Неизвестный красный командир.



Красный "гусар"

New Products
URAL-4320 - Russian military truck, 1/56
URAL-4320 - Russian military truck, 1/56
$ 9.05
Lada Niva - Soviet and Russian passenger car all terrain, 1/50
Lada Niva - Soviet and Russian passenger car all terrain, 1/50
$ 10.11
GAZ-13 "Chaika" - Soviet the representative passenger car; 1/50
GAZ-13 "Chaika" - Soviet the representative passenger car; 1/50
$ 10.11

Statistics

Currently Online: 8 Guests
Total number of messages: 2671
Total number of topics: 295
Total number of registered users: 682
This page was built together in: 0.1165 seconds

Copyright © 2009 7910 e-commerce