Welcome to our forum! / Добро пожаловать на наш форум!

Уважаемые форумчане - сообшения можно писать на русском или английском языках. Пользуйтесь, пожалуйста, встроенным переводчиком Google.

Наш форум имеет общую авторизацию с интернет-магазином. При регистрации в интернет-магазине посетитель автоматически регистрируется на форуме. Для полноценного общения на форуме ему не нужно повторно заполнять данные о себе и проходить процедуру регистрации. При желании покупатель может отредактировать данные о себе в профиле форума, сменить ник, email, добавить аватар, подпись и т.д.

 

Dear visitors of the forum - messages while driving, you can write in English. Please use the integrated machine translator Google.

Our forum has a general authorization with an online store. When registering in the online store, the visitor is automatically registered on the forum. For full communication on the forum does not need to re-fill the data about yourself and pass the registration procedure. If desired, the buyer can edit the information about himself in the profile of the forum, change the nickname, email, add an avatar, signature, etc.

Форум
Вы не авторизованы!      [ Войти ]  |  [ Регистрация ]
Форум » Russian Civil war / Гражданская война в России » Тема: Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг. -- Страница 2  Перейти в: 


Отправитель Сообщение
Первый   Предыдущий  1 - 10  11 - 20  21 - 30   31 - 40   41 - 50  Следующий   Последний
Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 19-01-2011 18:41
 
Музей кыргызского МВД. Борьба с басмачеством / Museum of the Kyrgyz Ministry of Internal Affairs. The fight against Basmachis
Информация отсюда: http://borianm.livejournal.com/305887.html

Перед вами капсюльный переделочный дульнозарядный пистолет. Что интересно, на замке китайские иероглифы.... Обратите внимание, что на замке четко видно его "кремневое" прошлое...
Before you converted capsule pistol muzzle. What is interesting in the castle Chinese hieroglyphs .... Please note that on the lock can be clearly seen it "flint" past ...



Также, из интересного оружия, изьятого у басмачей, в экспозиции представлены три ружья: переделка в гладкоствольное охотничье ружье драгунского карабина Бердана (слева), типичный фитильный карамултук (в центре) и довольно необычный капсюльный карамултук (слева). Кроме того, там же лежит, вроде как, кавказский кинжал.
Also, of interesting weapons, rip it out of Basmachi, the exhibition presents three guns: converted in smooth-bore hunting rifle Dragoon carbine Berdan (left), a typical gun-wick karamultuk (center) and a rather unusual capsule karamultuk (left). In addition, there is, sort of like, Caucasian dagger.



Капсульный карамултук (ружье) - крупно:
Capsule karamultuk (rifle) - Close-up:



Карабин Бердана, в принципе довольно обычный, переделан в гладкоствольное охотничье ружье, номеров нет, затвор утрачен, на задней части ствольной коробки сверху выбито "ТОЗ" (Тульский оружейный завод).
Berdan Carbine, in principle, quite normal, transformed into a smooth-bore hunting rifle, not numbers, the bolt is lost, at the rear of the receiver on top embossed "TOZ" (Tula Arms Factory).



Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 19-01-2011 19:00
 
Тут хорошо видно устройство спуска фитильного карамултука и кожаные накладки, предохранявшие порох от намокания. На первом плане виден ствол карабина Бердана.
There well seen the device descent wick karamultuk and leather lining, protecting the powder from getting wet. In the foreground is visible barrel carbine Berdan.



Тут мы видем скобу, спуск и часть ствольной коробки ружья Бердана с утраченым затвором.
We can see the bracket here, and the descent of the receiver Berdan rifle with a lost bolt.



Тут сверху хорошо видно устройство "крепостного" зацепа и крепление сошек карамултука, а также шомпол.
There well seen from the top device "fortress" hook and attaching the bipod karamultuk, as well as a ramrod.



Ну а тут, крупным планом, замок капсульного ружья - он уже не переделочный, а изначально капсюльный, что хорошо видно по заднему расположению пружины под планкой. Но что самое интересное - на нем надпись "ТОЗ 1865".
But here, close up, lock capsule gun - he was not converted, and initially capsule, which is clearly visible on the rear springs under the plate. But what is most interesting - it marked "TOZ 1865".



Ствол этого ружья, при этом, явно среднеазиатской "дамасской" ковки, с насеченной арабской вязью. Спереди передней антабки есть некий зацеп. На этом фото лучше виден кинжал-кама. Мне показалось, что Дагестан, но утверждать не берусь.
The barrel of the gun, while clearly the Central Asian "Damascus" wrought with notched Arabic script. Forward of the front swivel is a hitch. In this photo, more visible dagger-Kama. It seemed to me that Dagestan, but I do not presume to say.



Трофей, захваченный у басмачей. Переделанная японская катана? Фото из музея М.В. Фрунзе, г. Бишкек, Киргизия.
Trophy captured from Basmachi. Reworked Japanese Katana? Photos from the museum M.V. Frunze, Bishkek, Kyrgyzstan.



Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 19-01-2011 19:38
 
За этот и другие материалы по данной теме хочу поблагодарить Николая З., оказавшего мне большую помощь в сборе информации.

А. Ляпидевский и др. "Как мы спасали челюскинцев"
Под общей редакцией О.Ю. Шмидта, И.Л. Баевского, Л.З. Мехлиса
Издание редакции "Правды", Москва, 1934 г.
OCR Biografia.Ru
...
Виктор Галышев. "ТРИ ОРДЕНА"

Quote:
Когда в 1922 году я демобилизовался и пришел в гражданскую авиацию, меня почти тотчас же перебросили на линии Ташкент — Алма-Ата, Ташкент — Каган, Каган — Хива, Каган — Дюшамбе. Это были линии, еще не освоенные нашей авиацией. Мне выпала роль пионера новых линий.
...
Кроме того с высоты очень часто мы видали конницу басмачей, их белые чалмы и часто слышали вдогонку треск пулеметов и ружей.

Ещё про одну белую чалму, там же.
Маврикий Слепнев. "ВОЙНА, ЖИЗНЬ И ПОЛЕТЫ"

Quote:
Средняя Азия в ту пору кишмя-кишела басмаческими шайками. Руководила басмачами туркестанская эмиграция, связанная, как пишут в дипломатических документах, „с одной влиятельной иностранной державой"; вооружены были басмачи английскими винтовками и пулеметами и очень быстро передвигались на верблюдах и великолепных текинских лошадях. Немало беспокойств нашим войскам доставила крупная басмаческая шайка, оперировавшая под руководством Джунаид-хана. Мне тоже приходилось принимать участие в операциях против этой банды.
Однажды, находясь в Ташаузе, я получил приказ немедленно вылететь в Ургенч. Там находился захваченный в плен один из руководителей шайки Джунаид-хана — Шай-хан. В Ургенче не было аэродрома, но приказание было настолько категорическое, что надо было немедленно вылетать. Сделав несколько кругов над Ургенчем, я сел прямо на площадь в пыль, распугивая собак и торговцев. В конце площади стояла группа наших кавалеристов, а в центре ее сидел благообразный старик в белой чалме. Это и был Шай-хан, один из самых кровожадных басмачей в Средней Азии. Его благообразная внешность служила прикрытием истинно волчьей натуры. Именно он был виновником гибели трех наших летчиков. Как-то раз его шайка обстреляла одну из наших машин, подбила ее, летчики были принуждены сделать посадку и попали в плен. После мучительного допроса и всевозможных пыток их, по приказу этого благообразного старца, зверски убили, а потом сожгли вместе с самолетом.
Мне предстояло посадить волка в овечьей шкуре в свой самолет и доставить в Ташауз, где его ждало заслуженное наказание.
Эту операцию я проделал с немалым удовольствием. Старик, все время опасавшийся, что его сбросят с самолета, был благополучно доставлен к месту назначения.

Fragment from the book: "How we rescued crew of the icebreaker "Chelyuskin"

Victor Galyshev. "THREE ORDERS "

Quote:
When, in 1922, I was discharged and came to civil aviation, me, almost immediately, was transferred to work on the line Tashkent - Almaty, Tashkent - Kagan, Kagan - Khiva, Kagan - Dyushambe. These were the lines that have not yet mastered our aircraft. I had the role of a pioneer of new lines.
... In addition, the height very often, we saw the cavalry Basmachi, their white turbans, and often heard the crackle of machine guns and chase guns.

Mavrikiy Slepnev. "WAR, LIFE AND FLIGHTS"

Quote:
... In Central Asia at that time was very many basmachi gangs. Directed basmachi turkestan immigration related, as they say in diplomatic documents, "one influential foreign state". Armed been basmachi British rifles and machine guns, and very quickly moved on camels and magnificent Tekin horses. Many anxiety to our troops delivered a big basmachi gang, operated under the direction of Junaid Khan. I also had to take part in operations against the gang.
Once, while in Tashauz, I received orders to immediately fly to Urgench. There was a captured one of the leaders of the gang Junaid Khan - Shai Khan. In Urgench was not aerodrome, but the order was so categorical that it was necessary to immediately fly out. After a few laps of Urgench, I landed right on the square in the dust, scattering the dogs and traders. At the end of the square stood a group of our troopers, and at its center sat a handsome old man in a white turban. It was Shay Khan, one of the most bloodthirsty Basmachi in Central Asia. His comely appearance was used to mask a true wolf nature. It was he who was responsible for deaths of three of our pilots. Once his gang fired at one of our aircraft, shot him, the pilots were forced to make a landing and were captured. After a torturous interrogation and torture of all kinds, on the orders of this handsome old man, massacred murdered and then burned together with the aircraft.
I had to put a wolf in sheep's clothing in his plane and brought to Tashauz, where he waited for a deserved punishment.
This operation I did with great gusto. The old man, all the while fearing that it would drop from an airplane was safely delivered to their destination...

Кстати, нашёл очень интересные воспоминания о войне в Туркестане. Правда, по "форме" басмачей там ничего нет, но интересно -- очень!

http://militera.lib.ru/memo/russian/kuts_if/index.html


Вот тут подборка фотографий жителей Средней Азии середины 20-х годов. Не басмачи, конечно, но можно получить представление о национальном костюме.
Here a selection of photos people of Central Asia, mid-20's. Not basmachi, of course, but you can get an idea of a national costume.

http://babs71.livejournal.com/428902.html

Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 20-01-2011 17:11
 
Информация взята отсюда: http://materik.ru/pda/rubric/detail.php?ID=10317

Публикуемые документы, большей частью когда-то строго секретные (из архивов Особого Отдела Полномочного Представительства ОГПУ по Средней Азии – ОО ПП ОГПУ), охватывают собой период от 1920-1921 г.г. до 1931 г. Они содержат сведения о тактике и стратегии басмачей, вооружении их отрядов, обширный перечень имен полевых командиров (курбашей) и рядовых боевиков («джигитов»), характере и размере собираемой с кишлаков дани в пользу басмаческих отрядов, упоминания о важных политических фигурах того времени: бухарском эмире Саиде Алимхане, турецком генерале Энвере-паше, главе всего бухарского басмачества Ибрагим-беке. Основная часть представленных документов касается деятельности предводителя Кашкадарьинского басмачества Тангри Берды Дотхо (Датхо, Додхо).

Документ №1.

Представляет собой полоски бумаги шириной 10 см и длиной 25-30 см с отпечатанным на пишушей машинке текстом. Машинописный текст правлен от руки чернилами красного цвета. Документ представляет собой черновик статьи, позже опубликованной в нескольких газетах, в частности, в "Красной звезде". В дальнейшем этот, слегка отредактированный, очерк почти без изменений вошел в роман Гр. Джурабаева-Андреева «Хуррам-бек» (Ташкент, 1934). Вероятно, публикуемый очерк отражает собственные впечатления автора, неприятно пораженного жестокостью красноармейцев. Текст документа рассказывает о тактике ведения боев с частями Красной армии Ибрагим-беком – главнокомандующим объединенными басмаческими отрядами в Восточной Бухаре (современный Южный Узбекистан и Таджикистан), сменившем Энвера-пашу. Предположительно, текст публикуемого документа составлен в середине – второй половине 1921 г.

Текст:

"По крутым каменным скалам разбросаны позиции Ибрагим-бека. За уступами камней, толстых ветвистых арчей, ведут бой лучшие джигиты – «мерганы» («стрелки»), большинство – локайцы. Все они вооружены хорошими трехлинейками-винтовками с достаточным количеством патронов. «Мерганы» – природные охотники, отличные стрелки. Стреляют они одиночными выстрелами, тщательно прицелившись и в большинстве случаев с хорошим результатом.

«Мерганов» прикрывает цепь вновь набранных – «мобилизованных» – палочников-таджиков, расположенная у самой подошвы горы.

Под командой «ясаулбашей» (адъютантов) Ибрагим-бека, «палочники» разъезжают длинными вереницами по склонам гор, машут палками, шашками, серпами и громко воинственно кричат. Это излюбленный «боевой» маневр Ибрагим-бека. Разъезжая по склонам гор, «палочники» отвлекают внимание наших частей от старших «мерганов» и тем дают им полную свободу действий. Кроме этого несколько сот всадников, испускающих страшные крики и махающие сверкающими на солнце железом шашек, серпов – издали представляют грозный боевой вид и вселяют нерешимость броситься в атаку с малым количеством бойцов.

При нашем отступлении эти «палочники», подгоняемые сзади опять джигитами-локайцами, наседают на хвост нашей конницы, оттягивая ее в сторону от главного отряда. В это время настоящие «аскеры» («воины») Ибрагим-бека пачками обстреливают ее. Именно для этого хитрый и многоопытный Ибрагим-бек «мобилизует» мирных джигитов.

Бой продолжается. «Мерганы» стреляют из-за хорошо прикрытых уголков, «палочники» прикрывают их своими телами...

На высокой вершине, у ног снежного хребта, куда не залетит и шальная пуля, Ибрагим-бек в бинокль наблюдает за ходом боя. Его окружает многочисленный «штаб» из курбашей, близких советников, «ишанов» (высших духовных лиц) и большой отряд личной охраны. Над головой Ибрагим-бека, обмотанной белой, тонкой, английской кисеей, развивается золотое знамя с пучками конских волос. На знамени красными буквами вышито: «Под знамя все собирайтесь на защиту ислама. Смерть джадидам».

Ибрагим-бек сильно раздражен. Злобно-сердито поблескивают из-за нахмуренных черных бровей черные глаза горного ястреба. Он недоволен, что смело наседают наши части на его позиции, что они уже открыли частый ураганный пулеметный огонь. Лично Ибрагим-бек не опасается за свою жизнь. Он всегда руководит боем лишь из безопасного для его жизни пункта. И сейчас, кругом по высоким сопкам, стоят дозоры и при первом приближении наших частей донесут Ибрагим-беку. Вот почему до сих пор за 3 года басмачества его в Восточной Бухаре, он не был ранен. Вот почему его так трудно поймать. Когда близкие приближенные Ибрагима бека советуют ему для воодушевления “аскеров” лично участвовать в бою, он обычно отвечает: - Я не такой глупец, как Энвер-паша, чтобы подставлять свою грудь под пули “джадидов”...

- Русские начинают обходить нас слева и справа – докладывают прискакавшие с позиции “ясаулы” (ординарцы), - “палочники” разбегаются, “мерганы” начинают отходить.

- Сдерживать “палочников” до последнего момента, в бегущих стрелять. “Мерганам” немедленно отходить. Отступление вести только по таджикским кишлакам, - резко отдает приказания бек и сам быстро направляет своего скакуна к выходу из ущелья. Спешно свертывается “штаб” и скачет за Ибрагимом-беком, пугливо озираясь по сторонам...

Наша конница охватывает неприятеля с флангов. Первые ряды “палочников”, удерживаемые сзади выстрелами джигитов, падают под бешеными ударами наших кавалеристов. Задние ряды бегут в слепой панике, сметая с дороги стреляющих в них джигитов. А “мерганы” уже выезжают из ущелья и скрываются в лабиринтах таджикских кишлаков. Поле боя усеяно трупами зарубленных “палочников”, серпами, палками, ржавленными шашками. И ни одной винтовки. За них отдали жизнь дехкане-“палочники”...

В погоню за бегущими “палочниками” мчится конница. Из кишлаков слышны выстрелы отступающих “мерганов”.

В кишлаки врывается конница, а “мерганы” уже давно ускакали, отстреливаясь из далека. И снова сыпятся удары на несчастных “палочников”, прибежавших спасаться от жала смерти в родные кишлаки. И там, где еще утром цвела мирная трудовая жизнь дехкана-таджика и золотились поля зрелой пшеницы – море огня, зажженного выстрелами “мерганов”, и трупы “палочников” с брошенными около них серпами, палками... Над трупами визгливо причитают таджики, кричат ребятишки... А Ибрагим-бек со своими “мерганами” давно уже отдыхает в далеком, нетронутом никем, локайском кишлаке, не потеряв ни одного “мергана”, ни одной винтовки и обсуждают план дальнейшей “мобилизации" палочников...

Андреев”.



The document is a draft article, later published in several newspapers. Probably, published an essay reflects the author's own experiences. The text of the document talks about the tactics of battles with the Red Army troops of Ibrahim Bek - Chief of Joint basmacheskimi detachments in Eastern Buhara.Tekst published a document, allegedly drawn up in the middle - second half of 1921. Author - G. Andreev, Soviet writer.

"The steep stone cliffs are the positions of Ibrahim Bek. The ledge stones, thick branched trees, are fighting the best dzhigits - "mergans" ("hands"), the majority - Turkmens. All of them are armed with good Mosin rifles with plenty of cartridges. "Mergans" - natural hunters, excellent hands. They shoot single shots, took careful aim and, in most cases with good results.

"Mergans" covers the chain of new recruits - "mobilized" - Stickman, Tajiks, located at the very foot of the mountain.

Under the command of "yasaulbashi" (adjutants), Ibrahim Bek, "Stickman" a long train ride around on mountain slopes, waving their sticks, sabers, sickles, and shouting loudly, aggressively. This is a favorite "combat " maneuvers Ibrahim Bek. Driving around the mountain slopes, "Stickman" distract the attention of our military units from the older "mergans "and thereby give them full freedom of action. In addition, several hundred riders, emitting a horrible screaming and waving glittering in the sun with iron sabers, sickles - a distance pose formidable fighting form and inspire indecision thrown into the attack with a small number soldiers.

At our retreat these "Stickman", driven back again jigits-Turkmens, settle on the tail of our cavalry, pulling her away from the main squad. At this time the real "Asker" ("Warriors"), Ibrahim Bek briefly fired at her. It is for this wily and experienced Ibrahim-bey "mobilizes" peaceful peasants.

The battle continues. "Mergans" shoot from the well-protected shelters, "Stickman" cover them with their bodies ...

On a high mountain, at the foot of a snowy mountain range, which did not fly a stray bullet, Ibrahim Bek with binoculars watching the progress of the battle. It is surrounded by large "headquarters" of kurbashi, close advisers, "ishans" (senior clerics) and the large contingent of bodyguards. Above the head of Ibrahim Bek, wrapped in a turban of white, thin muslin English, developing a golden banner with tufts of horse hair. Red letters on a banner embroidered with: "Under the banner of all get ready to defend Islam. Death Jadida".

Ibrahim Bek irritated. Maliciously angry gleam because of frowning black brows, black eyes mining hawk. He was displeased that boldly settle our troops at his position, that they have opened a frequent hurricane machine-gun fire. Personally, Ibrahim Bek does not fear for their lives. He always led the fight only from a safe trip to his life. And now, round the high hills, there are patrols and the first approximation of our military units be informed of Ibrahim Bek. That is why it is still over 3 years to find a Basmachi it in Eastern Bukhara, he was not injured. That is why it is so difficult to catch. When a close approximation of Ibrahim Bek advised him to inspire "Askers" personally involved in combat, he usually replies: - I am not a fool like Enver Pasha to expose their breasts to the bullets "Jadid" ...

- Russian begin circumvent us left and right - report galloped up from the position of "yasauls" (Orderlies) - Stickman scatter, "mergans" begin to withdraw.

- Contain "Stickman" until the last moment - in the running to shoot. "Mergans" immediately withdraw. Retreat to only the Tajik village, - abruptly gives orders to bek and he quickly sent his horse to the exit of the gorge. Hastily coagulates a "headquarters" and rides for Ibrahim Bek, anxiously looking around ...

Our cavalry covered the enemy's flanks. The first series of "Stickman" held back shots dzhigits fall under the frantic beats of our troopers. Back rows run in a blind panic, sweeping the road shooting at them dzhigits. At this time, "mergans" already depart from the valley and lurk in the labyrinths of Tajik villages. The battlefield is strewn with corpses "Stickman", sickles, sticks, sabers rust. And not a single rifle. They gave their lives for the farmers, "Stickman" ...

In pursuit of the fleeing "Stickman" horse racing. From the villages of shots heard retreating "mergans".

In villages cavalry rushes, and "mergans" has long been galloped, firing from afar. And once again fall saber blow to the unfortunate "Stickman", ran to escape the sting of death to their villages. And where else in the morning bloomed peaceful working life of the peasant-Tajik and golden fields of mature wheat - the sea of fire, lit shots "mergans", and the corpses "Stickmans" thrown around with them with sickles, sticks ... Over the corpses shrieking wail Tajiks, screaming kids ... A Ibrahim-bek with his "mergans" long rest in the distant, untouched by anyone, Tajik village, without losing a single "mergan" nor one rifle and discuss the future plan of the "mobilization" "Stickmans" ...

Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 20-01-2011 18:34
 
Документ №2.

Документ представляет собой подборку из разнородных документов на 20 страницах печатного машинописного текста, в основном относящегося к деятельности крупного басмаческого полевого командира Тангри Берды-дотхо. Географически документ, в основном, охватывает территорию современной Кашкадарьинской области Узбекистана – от предместий г. Бухары до границы с долиной Сурхандарьи. Документ представляет собой выписки из оперативных документов ОО ПП ОГПУ по Средней Азии, включая часть перехваченной переписки Тангри Берды со своими противниками из числа местных жителей. Как видно, большая часть представленных бумаг составлена еще в период активной деятельности Тангри Берды (до 1925 г.). Документ интересен тем, что опровергает дежурное утверждение позднейшей советской пропаганды о том, что все выдающиеся деятели басмачества были выходцами из привилигерованных слоев среднеазиатского общества и, наоборот, что все богатеи боролись против Советской власти. Как видно из документа, многие активные басмачи были выходцами из беднейших слоев населения, а их противники – из богатых или знатных людей.
Обращает на себя внимание утверждение Тангри Берды, содержащееся в письме №2, что термин «басмач» – это не оскорбление. Инсургенты вполне сознательно называют себя «басмачами» и утверждают, что «басмачествовать нас заставил Бог». Философские рассуждения Тангри Берды заставляют задуматься о природе терроризма: «борьба за веру», «поиски правды» и попытки представить себя эдаким мусульманским Робин Гудом опровергаются им же самим творимыми жестокостями. Как видно из текстов писем, религиозные взгляды дотхо по сути весьма близки к идеологии современного ваххабизма: в качестве примера вопиющего «неверия» Тангри Берды приводит факт ухода жены от нелюбимого мужа и то, что некоторые женщины осмеливаются снять паранжу и появляться на людях с открытым лицом. Некоторые философско-политические взгляды дотхо имеют оттенок анархизма (отрицание необходимости государственной власти в любой форме). Многие натуралистические детали поражают своей бессмысленной жестокостью.

Текст:


«Тангри Берды Дотхо.

Житель города Гузара, беспартийный, неграмотный, из бедных дехкан. При эмире был в Шахризябсе чернорабочим. От роду 35 лет. Басмачеством занимается с 1921 года. Был активным джигитом Энвер-паши, который произвел его в чин дотхо.

Тангри Берды Дотхо из племени Кундрат происходит из кишлака Гауханы – Велибайлякского кента, Гузарского уезда, среднего роста, черные глаза, смуглое лицо, небольшая бородка, которая мало заметна. Родители – бедные дехкане. В 1918 году Тангри поступил к одному из родственников шахризябского бека – князю Тура в качестве пастуха, пас верблюдов полтора года. В 1919-м году выехал в свой Гузарский район, в 1920-м приехал обратно и поступил работником в гор. Якобаге к Кенджа-Амину, прожил у него несколько месяцев. Однажды летом в 1920-м году, когда Тангри жал в поле пшеницу, проезжал мимо со своей шайкой курбаши Джабарбек, который остановился, поговорил с Тангри, и взял его с собой. В 1922 г. Джабарбек ушел в Восточную Бухару, вместе с ним ушел Тангри. После возвращения Тангри уже называл себя дотхо, но продолжал оставаться в шайке Джабарбека. Летом 1922 г. Тангри Дотхо с другим джигитом Базарбеком убил Джабарбека. Командование шайкой принял на себя Базарбек, который вместе с Тангри-Берды в конце 1922-го года сдался в Якобаге соввласти. Базарбек в Кагане был расстрелян.

Тангри-Берды через три месяца после сдачи, истратив свои деньги, бежал один в шайку Абдували и через месяц во время боя с красными внезапным выстрелом сзади убил Абдували, и сам сделался командующим шайкой (24 человека), после чего начал оперировать в Якобагском районе. В декабре 1924-го года и в январе 1925-го года Тангри два раза сдался советской власти в Шахризябсе и поставил условие – оставить ему для личной охраны 11 джигитов. Погуляв несколько дней, отдалился от Шахризябса и снова начал басмачествовать. В шайке у него имелся русский красноармеец Илья Деливеров, дезертир, принявший кличку Мусульманкула. Последний – самый приближенный джигит Берды Дотхо. С ним главарь советуется, во всем доверяет, Мусульманкул был ранен в пах, лечился в одном из кишлаков около Шахризябса. Женился на узбечке, имеет много денег, скота и 8 лошадей. В шайке есть родственник дотхо – Латх Шакар из одного кишлака. Вооружена шайка поголовно трехлинейными винтовками, шашками и наганами. Сам дотхо имел английскую винтовку, маузер, браунинг и два нагана. В шайке имелся пулемет системы Люиса, который был неисправен и хранился скрытым. Ближайшие помощники Тангри – Мухамед-Али Токсоба и Мулла Турабай.

У дотхо три жены: одна в кишлаке Карпайчи [Карапчи] Китабского района, вторая в кишлаке Хазар – Аксуйской волости и третья – сестра Мухамет-Али Токсоба, где-то в Шахризябском районе.

В бою дотхо отличается храбростью, энергичен, чаще, чем другие шайки, вступает в бой с красными [=красноармейцами], умело руководит боем, удачно применяет маневрирование с охраной флангов, производит накапливания и обходы и при неудаче отходит, рассыпая свою шайку и вновь собирая ее в условном кишлаке. По характеру Тангри угрюм, жесток и деспотичен, беспощадно рубит и расстреливает дехкан, занимается грабежом.


Джигиты.

Мусульманкул, Ашур-курбан из кишлака Шакар-тори, Шайман Токсоба из Гайхана [Гаухана?], Мулла Мусо Бодвиль, Ташмухамед Умурзаков из города Лянгара, Исламкул из Ачгиша, Шакар, Валихан, Туфли Уста Худайкул из Карбака, Ходжам Берды, Хашир из Сасык-булака, Султан из Чока-Турона, Ташбала из Шакар Тори, Ашур Курбанов из Бешкопа, Тюрабай, Паян, Джуракул, Рахмет, Куль, Авлякул, Умар, Рахматулла из Якобага и Касым из Мумин-Абада.

В кишлаке Мумин-Абад Шахризябского уезда курбаши Тангри через влиятельного ишана Баба-Ниязова собрал жителей этого кишлака около двухсот человек в мечети. Вдруг неожиданно мечеть была окружена шайкой Тангри в количестве около 70 джигитов, разделенных на 3 группы в красноармейской форме. Тут-же было убито 7 человек, ранено два – террор над теми жителями, родственники которых являются джигитами доброотряда. Сожжено 20 домов, под развалинами погибло 20 лошадей, разграблено имущество, погублено много хлеба и риса и совершено глумление над семьями красноармейцев. Берды дотхо требовал от населения, чтобы оно выдало голову нашего уполномоченного Шахризябского района и голову Берды-Амина – участника доброотряда. Также, чтобы воздействовать на джигитов доброотряда, сдать все оружие, - иначе угрожал поголовно вырезать все население. "


Письмо [№1].
Пишет курбаши Тангри Берды Инак дотхо на имя граждан Берды, Бурана и Кенжа.

"Удостоверение и объявление. Привет. Пишу настоящее письмо и сообщаю, что этот свет есть свет ложный. Все должны помереть. Об этом Вам необходимо подумать. Настоящая власть не знает того, кто для нее делает хорошее. Если мы хотим помереть, то должны помереть. И наш пророк, и наши деды и отцы померли. Свет остался нам, но мы также в один прекрасный день должны помереть, независимо от того, что мы будем делать - хорошее или плохое. Вы, как умные люди, должны подумать и понять, что власть никому хорошего ничего не сделала.

Абдухаким Мирза-Адиль, Худай Берды и Гам Мерган Берды Амин и Мулла Абдусалям честно и добросовестно работали для власти, и власть этих лиц убила. Если б указанные лица знали, что власть их уничтожит с лица земли, они бы работали с нами или бы не работали с властью.

Друзья мои, настоящая власть – власть вредная – даюс, кушпруш хукумат [ругательство: негодяи, продающие своих жен, власть, торгующая кровью]. Мы видим, что сейчас власть дает оружие мусульманам для того, чтобы мы друг друга убивали, уничтожали и пили свою кровь и ели друг другу мясо. Власть вооружает нас, а мы, как глупые, деремся друг с другом, убиваем друг друга, уничтожаем свои дома, а власть смотрит на это, как будто на какую-то тамашу, радуется, что мы, мусульмане друг друга провожаем на тот свет. Вы подумайте, что власть сейчас старается приблизить вас к себе, но вы, насколько бы не были преданы ей и сколько б не пролили крови – в конце концов останетесь в дураках.

Власть старается вас из нашей мусульманской веры перевести в свою веру. Эта власть кушпруш [= торгующая кровью]. Она хочет нашу веру уничтожить, уничтожить нашего пророка. Женщин наших старается открыть, чтобы последние находились вместе с мужчинами. Прочитав это письмо, вы можете меня считать другом или врагом – это дело ваше. Безусловно, как вы, так и мы – все мусульмане, если недовольны друг на друга, то лучше нам помереть. Если мы будем бороться с русскими – идолопоклонниками, и если русские наши враги убьют нас, то мы будем шаитами – святыми. Если мы убьем русских, то будем Гази – погибшими за веру. Но, если мы будем убивать друг друга, то все мы должны попасть в ад. Вы, имея оружие, полученное от власти, употребляете его для того, чтобы бороться с нами, но мы имеем еще надежду, что вы, мусульмане, одумаетесь, сдадите оружие, займетесь своим делом – дехканством или же с оружием в руках перейдете на нашу сторону. Если вы этого не сделаете, то можете, как мусульмане, с нами – мусульманами – воевать. Что хотите, то и делайте, и мы, что хотим, то и будем делать. Вы убьете одного человека, мы уничтожим ваш кишлак и убьем сто человек. Против нас выступает масса солдат и то ничего не могут сделать, а вы что сделаете.

Нас заставил басмачествовать бог, он сделал нас басмачами, а не большевики. Если бы нас сделали басмачами большевики, они могли б уничтожить нас в полчаса. Вы выступаете с 15-20 джигитами, чтобы убить дотхо, можете брать сколько хотите войска – дотхо не убьете. Пока будет существовать власть – будет и басмачество. Нам государства не надо, государство нужно власти. Мы сравняем с землей Шахризабс, Китаб, Якобаг и другие кишлаки и от них останется один пепел. Уничтожа эти города, я сделаю одно государство, а сам уеду дальше. Нам, басмачам, никакого государства не надо, мы можем находится и в другом государстве. По получении срочно ответьте на мое письмо, напишите свое мнение, после чего что делать мы сами знаем».


Письмо [№2].

"Берды Нуру, Абдураим Аминов, Абдумажит Амину, Мулла Абдуразык Амину и всем аминам, которые написали ответ на наше письмо. После привета сообщаю: я написал вам письмо, и на это письмо от вас получил ответ. Прочитав его, узнал, что вы пишете, что белый свет дан бесконечно. Вы пишете, что справедливый человек никогда не будет грабить кишлаки и убивать мусульман. Вы сначала разберитесь, что вы делаете сами. Вспомните об окончании мира, о том, как вы будете отвечать на страшном суде, когда будет допрос божий, и каково будет вам, когда вы будете лежать зарытыми в земле. Если вы очень справедливые, честные мусульмане, почему вы выезжаете вооруженными в кишлаки, обижаете мусульман и их жен, берете женщин за женские груди и забираете их скот и имущество. Если вы справедливые мусульмане и идете по указанию бога и по законам пророка Магомеда, зачем вы убиваете мужей мусульманских женщин и забираете мусульманок до истечения срока, указанного в шариате, до истечения которого они не могут вновь выходить замуж. Мы убиваем таких людей, которые продают свою душу за золото, и которые творят поступки, противные шариату. Мы, если кого и убивали и чьих жен уводили, то такие явления от вас, от свиней зависят, от вас – безрелигиозных простутуток. По шариату Магомета немалая имеется разница между боем мусульман с русскими и мусульман с мусульманами. Как вы будете отвечать по окончании мира перед богом? Знаете ли вы о том, что имеется рай и ад, есть и весы правосудия? Когда вы ляжете в могилу, что скажете вы пророкам и святым, которые будут вас допрашивать? Вы – кафиры. Если вы умрете от наших рук, вы умрете кафирами, а если мы умрем от ваших рук – мы умрем святыми, правоверными. Конечно, на этом свете ни один человек не останется. Умрем все, но есть в смерти разница – кому какая смерть. Вы воюете с помощью свинячьей власти, которая борется против бога, топчет ногами шариат и повеления Магомета Мустафы. Откройте свои глаза и не пишите больше нам так, так как когда-нибудь и вы сдохнете, как собаки. Вы говорите, что женщин по улицам без штанов не водят, а почему же в Бухаре несколько женщин бросили паранжу и, говоря про свободу, ходят под руки с мужчинами? Почему в Шахризябсе дочь ишана Сахиба ушла от мужа? Свиньи вы. Чем так на свете жить – лучше нам умереть.

Вы говорите, что у нас нет ни кишлаков, ни городов. Это правильно, но нам их и не надо. Мы делаем свое дело и умрем. Нам не сравниться с вами. Вы говорите, что мы ничего не можем сделать с большим количеством войска. Правильно вы говорите. Но у нас есть такие места, где один человек отобьется от ста красноармейцев. Вы говорите, что где есть большевики, там басмачей уже нет, остались басмачи только в Шахризябсе, Китабе и Якобаге. Зачем вы нахально врете? Где имеется земля большевистская – там везде есть и земля басмаческая. Своими словами вы только утешаете самих себя. Вы были очевидцами, как мы зарыли в землю Худойберды бо-бачу. Вы говорите нам, что если мы беки, почему мы держим связь с Чуй-каймой (грабителями). На это ответ: если мы и воры и басмачи, то слава единственному богу, держим свою веру до настоящего времени с прихода большевиков, а вы, безумные, ходите и говорите: нет бога и даете своих жен для пользования красноармейцам. Свиньи, думайте и знайте: стоя за веру Магомета, кровь таких вояк, как вы, будет течь с моих рук, как вода. Вы говорите, что через 20 дней дотхо походит по горам и сдастся. Возьмитесь за ум. Дотхо всех жен власти использует [сексуально] и пусть тогда власть, если поймает меня, сделает своей рукой из меня одного двух [= разрубит пополам]. Попадетесь вы мне – я буду делать что захочу, а из ваших городов и кишлаков сделаю пепел.

По благословению бога, Тенгри Берды дотхо Инак."


Письмо [№3].

"Да будет известно друзьям Сахиб Назару, Тал Муратбаю, Гани Токсоба, Берды Яр-аксакалу и Ташкуль Ишану о том, что посланных вами к нам с письмом двух лиц мы, с благословения бога, убили. Нам таких братьев не нужно. Нам нужен пророк – бог. Для нас враг тот, кто хочет нашей сдачи. Почему и обоим вашим посланным мы отрубили головы. Над нашими братьями и родственниками вы можете делать, что хотите. Их нам не жаль. Мы же со своей стороны с вашими родственниками будем делать, что нам хочется. Если вы хотите убить приятных нам лиц, то мы убьем не только ваших родственников, но и их жен и детей. Кроме того, сожжем их кишлаки, как мы поступили в Шахризябском уезде с кишлаком Гулям [= Гилян], где тела жителей, во славу Аллаха, превратили в пепел. Тоже самое предоставляем делать и вам. Чем больше погибнет населения, тем больше мы этому рады. Посылая двух людей к нам, вы не подумали об ответственности за них. На это письмо пришлите нам ответ. Больше писать нам нечего."

Бытовое.

"На квартиру Саид Ишана для переговоров с дотхо приехал командир полка Кузнецов с мандатами для джигитов. Явился и Берды, получил мандаты. Берды подарили два халата от имени исполкома. Тангри Берды подарил военному командованию шесть палаток.

Мулла Турабай обещал сдаться после того, как побывает на одной из свадеб, но здесь с ним случилось несчастье: на купкари он сломал себе руку и ногу. В это время в кишлак, где происходила свадьба, въехала красноармейская воинская часть. Мулла Турабай испугался и ускакал, несмотря на то, что был искалечен. Имущество Турабая было захвачено."


Из характеристики Тангри Берды дотхо.

"Берды дотхо, будучи от природы храбрым, знавши прекрасно условия боя в горной местности, часто выходил из боя или совершенно невредимым или, в худшем случае – с самыми незначительными потерями. Своим примерным мужеством он воодушевлял джигитов, имел авторитет среди них, и это обстоятельство при наличии железной дисциплины сплотило вокруг него основное ядро отборных бандитов, с которыми он и оперировал до конца 1924 года. После ряда более или менее значительных поражений его схватки и беспрерывного его преследования красноармейскими частями, он понял, что из такой неравной борьбы победителем выйти не может, но сложить оружие и искренне перейти на сторону советской власти он не хотел, так как борьбу с ней считал незаконченной. Ему нужно было сохранить ядро, с которым в благоприятное для него время снова выступить против соввласти. Он начал искать выхода из создавшегося положения и остановился на временном примирении с советской властью, но как заговорить об этом? Первым он не хотел, так как это не входило в его интересы и грозило падением его авторитета среди местного населения. Авторитет он заслужил благодаря многолетней своей бандитской деятельности, отличавшейся жестокими репрессиями, применяемыми к населению. Халмурад Мерген явился в исполком и предложил написать письмо дотхо о сдаче."

Кишлаки – район деятельности.

Кудчи [Кутчи], Абиканды [Абиканда], Хазар, Типар, Шайтан, Ина, Туда-Майдан [Туда], Туран-Чукур, Чачамбе [Чоршамбе], Шалкан, Пальман, Наукат, Матабду, Бешкопа, Мучи, Кара-Бусюк, Даньяр Шаху, Дегли, Кушбаши, Кара-Пайши, Беш-Казар, Капуш, Чагордо, Ноки, Шакрит-Ари, Купчак [Кипчак], Урус. С этих селений собирались золотые пятерки монеты царской чеканки, седла, потники, уздечки, нагрудники, стремена, бухарские и китабские шелка, платки, сатин и т.д.


Кишлак Гилян.

Во время революции 1918-го года в Шахризябсе гилянцы восстали и хотели сместить эмирскую бухарскую власть. Но приехали чиновники из Бухары, сменили местных чиновников, ублажили гилянцев и успокоились. Во время бухреволюции гилянцы активно выступали против эмира и выдавали Красной армии всех эмирских чиновников и совершенно не помогали басмачам. После бухарской революции в Шахризябс прибыл отряд Красной армии. Часть отряда выступила против басмачей в Якобаг. Во время восстания, поднятого в Шахризябсе эмирскими чиновниками, гилянцы все время помогали нам и давали сведения о басмачах. В течении пяти лет все кишлаки платили налоги и помогали басмачам, Гилян – нет.

Еще с давних пор Гилян славился по выделке хороших ружей, здесь сами даже делали револьверы, и поэтому в данный момент эти мастерские сохранились. Оружие ими не продавалось, а делалось для собственного потребления, как было до революции. Во время революции, возможно, что гилянцы чинили оружие басмачей.

Взаимоотношения Гиляна с соседними кишлаками были плохими. После разрушения Гиляна гилянцы заявляли, что во время налета участвовали также жители соседних кишлаков в масках. Причина этого отношения предполагается в том, что гилянцы в шайках своих людей не имели, а другие кишлаки имели, почему и были заинтересованы в существовании басмачества и принимали участие в разгроме кишлака Гиляна. Участвовало население, главным образом, из племени Кунград. Как-то в июле в Гилян пришло пять басмачей за сбором налогов, но жителями были переловлены, причем один-два были убиты. После этого случая, когда был Ахун-Бабаев в Шахризябсе – ему гилянцы подали заявление с просьбой выдать им всем оружие.

8 басмачей под командой Курбан-Назара Токсобы, прибыв из Восточной Бухары, спустились с перевала Тамтуш пешком и потребовали от кишлака Гилян несколько пудов чаю, табаку, подков и пр. Жители Гиляна, посоветовавшись, решили разоружить прибывшую группу и обратились за помощью в гарнизон Кзыл-Имчак. Но еще до прихода помощи отрезали путь наступлению басмачей, засев в горах. На рассвете из Кзыл-Имчака пришло несколько вооруженных доброотрядцев, которые не рискнули вступить в бой с басмачами, а сами жители Гиляна, взяв две-три винтовки у доброотрядцев, начали гнать басмачей. Банда отступила обратно на перевал. Жители теснили ее сзади, убив одного джигита, одного ранили и забрали у убитого еще одну винтовку. Засевшие же в горах гилянцы начали бросать в банду камнями. Басмачи свернули с дороги, подошли к отвестной скале – где дальше отступать некуда, видя свое безвыходное положение, побросали винтовки и сдались. Гилянцы забрали шесть винтовок, один карабин, один наган, две шашки, 8 лошадей, 7 пленных во главе с курбаши Назар-Токсобой.



Исторические сведения.

В начале 1923-го года в Шахризябском районе оперировали Абду-Вали, Мулла Абдуразык с Муллой Абдуходоком и Мулла Абдурахман. Каждый имел свой строго определенный район действий. Абдували действовал в Шахризябском и Китабском районе, Мулла Разык и Абдуходок в Самаркандском уезде – Ургутском и Пенджикентском районе и Мулла Абдурахман – в Якобагском районе. Они враждовали между собой, соперничали. Дело доходило до боевых столкновений. Один курбаши не смел заходить в район действия другого курбаши.

Умер Абду-Вали, шайкой его стал командовать Берды дотхо, написал письма всем курбашам, просил прекратить борьбу, соединиться против красных. Летом состоялось свидание между всеми курбашами, которое закончилось примирением, обменом подарками и распределением обмена действий. Но к концу 1925-го года на территории Кашка-Дарьинской области действовали две группы – Берды дотхо с базой в Шахризябском и Китабском районах и Мулла Абдуразык – Ургутско-Пенджикентском районе.



Характеристика шайки, дотхо и главаря.

Шайке Берды дотхо подчинялись шайки Мухамет Али и Шайман Токсоба, а также Мулла Турабая. Личная шайка Берды – 18, 10, 12 джигитов, надежных устойчивых людей, кандидатов на возглавление самостоятельных банд. Все джигиты – кунградцы, за исключением одного Ишак-баши.

Сам Берды – энергичный человек, поддерживает дисциплину самыми суровыми мерами, глубоко религиозен, ведет борьбу с русскими нарушителями шариата. Формально за восстановление мира, но в возращение его не верят ни он, ни его джигиты. Так, летом 1925-го года Берды получил письмо от Ибрагим бека, где последний уведомлял его о скором прибытии эмира с войсками. Тут же Берды стал при джигитах ругать эмира площадной руганью, говоря, что эмир врет и, если в течении пяти лет он не мог вернуться, то и никогда не придет.

Джигиты не пропагандируются, о советской власти имеют слабые понятия, веры в правоту своего дела нет. Пребывание в шайке объясняется исключительно привольной жизнью басмача, нежеланием, а иногда и невозможностью после совершенных преступлений вернуться к трудовой дехканской жизни.


Вооружение.

Каждый член шайки вооружен винтовкой и наганом, добытых в боях и отобранных у самосдавшихся джигитов. Добыв хорошую винтовку, Берды снабжает ею кого-либо из джигитов, у которого винтовка похуже, а лишнюю винтовку отправляет в шайку курбаши Шаймана. Каждый сдающийся джигит старается унести из шайки свою винтовку, которую не сдает властям, а прячет на тот случай, если обстоятельства заставят его вновь вернуться в шайку, ибо положение джигита, вернувшегося в шайку с оружием, сильно разнится от прибывшего в шайку безоружного. Сдавшихся с оружием Берды старается разыскать и расстрелять.


Снабжение.

Патроны покупаются по рублю штука в Гузаре, Самарканде, Шахризябсе у красноармейцев. Продовольствием и фуражем снабжаются у населения, причем это снабжение не считается налогом. Прибыв в кишлак, шайка через влиятельных лиц получает все необходимое питание для себя и лошадей. Налог собирается деньгами и одежный – периодически, когда ощущается недостаток. В начале Берды давал распоряжения Амину (письменно) собрать с той или иной волости определенную сумму, но население перестало давать, пришлось ему заняться сбором самому. Кишлакам вел учет, сколько тот или иной кишлак может дать налога, сколько с него причитается, сколько всего нужно, сколько с него взято или можно взять.


Организация.

Большая шайка делится на десятки, которыми командуют Дагабаши. С уменьшением делений нет. Административная должность – казначей, который возит хурджин главаря, где хранятся деньги, халаты и проч. добро. Секретарь-писарь ведет и хранит всю переписку шайки. Берды получал письменные директивы от Ибрагим-бека и эмира бухарского [Саида Алимхана]. Себя считал автономным, признавал Ибрагима лишь как главнокомандующего, номинально, фактически ему не подчинялся. Как-то Ибрагим в письме просил прислать патроны и конское снаряжение, обещая за все это уплатить баранами. Берды дотхо отказал, заявив, что у него своих баранов довольно.


Дисциплина и комплектование.

Тангри Берды принимал только добровольцев и то исключительно вооруженных, отсылая их в распоряжение подчиненных курбашей. Сам не желал увеличивать шайку, так как население перестало поддерживать шайку, стало трудно действовать большими массами, так как шайку легче нащупывала Красная армия – с одной стороны, с другой – при приходе шайки в кишлак дехкане отказывались давать большое количество продфуража. Отсюда – ссоры с дехканами, а это шайке невыгодно.

Характерно, что в шайку приходили обычно всякий сброд, воры и грабители, которым нет жизни в кишлаке, так как они восстановили против себя тех однокишлачников.

Лошадьми шайка пополнялась у дехканства, отбирая насильно нужное количество или обменивая уставших коней на свежих по пути следования банды. Характерно, что лошадей на поправку отдавали в те кишлаки, где стоят наши гарнизоны: спокойнее.


Отношение населения к шайке.

Летом шайка никогда не ночевала в кишлаке, располагалась вблизи него и на ночь два раза меняла место своей ночевки. От себя караулов не выставляли, давали распоряжения пособникам выставлять охрану. Выставлялось обыкновенно два человека у дороги, при входе в кишлак с той стороны, откуда ожидается приближение опасности. В последнем случае караульный тихо поднимает тревогу.

При ночевках в степи выставляется караул шагов в 200-300 от ночевки. При подходе наших частей дается выстрел. Днем же караул сообщает об опасности тихо. Ночует в степи большая шайка. Встает шайка часа в 4 утра, день проводит в кишлаке, ничего не делая: кушает, пьет, держится в одном дворе, выбирает дом, удобный для бегства, имеющий два-три выхода: в поле, в сад и т.д. Днем выставляется караул в виде какого-нибудь мирного дехканина на крыше, на могиле [мазаре], возвышении и т.д.

Нечто в роде пассивного содействия, оказываемого населением басмачеству, объясняется страхом перед террором банд и отсуствием твердой уверенности в защите населения соввластью. Пример: Мулла Турабай, в сферу влияния коего входил кишлак Гилян, явился к Берды с просьбой помочь ему наказать непокорный кишлак, указывая, что пример гилянцев, переставших поддерживать басмачество, подействует на другие кишлаки и для примера всему дехканству необходимо жестоко наказать гилянцев.

Население боится мести. Мусульманкул рассказывает, что когда он с одним джигитом из шайки Берды дотхо – Ташбала, добровольный палач шайки – явились в один кишлак и в присуствии всего населения кишлака приказал одной женщине, жене подозреваемого в помощи Красной армии дехкана, лечь на землю и раздеться (привычка Таш-бала: женщину он убивает, вкладывая нож в половой орган и распарывая ее живую до горла). Население не осмелилось остановить басмача и реагировало только слезами и просьбами пощадить женщину.


Тактика басмаческой шайки.

Большая объединенная банда в движении высылает вперед дозор (шагов на 200-300, человек из 2-3-х). В открытых местах степи высылается и сзади дозор на полверсты. Движение совершается только ночью. Принимать бой на равнине шайка избегает. Вообще в бой Берды дотхо вступает лишь тогда, когда шайка объединенная. Принимает бой только в горах и когда численность шайки превышает число красноармейцев. Решив принять бой, Берды дотхо разделяет свой отряд на части, намечает две рядом стоящие сопки и приказывает частям занять их. Причем всегда выделяет еще часть, которая занимает тыловую сопку. Последняя должна своим огнем прикрывать переход на следующие тыловые сопки передних отрядов. Когда передние отступят и займут следующую сопку, тот отряд (тыловой) в своб очередь опять переходит в тыл к первым.

Таким образом, бой всегда состоит в стрельбе и отступлении. В наступление шайка переходит лишь при огромном перевесе сил, при отступлении красных. Преследование совершается неорганизованно – не далее, как на полверсты или на версту. При преследовании стараются захватить оружие.

Вообще боев с красными войсками шайка избегает, во время боя Берды дотхо обязательно дает джигитам указания, в каком направлении распылиться, указывая каждому, по каким кишлакам отступать и в каком кишлаке в какой день собраться. Обычно собираются через два дня после боя в тот кишлак, куда прибывает сам дотхо.

При отступлении от красных басмач отступает до вечера (вышеуказанным порядком). С наступлением темноты шайка рассыпается по одиночке и через день вновь собирается в указанном Берды дотхо кишлаке.

Для обмана нашим частей часто применяется такой метод: часть джигитов рассыпается, часть – человек 10 – отступает массой и ведет по своим следам красные части. В противоположном направления, а затем – заведя нашу часть поглуше – эта часть джигитов рассыпается и присоединяется к своим соратникам.

Бой в горах шайка принимает в спешенном виде. Переходит же на следующую сопку верхом. Руководства огнем нет, стреляют как бог на душу положит.

Убитых и раненых шайка старается увезти с собой. Убитых в ближайшем кишлаке сдают для похорон, раненых отправляют в какой-либо кишлак на попечение пособника для лечения, причем время от времени доставляют ему лекарство.

Не имеющие оружия басмачи в шайках используются во время боя частью как коноводы, частью – высылаются по сторонам и в тыл, как разведка для того, чтобы не дать себя обойти красноармейцами, а также выяснить – не идут ли к врагу новые части. Широко поставлена разведка через пособников. Они же – связь с шайками, вся переписка идет через них.

Так как наши части двигаются обычно по главным дорогам, шайка на отдыхе заблаговременно узнает о движении частей и очень часто уходит путем простого сворачивания от главной дороги на параллельные рокадные мелкие пути сообщения.

Характерно преувеличение потерь басмачей со стороны местных жителей.


Баи.

Широкая помощь, оказываемая Берды дотхо. Так как баи имеют возможность воздействовать на рядовое дехканство, шайка всегда находит в кишлаке приют, продовольствие для себя и фураж для коней. Без содействия бая главарь не мог бы распылять шайку и распределять ее одиночным порядком по кишлакам. Оставляет раненых джигитов, утомленных лошадей в кишлаках на попечение баев. Эти последние оказывают содействие, дают сведения о красных частях, одновременно дают ложные сведения нам, водят за нос красноармейкие отряды. Байство держит рядовое дехканство в терроре, пользуясь именем басмачей.

В общем снабжение шаек и налоги всей своей тяжестью ложатся на дехканство, которое вынуждено было пассивно поддерживать басмачество из-за страха репрессий. Чем активнее наше участие, тем больше противодействия оказывается дехканством басмачеству.

Пример: выездные басмаческие дела, слушаемые судом, дают картину в местностях, охваченных басмачеством, дехкане или отказываются от показания или дают их неохотно – боятся. В местностях, очищенных от басмачей, свидетели в судах охотно выступают, уличая басмачей и их пособников.


Духовенство и эмир.

Духовенство, как непримиримейшие враги соввласти – главная опора басмачества. Берды дотхо, будучи глубоко религиозным человеком, старается обойтись без помощи духовенства, так как боится навлечь на него репрессии со стороны соввласти.


Джигит Алхар.

Узбек, родился в Самарканде, затем проживал в Шахризябском районе в кишлаке Шакатыр, работал у ишана. Является ближайшим другом Берды дотхо. Жена джигита Алхаря живет вместе с двумя женами Берды дотхо, что практикуется лишь при наличии большой дружбы между главами семейства. Алхар состоит чем-то вроде казначея у Берды дотхо, возит его хурджин с добром. До вступления в банду занимался передачей писем курбашам, сообщал о приближении русских, выдавал дехкан, помогавших красным и т.д.


Штрихи.

Во время пребывания Берды в кишлаке дехкане нередко обращались к нему с просьбой разрешить их земельные или семейные споры. Берды разрешал охотно, решения его выполнялись безоговорочно. Иногда Берды приглашали в гости на праздник, причем он обыкновенно отказывался, боясь предательства. Недоверчивость, осторожность – например, дехкане подносят ему фрукты, он никогда не начнет их есть, пока не поедят другие.

Район Китаб-Шахризябс – равнина полная кишлаков и садов – называется Хара-Дараф, обычное место, где скрывался Берды. После ареста пособников Берды ушел в Гузарский уезд (более гористый), делая на Хара-Дараф налеты для наказания жителей, помогавших красным, чтобы террором вновь подчинить их своему влиянию. Так сожгли [кишлак] Мумин-Абад из-за того, что житель этого кишлака Берды-Бус [или Буо], помогавший ранее Берды дотхо и обещавший стать басмачом, вместо этого организовал доброотряд и действовал активно против басмачей.


Асадулла Бий – биография.

Родился в 1890 г. в кишлаке Карды-Берды, района Ак-Мечеть. Родители из рода Ишан-Ходжи племени Локай. Отец его был авторитетным эмирским чиновником по имени Хидыр Токсоба, умер лет десять тому назад. Асадулла в детстве учился в школе в Ак-Мечети, школе, построенной его отцом. Пробыл в школе три года и, окончив учение, поступил на службу к гиссарскому беку, от которого за свои заслуги постепенно получил чин караул-беги, а после ухода эмира бухарского в Афганистан получил и другие чины, постепенно дойдя до чина бия. Свою карьеру Асадулла бий начал вместе с Ибрагим-беком в 1921-ом году в мае месяце. При Ибрагим-беке занимал пост советника и постоянного заместителя Ибрагима в деле военных действий с красными. Асадулла всегда руководил боями с красными частями. Пользовался у Ибрагима безусловным доверием и большим уважением. Все его даваемые советы Ибрагимом всегда исполнялись и проводились в жизнь. Не меньшим уважением и авторитетом пользовался среди населения Локая и, в частности, среди его родного рода Исам-Ходжи племени локай, который видит в нем представителя одной из старейших знатных фамилий. Асадулла имеет две жены, детей, причем семью свою из Локая отправил в район Бальджуана.


Боевой эпизод.

Находящаяся в районе Кокташа и Яла-Табан и др. кишлаках шайка Асадулла-Бея и Игам-Берды и др. мелких курбашей в составе ста джигитов грабят население Дюшамбинского района. В районе кишлака Кара-Камар, в 3-х верстах южнее Ляура, произошел бой между взводом 1-го кавполка и шайкой численностью до 200 всадников под командой Асадуллы. В результате боя наш взвод потерял 11 человек убитыми, 3-х ранеными, 1 пулемет, 15 винтовок, 14 шашек, 5 наганов, пулеметные ленты, комплект запасных частей, 22 седла и 27 лошадей.

Из Гиссара прибыла шайка в 500 джигитов под командой Асадулла-бия и Рахман-дотхо. Часть шайки – 200 джигитов – располажилась в районе кишлака Умакай, в 15-ти верстах западнее города Гиссара. Рахман дотхо имел бой с нашими частями в кишлаке Курам.


Движение по Восточной Бухаре.

Пример перекидывания крупной басмаческой шайки. Находясь в своем излюбленном районе – в кишлаке Яван Локайской долины, Ибрагим-бек в конце марта собрал вокруг себя банды курбашей Асадулла-бия, Игам-Берды, Иль Баши, Али-Мардана и Мулла-Саида с отрядом численностью в 300 джигитов и в начале апреля перешел в горы Каратау (50 верст юго-восточнее Явана). Оставив там отряд, сам Ибрагим-бек с 50 джигитами личной охраны прибыл в кишлак Довча, оттуда – в кишлак Кара-Булак, где забрал 20 голов баранов и ушел по направлению к урочищу Патта Тамор (25 верст южнее Явана). Оттуда Ибрагим-бек снова вернулся в горы Каратау и 9-го апреля, объединившись с остальным отрядом, перешел в урочище Арал (20 верст юго-восточнее Киика), где наткнулся на один из красных отрядов и, потеряв в бою 18 джигитов убитыми, отошел на восток, в глубину гор Каратау. Через три дня его отряд пополнился прибывшей из Файзабадского района шайкой Гаюр-Бека. На следующий день в районе Султан-Абада Ибрагим-Бек напал на конный взвод, сопровождавший продукты для колонны. 24-го апреля Ибрагим совместно только с Асадуллой и Исаханом, при отряде в 80 джигитов (из них 60 вооруженных) ушел в районе Шури-Ата, в кишлак Бури-Булат, где распустил курбашей.

5-го сентября объединенные шайки Асадуллы и Астанкула, в числе 100 всадников при 70 вооруженных, находились в кишлаке Кайнар (8 верст южнее Нарына). Откуда, при приближении нашего отряда, направились было в сторону Явана, но будучи настигнуты, вынуждены были принять бой. В результате которого басмачи потеряли 8 джигитов убитыми, 7 человек ранеными, 8 лошадей убитыми. Разбившись на две группы басмачи рассеялись. Дивизион кавполка в Арале 7-го сентября обнаружил и разбил шайку Асадуллы-Бия и Игамберды, которые, потеряв 25 джигитов убитыми и оставив всю канцелярию Ибрагим-Бека, рассеялись.


Боевые столкновения.

Особо сильно от ударов красных частей пострадали шайки Локайского района в лице банд Асадулла Бия и Игам-Берды, потерявшие в бою 6/IX и в Апреле 25 человек убитыми и шайки Байсунского района в лице банды Ахмет Ишана, потерявшего в бою 29-го августа под кишлаком Ура-Тюбе 5 человек убитыми и 15 ранеными. Значительные потери в бою: 11 сентября в бою под Сары-Ассия понесла шайка Мулла Раджаба (21 убитый), несмотря на то, что против нее действовал небольшой отряд кавполка и, наконец, чувствительные потери пали на долю шаек Дюшамбинского района (группы Рахман-дотхо), каковые в бою на перевале Зардалю потеряли 13 человек убитыми, в том числе – курбашу Искандера.

Все указанные выше потери шаек, несмотря на их частичные удачи (в роде захвата пулемета на снизившемся аэроплане и пленение комсостава в районе Кунгурта, давшее второй пулемет), все это парализовало активность басмачества, передав инициативу в руки красных. Военный нажим и неудачи при столкновенияи нанесли упадок духа и, как факт, последовало распыление шаек вообще на мелкие единицы, участился переход на нашу сторону не только рядовых джигитов, но и пока мелких главарей с оружием в руках. Имеются неоднократные случаи ссор и вражды между курбашами. Это особенно заметно среди шаек Локайского и Файзабадского районов. Гаюр-Бека Ибрагим счел ненадежным и он взят под наблюдение Рахман-дотхо. Сафар Токсоба разоружен за бездействие, Иль-баша снимается с должности курбаши за то же. Асадуллу преследуют за проигранный бой и потерю канцелярии Ибрагим-бека.


Характеристика Ассадуллы.

Ассадулла Бий – заместитель Ибрагима – имеет основное ядро шайки (25-30 джигитов), находяшихся под его непосредственным командованием. Помощником Асадуллы является афганец Мулла-Турсун. В шайке – узбеки племени Асан-Ходжа, из них 5 баев, 3 эмирских чиновника и 17 дехкан. Чиновники работают по снабжению и комплектованию шайки, выполняют специальные разъездные поручения. Дисциплина палочная, крепкая. Малейшее подозрение – влечет разоружение. Коли джигит сочувствует красным – расстрел. Асадулла-бий держит джигитов в руках исключительно репрессиями. По отношению к афганцу Муллу Турсуну ведет себя заискивающе.

В шайке участвует брат Асадуллы – Габулла Мулла Хидыр, 20-тилетний юноша. После смерти Асадуллы-бека, убитого на склонах горы Роенгентау (в районе Таш-Булака и Кокташа), Губулла стал считаться курбашой, но ввиду его молодности, шайкой командует Ахмет-Казак. Габулла трусливый, в боях участвует редко.


Характеристика курбаши Иль-Баши Токсабы.

Иль Баши – Бадраклинец [РПП бадраклы племени локай]. Аул-Киикского района, имеет 45 лет, при эмире занимает пост Минг-Баши, жил богато, пользовался авторитетом и влиянием среди бадраклинцев, занимался скотоводством. В 1921 году, при организации басмаческих шаек Ибрагим беком Иль-Баши Токсоба добровольно присоединился к нему, вскоре выдвинулся и был назначен курбашой оформленной из бадраклинцев шайки, каковой командует и в настоящее время. Под его командованием по приказанию Ибрагим Бека нередко объединялись банды Таймата и Бобаджана, к настоящему моменту он объединяет курбашей Али-Хана и Абдулла-Бека и командует отрядом в 250 человек, выделенный Ибрагим Беком из Локая для ведения работы по восстановлению басмачества на левобережье Вахша, в его же группу до ранения входила шайка Байтуры.

Находясь на территории левобережья Вахша, Иль-Баши деятельность свою направил, главным образом, на терроризирование сочувствующего советской власти населения, сотрудников и работников власти. В кишлаке Кауракли его джигитами была убита женщина, выпекавшая хлеб для русских солдат, в кишлаке Чаврак им убит родственник сдавшегося курбаши Исмакуллы, в кишлаке Тут-Булак убит отец сотрудника разведки [ОО ПП ОГПУ] и один житель, в кишлаке Пушин у сочувствующего советской власти человека курбаши Иль-Баши забрал 80 кобыл и 25 голов коров, у сотрудника УполББ (уполномоченного по по борьбе с басмачеством) забрал 15 коров и т.д. Второй задачей Иль-Баши является пополнение отрядов живой силой, для чего им в кишлаке производится мобилизация. В кишлаке Гыш-Булак он своим отрядом окружил наш сборный дивизион и имел 15-часовой бой.

Основное же ядро шайки состоит из 35 джигитов – узбеков-бадраклинцев. Помощник Иль-Баши – Кара-курбаши. Сам Иль-Баши трус, как руководитель никуда не годится и держится потому, что выдвинут самими бадраклинцами как племенной главарь. Курбаши Иль-Баши среди джигитов пользуется влиянием и симпатией потому, что прост в обращении и не позволяет себе грубых отношений к подчиненным.


Племя Бадраглы.

Кара-Мандынский кент расположен между Гази-Малеком и горами Ак-жулы и Джитым-Тау. Кент заселен исключительно узбеками племени Бадраглы, которое делится на три рода: парч, кзыл-бай и мерген. Кроме того, каждый род делится на колена и подколена. Племя в начале басмачества выбрало себе беком Иль-Баши, которому и подчинялось. Кара-мандинский кент занимается, главным образом, скотоводством, разводит лошадей, коз и баранов, имеет богарные посевы пшеницы и ячменя и зигиря. На всей территории кента нет ни одного арыка, за исключением кишлака Пакрабат, являющегося тюменным центром. До революции племя было наиболее экономически сильным племенем в Локае, но с эмиграцией племени в начале басмачества в Афганистан, оно ослабло и теперь уже не имеет тех стад”.




Документ №3.

Представляет собой первую страницу рапорта неизвестного представителя ОО ПП ОГПУ по Средней Азии (имя автора установить не удалось, другие страницы отсуствуют). По косвенным данным документ составлен летом 1930 или 1931 г. (Таджикская ССР образована в декабре 1929 г.). Район действия – юг современной Согдийской (бывшей Ленинабадской - Ходжентской) области Таджикистана (верхнее течение р. Зерафшан, горные области Матча, Ягноб, окрестности городов Уратюбе и Шахристана). В документе подвергается резкой критике сам Гр. Андреев-Джурабаев, чье участие в боевых действиях ограничилось выдачей удостоверений красноармейцам – членам доброотряда. Как можно полагать, в дальнейшем Андреев каким-то образом сумел изъять рапорт из канцелярии местного ОГПУ (или получить его копию) и спрятать документ в своем тайном архиве. В дальнейшем фактические детали рапорта были использованы Гр. Джурабаевым-Андреевым в написании повести “Ледяная долина”. Рапорт рисует яркую картину поистине бедственного положения рядовых красноармейцев – голодных, босых, оборванных – и их семей, вместо положенных продовольственных пайков получающих пресловутые “удостоверения”. Представляется, что в подробных комментариях документ не нуждается.

Текст:


“Секретно.

Председателю ГПУ Таджикской ССР.

Докладная записка.

Шахристанский доброотряд прибыл в Ягноб вместе с опергруппой ПП ОГПУ в Средней Азии при уполномоченном Набатникове. Как он снабжался, в чем он нуждался, что он делал – я не знаю, ибо до 22 июня оперработой руководил т. Кулиничев, а после его отъезда руководить стал т. Набатников (Уполномоченный Ходжентского Оперсектора) и отряд находился при нем. Я же никогда при Шахристанском отряде не находился.

Только получив распоряжение т. Набатникова (“Шахристанский отряд переходит в Ваше распоряжение”) 29 июня я выехал из кишлака Кулибола в кишлак Наубат (там стоял отряд), чтобы ознакомится с ним.

При проведении общего собрания доброотрядцев выявился ряд крупных ненормальностей: обувь у доброотрядцев была разрушена, сапоги без подметок – перевязаны веревками, белья не было, верхнего обмундирования, мыла чая и денег также не было. Набатников сшил особенно нуждающимся 12 рубах и штанов из имевшегося у него материала.

Политически доброотряд был отсталым; никакой работы среди населения он не вел, между собой так же. Партъячейка организована не была. На мой вопрос – почему не работаете среди населения? – один отрядовец ответил мне: “Какое там население – они все нам враги, мы ведь берем у них продовольствие”. Здесь же эти вредные тенденции были разбиты: показан примером взвод 82 дивизиона, который, не зная языка, прекрасно справлялся с этим делом. Недовольствий на питание не было.

Сейчас же я написал в Засун и категорически стал требовать обмундирования, ибо отряд находился на работе фактически в Захмат-Абадском районе и снабжать Шахристанский отряд должен был Захматабадский район. Я написал вместе с тем и Набатникову в Матчу. От взвода выделили мыла, риса, махорки, урюку, чаю.

Через некоторое время район выслал 200 рублей денег и 2 килограмма зеленого чаю; относительно обмундирования район пообещался. Район выслал Ответственного секретаря Партийной ячейки взвода т. Лысенко, который организовал партъячейку в доброотряде. Отрядцы стали работать среди населения и между собой. Вторично было послано донесение в Засун. То же – в третий.

В это время я послал 2 отрядовцев (Кузибаева и другого, фамилию не помню) в Матчу с сообщением о бедственном положении отряда со списком, мною заверенным, которым удостоверялось, что отрядовцы не получают содержания, а их жены – пайков.

Наконец, в Засун был выслан мною помкомвзвода т. Лысенко с требованием выслать человек 10 Захмат-Абадского доброотряда или дать обмундирование. Район обмундирование не дал, а выслал смену в количестве 9 доброотрядцев, выслал также 5 фунтов чаю, 100 пачек махорки, мыла, 5 пудов урюка и 200 рублей денег. В свою очередь командир доброотряда Рязанов послал в Район людей за довольствием от себя (не информируя меня об этом). Этим так же было выдано мыло, чай, махорка и урюк.

С отрядом Захмат-Абада, предназначенным для смены Шахристанскому, я выехал лично и привез старые сапоги, выпросив их во взводе (красноармейцы эти сапоги не носили) и передал персонально доброотрядцу Серову, у которого сапог совершенно не было.

Отряд остался довольным. Провели собрание. Рязанов определенно заявил, что тех лиц, которые отряд поставили в такое положение, он привлечет к ответственности. Выявили хорошую работу отряда среди населения со дня перехода отряда в мое распоряжение, вынесено было отрядом порицание за халатное отношение к отряду со стороны уполномоченного Набатникова, взводу – за товарищескую помощь – объявили благодарность и мне объявили благодарность за умелое руководство и помощь.

Отряд пошел в новый поход через Засун. В деньгах отряд не нуждался – у него было 70-80 рублей. С Засуном я списался предложив, чтобы доброотрядцев премировали и выдали индивидуальные удостоверения. Лично думал поехать сам. Настроение отряда было прекрасно. Целую ночь – пляски и песни.

Выехать в Засун лично я не смог – убежали 5 бандитов из Пенджикентского дома заключений и пришлось их вылавливать, но я снова написал Политкомиссии т. АНДРЕЕВУ. Оказывается, при приезде моем в Засун, Пред. Полит. Комиссии т. АНДРЕЕВ выдал Доброотрядцам только удостоверения о работе и больше ничего. Отряд этим, конечно, остался крайне недоволен. Через несколько дней, получил письмо? -менное распоряжение? ...”



Документ №4.

Документ представляет собой копии представлений к наградам отличившихся в борьбе с басмачеством кишлаков с приложенной к ним вырезкой из неизвестной газеты.

Текст:


[Вырезка из неизвестной газеты]

“Перед юбилеем Красной армии за содействие Красной армии кишлаки представлены к награде.

За содействие Красной армии в ликвидации басмачества и укреплении советской власти центральная юбилейная комиссия при ЦИК постановила представить к награде ряд кишлаков:

КИШЛАК ГИЛЯН, Кашка-Дарьинского округа, награждается орденом Красного Знамени, двумя тракторами и открытием в нем врачебного пункта.

КИШЛАК РОД-УР, Сурхан-Дарьинского округа, награждается орденом Красного Знамени и трактором.

КИШЛАК ДЖАУЗ, Шахризябского района, награждается трактором и открытием в нем школы.

ЯВАНСКОЕ ПЛЕМЯ КАРЛЮКОВ, кишлак КУЛЯБ (Таджикистан) и кишлак ГАРМ представляются к ордену Трудового Знамени Узбекской республики.

Кроме того, к награде орденами Трудового Знамени к 10-летию РККА представляются 11 работников красной армии в Узбекистане.


[Представления к наградам]

Кишлак ГИЛЯН.

Кишлак Гилян расположен в 30-35 верст восточнее Шахризябса. Население кишлака – таджики рода “халдури”. В момент революции в 1918 году в Шахризябсе гилянцы восстали против эмирского чиновничества, но приехавшая комиссия с эмирскими войсками успокоила гилянцев и сместила всех чиновников кишлака Гиляна. Во время бухарской революции гилянцы выдавали Красной Армии всех эмирских чиновников, помогавших басмачеству.

Гилянцы всецело помогали нашим частям в борьбе с басмачеством, давая сведения о местонахождении басммаческих шаек. 12.VII.25 г. в кишлак. Гилян прибыла из Восточной Бухары басмаческая шайка численностью в 8 вооруженных джигитов под командованием КУРБАН НАЗАРА, которая была послана ХУРАМ БЕКОМ (глава Сурхан-Дарьинского басмачества) для сбора прововольствия. КУРБАН НАЗАР потребовал от гилянцев несколько пудов чая, табаку, подков и прочего. Жители, посоветовавшись между собою, решили уничтожить банду и выслали несколько человек для того, чтобы отрезать банде путь к отступлению. Оставшиеся жители, взяв у прибывших трех доброотрядцев винтовки, начали гнать басмачей, которые стали отступать на перевал. Жители теснили банду сзади и, убив одного джигита и одного ранив, захватили одну винтовку. Засевшие в горах гилянцы бросали в банду камнями и бандиты, не выдержав напора, свернули с дороги в сторону и, подойдя к отвесной горе, не могли дальше отступать. Видя свое безвыходное положение, басмачи побросали винтовки и решили сдаться. Гилянцами забрано 6 винтовок, 1 мушкетный карабин, 1 наган, 2 шашки, 8 лошадей и 7 пленных басмачей, во главе с КУРБАН НАЗАРОМ.

Соседние кишлаки враждебно смотрели на кишлак Гилян, т.к. гилянцы открыто выступали против басмачества, но т.к. соседние кишлаки давали своих людей в банду, поэтому они решили бороться против гилянцев. 15.VII.25 г. на гилянцев был произведен налет, т.к. последние не исполнили требования шаек; в результате, стойко отражая басмачей, гилянцам удолось выгнать банды из кишлака, однако потеряли 4-х дехкан убитыми и сожженными 5 кибиток.

После этого курбаши ТУРАБАЙ на совещании курбашей просил БЕРДЫ ДАТХО (руководитель Кашка-Дарьинского басмачества) наказать гилянцев за невыполнение приказов курбашей и указал, что по их примеру могут пойти и другие кишлаки.

22.IX.25 г. в 5 часов утра объединенные банды под командованием БЕРДЫ ДАТХО, МУЛЛА ТУРАБАЯ и других, численностью в 100 джигитов прибыли в кишлак Гилян и потребовали от гилянцев немедленно сдать оружие, забранное ими у курбаши КУРБАН НАЗАРА. Тогда гилянцы заявили БЕРДЫ ДАТХО, что они посоветуются. На совещании жители дали клятву уничтожить курбашей и джигитов, после чего восстали, убили курбашу МУЛЛА ТУРАБАЯ и 4-х джигитов и двинулись дальше произвести убийство БЕРДЫ ДАТХО, который находился в другой кибитке, но в это время к БЕРДЫ ДАТХО прибежал джигит с отрубленной рукой и заявил, что гилянцы восстали и избивают джигитов. БЕРДЫ ДАТХО отдал приказание расстреливать всех гилянцев (не исключая женщин и детей) и зажечь со всех сторон кишлак Гилян. В результате террора банд убито 76 мужчин, 68 женщин, детей мужского и женского пола 94, сожжено 180 дворов и 1093 кибитки.

Отмечая преданность Советской власти гилянцев и их борьбу с басмачеством, необходимо указать, что на протяжении трех лет гилянцы усиленно вели борьбу против басмачества и своей преданностью Соввласти способствовали ликвидации басмачества.


Кишлак рода УР.

(Сурхан-Дарьинская область, Байсунский туман).

Узбеки рода Ур, общины Куштам-Гали, племени Кунград расселены в Байсунском тумане по кишлакам: Пашур, Дуабе, Кизыл-Катон и Епфион.

В момент возникновения басмачества в Сурхан-Дарье Род Ур один из первых родов Сурхан-Дарарьинского округа, который не допускал басмачества на свою территорию и был грозой басмачества. Род Ур первый понял сущность Советской власти и уяснил басмачество, как разорителя населения и Советской власти.

Поэтому Род Ур первый выступил против басмачества, организовав 3 боеспособных отряда, которые за период существования басмачества отличились своей храбростью и стойкостью в деле ликвидации басмаческих шаек. Байсунскими доброотрядами рода Ур совершенно очищен от басмачества Юрчинский район, в котором оперировало до 7 басмаческих шаек численностью в 300 джигитов. По другим районам Сурхан-Дарьи: убито 13 курбашей, 52 джигита, захвачено в плен 7 курбашей и 20 джигитов, отрядам сдалось 5 курбашей и 18 джигитов, в том числе и МУСТАФАКУЛ БЕК – один из видных и выдающихся курбашей, терроризирующий население Сурхан-Дарьи в течении нескольких лет. Отрядами захвачено 31 винтовка, 18 револьверов, 9 шашек, 2459 патрон и 178 лошадей.

Проводя борьбу с басмачеством, Род Ур в любой момент выезжал для преследования басмаческих банд и давал блестящие результаты по ликвидации шаек.

Таким образом, Род Ур, выставляя свои отряды на борьбу с басмачеством, не только проводил боевые действия, но и в отдаленных кишлаках собирал население и проводил митинги и собрания, разъясняя последнему сущность Советской власти и разоблачая басмаческую деятельность.

В общем Род Ур проявил полную преданность Советской власти и отвагу в деле ликвидации басмачества, а поэтому проявленная работа их заслуживает награждения.


Кишлак ДЖАУС (Шахризябского района).

Кишлак Джаус, Шахризябского района, Кашка-Дарьинской области, один из кишлаков, проявивших активность в борьбе с басмачеством и преданность Советской власти до конца ликвидации банд в Кашка-Дарьинской области. За лояльность к Советской власти кишлак Джаус неоднократно подвергался нападениям со стороны банд, в особенности – со стороны банды БЕРДЫ ДАТХО. В начале 1926 г. БЕРДЫ ДАТХО с подчиненными курбашами, численностью в 120 сабель, сделал налет на кишлак Джаус, имея намерение разгромить кишлак и несмотря на то, что БЕРДЫ ДАТХО имел большую вооруженную силу, жители кишлака. Джаус с палками, кетменями и другим оружием ожесточенно защищались и отбивали банду, не давая ей зайти в кишлак для грабежей. Тогда курбаши БЕРДЫ ДАТХО поджигает кишлак и убивает до 30 человек дехкан. Однако жители Джауса все-же отогнали банду от кишлака и убили 8 джигитов. Жители кишлака Джаус беспрерывно вели работу по выявлению отдельных басмачей и пособников, а также указывали лиц, хранивших оружие. Таким образом, стоя на стороне Советской власти и помогая выявлять басмаческие шайки, кишлак Джаус выделил боевую группу из дехкан для отрядов Красной Армии, которым и указывали местонахождение шаек. Неоднократно подвергаясь сожжению кишлак Джаус, жители такового все-же продолжали активно нащупывать банды и подводить наши отряды к таковым.

Жителями кишлака Джаус были пойманы до 40 джигитов, а также помощник Курбаши БАРДЫ ДАТХО – МУСУЛЬМАНКУЛ (Илья ДЕЛЕВЕРОВ).


ЯВАНСКИЕ КАРЛЮКИ.

Яванские карлюки, неоднократно подвергаясь грабежам и террору со стороны оперирующих в Локае басмаческих шаек, первые выступили на борьбу против басмачества и отличились своей стойкостью, храбростью и боеспособностью в деле ликвидации шаек в Локае.

Карлюками был организован боеспособный доброотряд под командой КАРШИ АКСАКАЛА; кроме того, карлюки энергично принялись выявлять местонахождение банд, их пособников и выкачивать оружие от населения и т.д. Доброотрядом была организована вооруженная группа, которая была влита в банду МУЛЛА МАХМУДА, в результате МУЛЛА МАХМУД и его банда была разгромлены и самого курбашу карлюки на веревке притащили в Яван и сдали в ГПУ, причем захватили 5 винтовок, 430 патронов, 4 клинка и 2 револьвера. Отряд за период существования басмачества в Локае имел ряд боев, давших большие результаты. Отрядом убито 3 курбаши, 32 джигита, захвачено в плен 4 курбаши и 53 джигита; отряду сдалось 2 курбаши и 110 джигитов. Захвачено оружия: 38 винтовок, 15 револьверов, 13 шашек, 53 лошади.

Таким образом Яванские карлюки своими энергичными действиями проявили полную преданность Советской власти и вели борьбу с басмачеством вплоть до ликвидации такового.


Город Куляб (Кулябские таджики).

В тот момент, когда левобережье реки Вахш всецело было охвачено басмаческим движением, Кулябские таджики примкнули к гарнизону Красной Армии, находящегося в Кулябе. Во время осады Куляба ИБРАГИМ БЕКОМ, таджики всячески помогали гарнизону, доставляли ему воду, продовольствие и прочее, а также выделили группу дехкан, каковые ночью пробравшись через басмаческий стан, ушли в Сарай, где сообщили о том, что Куляб осажден ИБРАГИМ БЕКОМ и просили помощи. В результате через несколько дней подоспели несколько отрядов Красной Армии и отогнали ИБРАГИМ БЕКА от Куляба. Басмаческие шайки левобережья во главе с ИСМАТОМ всячески старались привлечь на свою сторону таджиков, но эта попытка не увенчалась успехом и таджики продолжали вести усиленную борьбу совместно с красными частями против басмачества, за что подвергались неоднократным нападениям со стороны шаек. Усиленный террор над таджиками басмаческих шаек левобережья еще более оттолкнул от себя таджиков и в 1925 г. таджики до 500 человек пришли в Революционный комитет и изъявили желание организовать отряд палочников для ликвидации банд левобережья. Организованный отряд таджиков начал активно действовать и в одном из боев с бандой ХАДЖАНА захватил 8 винтовок, убил 9 джигитов и тяжело ранил помощника ХАДЖАНА – БУРГУТА, которого кулябские таджики совместно с нашим уполномоченным захватили в одном из кишлаков, находящемся в окрестностях Куляба. Таджикским отрядом ликвидирована банда ИШАН ХАМИДА, 10 джигитов убито, сам ИШАН ХАМИД был пойман и представлен в ГПУ. В результате борьбы с басмачеством таджикским отрядом было убито 4 курбаши, 18 джигитов, захвачено в плен 2 курбаши и 12 джигитов; сдалось отряду 2 курбаши с 20-тью джигитами. Выкачано много оружия в районе Ховалинга.

В общем, таджикское население г.Куляба своей преданностью Советской власти и проявленной работой в деле борьбы с басмачеством достойно награждения”.



Словарь.

Амин – дословно: “верный, надежный, пользующийся доверием”, в Бухарском ханстве – старшина района или селения.

Арча – хвойное дерево, среднеазиатский горный можжевельник; взрослые экземляры дерева часто достигают 1 метра в диаметре.

Ахун-Бабаев – Юлдаш Ахунбабаев (1885-1943), видный советский государственный деятель, активный борец с басмачеством, в 1925-1938 гг. – председатель ЦИК Советов УзССР, в 1938-1943 гг. – председатель Президиума Верховного Совета УзССР.

Бо-бача (бой-бача) – сын или другой потомок “местного авторитета”, бая (иногда это почетное звание передается через 5-6 поколений). В настоящее время термин “бой-бачча” (-вачча) в Средней Азии употребляется, как почтительное обращение к человеку, о заслугах предка (отца, деда, прадеда) которого люди еще помнят.

Дагабаши – десятник, командир отделения (даха) басмаческой шайки.

Дехкан (дехканин) – поселянин, житель сельской местности, занимающийся выращиванием сельхозпродукции на личном (собственном) земельном участке (в отличии от батрака, поденьщика–мардикора, издольщика, арендатора).

Джигит – дословно: “юноша”, “парень” (тюрк.), в представленных документах почти исключительно в значении “рядовой боец” (“боевик”).

Доброотряд – “добровольческий” отряд, организуемый органами Советской власти из лояльно настроенных к ним жителей кишлаков. Помимо функций отрядов самообороны, доброотряды часто привлекались к исполнению карательных операций (современное значение - “зачистки”).

Дотхо (додхо) – буквально: “благоденствующий”, очень высокий чин в Бухарском эмирате, соответствующий генерал-лейтенанту или тайному советнику в царской России.

Кара-Камар – местность (в старину – селение) в настоящее время находящаяся точно на стыке государственных границ Узбекистана, Туркменистана и Афганистана, у берега р. Амударьи. До сих пор имеет важнейшее стратегическое значение.

Караул-беги – охранник бека, первый чин в иерархии бухарских чиновников, до революции соответствовал чину коллежского регистратора или подпоручика.

Кент – буквально: “город”, “поселение” (большой кишлак), т.е. “центр”, в представленных документах: все населенные пункты (включая отдельные усадьбы), находящиеся в округе “центра”.

Кундрат (конграт, кунграт, конрат и др.) – древнее племя тюркского происхождения, ныне оседло проживающее во всех странах Центральной Азии и в Афганистане. В Узбекистане наиболее большие общины кунгратов проживают в Джизакской, Кашкадарьинской и Сурхандарьинской областях.

Купкари (кокбури, кокпар, кокпари, улак) – конно-спортивная игра у тюркских и ираноязычных народов, вероятно еще скифского происхождения (у иранцев – близко к чоугану). Проводится, в основном, в периоды зимнего и весеннего солнцестояния. Между командами ведется борьба за символ “солнца” (круглый мяч или тушу козла). Игра имеет свои локальные варианты и правила, но в целом напоминает английское конное поло. Обязательный или желательный (по доходам устроителя) элемент свадебных торжеств в современном Южном Узбекистане, Таджикистане и Афганистане.

Курбаши – предводитель басмаческого отряда среднего звена (“полевой командир”).

Локайцы (локай) – в прошлом: кочевое и полукочевое племя сложного состава и неясного этнического происхождения (разные иссследователи относят локайцев как к ираноязычным таджикам, так и к тюркоязычным узбекам), ныне в основном проживают на территории Южного Таджикистана и Северного Афганистана. Большинством авторитетных этнографов (Б.Х. Кармышевой, К.Ш. Шониязовым и др.) ныне причисляются к узбекам.

Мерган – дословно “охотник”, “стрелок” (тюрк., тадж.), в документах соответствует современному “снайперу”.

Палочники – принудительно мобилизованные в боевые отряды мужчины-дехкане, вооруженные подручными сельхозорудиями (топорами, серпами, ножами, вилами и т.п.), а то и простыми палками (отсюда и название). Краснопалочники – организованные по тому же принципу дехкане, защищавшие Советскую власть, иногда отряды местной самообороны.

Тюмен (туман, тумен) – первоначально: кочевнический округ, приблизительно насчитывающий 10 тысяч человек жителей (отсюда – русское “тьма”, т.е. “очень много”), в Средней Азии XIX века – округ, район определенной области, где теоритически расселены эти «10 тысяч».

Шаит (шахид) – борец за веру, мученник. Так обычно называют тех, кто погиб в результате религиозных преследований, но не с оружием в руках. В общем смысле термин “шаит” аналогичен термину “гази”, но есть отличия: “гази” обыкновенно называют мусульманского воина, погибшего с оружием в руках, в то время как “шаид” – лицо не военное, а гражданское, погибшее исключительно “за веру”, а не в открытом бою.

Энвер-паша – турецкий генерал, зять халифа, известный международный авантюрист, после окончания 1-й мировой войны предложивший свои услуги эмиру Саиду Алимхану и некоторое время возглавлявший басмаческое движение в Восточной Бухаре. Погиб при невыясненных обстоятельствах в 1920 или 1921 г. (по одной версии – уничтожен в бою красноармейцами, по другой – убит конкурентами из эмирского окружения).

Якобаг (Яккобаг) – селение в современной Кашкадарьинской области Узбекистана, приблизительно в 20 км строго к югу от г. Шахрисабза. Следует учитывать, что в тексте имеется в виду не современный (т.н. “новый” Яккобаг, расположенный в степной местности и обозначенный на современных картах), а “старый Яккобаг” – селение, находящееся фактически в горах и контролирующее конно-пешие проходы из долины Кашкадарьи в Сурхандарью и Южный Таджикистан. В “старом Яккобаге” до сих пор сохранились мощные оборонительные сооружения (“кала” - крепость), владение которыми обеспечивало контроль над стратегически важными пунктами всей местности.

Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 21-01-2011 18:42
 
Above, in Russian, is given quite a lot of different documents relating to the period of struggle with the basmachs. Although the documents are quite interesting, to transfer a large amount of text I consider inappropriate. I will translate only the portion of information that can help work on the figures or create scenarios for the games. To read the rest - I recommend to use Internet-translator Google.

Tangri Berdy Dotho.

A resident of Guzar, Party member, illiterate, from the poor farmers. When Amir was in Shahrizyabs laborer. He is 35 years.
Became Basmachi since 1921. Was an active jigit Enver Pasha, who made ​​it to the rank of "dotho".

Tangri Berdy Dotho average growth, he had black eyes, dark face, a small beard. Parents - poor farmers.
In the battle dotho differs courage, energetic, his squad more often than other gangs, engages in battle with the Red Army, ably manages battle, successfully maneuvering applies to the protection of the flanks, producing accumulation and detours and failure departs dissipating his gang, and once again assembling it at the appointed village.
By the nature of Tangri grim, cruel and despotic, ruthlessly cut and shoot farmers, engaged in looting.

In the gang he had ex-soldier Russian Red Army Ilya Deliverov, deserter, taking the name Musulmankul. The He - the closest dzhigit Berdy Dotho. With him leader consults all over the trusts, Musulmankul married Uzbek women, have many of money, cattle and 8 horses.
A gang armed with Mosin rifle, sabers and revolvers. Dotho himself had an English rifle, a Mauser, a Browning and two revolvers. In the gang had a machine gun of Lewis, which was defective and was stored in the cache.
Closest assistants Tangri - Muhammad Ali and Mulla Toksoba Turabay.

Dzhigits.

Musulmankul, Ashur-Qurban of village Shakar-tori, Shayman Toksoba of Gayhan, Mullah Muso Bodvil, Tashmukhamed Umurzakov from the city of Langar, Islamkul of Achgisha, Shakar, Valikhan, Tufli Usta Khudaykulov of Karbak, Hodzham Berdy, Khashir of Sasyk-Bulak, Sultan of Choka-Turon, Tashbala of Shakar Tory, Ashour Kurbanov of Beshkop, Tyurabay, Payan, Dzhurakul, Rahmet, Kul, Avlyakul, Umar, Rahmatullah from Yakobag and Kasim of the Mumin-Abad.

Of the characteristics of Tangra Berdy dotho.

Berdy dotho, being by nature brave, knows perfectly battlefield conditions in mountainous terrain, often leaving the battlefield or completely without loss or, at worst - with the most insignificant losses. His exemplary courage he inspired dzhigits had a reputation among them, and this circumstance, if iron discipline, rallied around him a core of best bandits with whom he acted until the end of 1924.

Kishlaks (village) - an area of activity.

Kudchi, Abikandy, Khazar, Tipar, Shaitan, Ina, Tuda-Maidan, Turan-Chukur, Chachambe, Shalkan, Palman, Naukat, Matabdu, Beshkopa, Muchi, Kara-Busyuk, Danyar Shahu, Degli, Kushbashi, Kara-Payshi, Besh-Kazar, Kapush, Chagordo, Noki, Shakrit-Ari, Kupchak, Urus.
Since these villages were going to imperial minting gold coins, saddles, saddle-blanket, bridle, bibs, stirrups, Bukhara and Kitab silk, scarves, satin, etc.

Historical information.

At the beginning of 1923 in Shahrizyabsky area acted gang Abdu-Wali, Mullah Abdurazyk, Mullah Abduhodok and Mullah Abdurahman.
Each had its own strictly defined area of ​​operations. Abdu-Wali acted Shahrizyabsky and Kitabsky district, Mullah Abdurazyk - and Mullah Abduhodok the Samarkand district - in Urgut and Penjikent areas and Mullah Abdurahman - in Yakobagsky area. They are at enmity between
themselves to compete. It came to armed clashes. One kurbashi dared not enter the area by another kurbashi.

After the death of Abd-Wali, a gang he took command Berdy dotho. He wrote letters to all kurbashi, asked to stop fighting among themselves - to unite against Reds. Summer meeting was held between all kurbashi, which ended with reconciliation, exchange gifts and roles. But by the end of 1925, the year in Kashkadarya region there were only two groups - Berdy dotho with a base in Shahrizyabs and Kitab areas and Mullah Abdurazyk - Urgut-Penjikent region.

Characteristics the gang and the leader.

Gang Berdy dotho subordinate gang Muhamet Ali, Shayman Toksoba and Mullah Turabay. Personal gang Byrdy - 18, 10, 12 dzhigits reliable stable of people, candidates for spearheaded independent bands. All horsemen - kungradtsy, except for one Ishak-bashi.

Byrdy - an energetic man, maintains discipline the most severe measures, deeply religious, struggles with the Russian violators of the Shariah. Formally, it is for the restoration of the Emir, but the return of his not believe neither he nor his dzhigits. In the summer of 1925 Berdy year received a letter from Ibrahim Bek, where he notified him of the imminent arrival of the Emir of the troops. Immediately Berdy became when dzhigit, foul language to scold the emir, saying that the Emir's lying, and if within five years, he could not go back, then never come.

Dzhigits or anyone not propagandized, the Soviet authorities have little idea of faith in the rightness of their cause no. Stay in the gang explained only freely life Bassmachis, reluctance, and sometimes impossible, after the crimes, return to ordinary farmer life.

Weapons.

Each member of a gang armed with a rifle and a revolver, captured in battle or taken away from self-surrendered dzhigits. Having obtained a good rifle, Berdy supplies it any of their dzhigits whose rifle worse, and an extra rifle sends a gang of kurbashi Shayman. Each yielding Dzhigit try to take away from the gangs his rifle, which does not submit to the authorities and hiding in case if circumstances force him to return to the gang, for the position of dzhigit, who returned to the gang with guns, varies widely of profits in an unarmed gang. Surrendered with weapons Berdy trying to track down and shoot.

Supply.

Cartridges purchased on the ruble piece in Husar, Samarkand, Shahrizyabs the Red Army soldiers. Food and feed are provided with the population, and this provision is not considered taxable. Arriving in the village, a gang of influential persons receives all the necessary food for themselves and their horses. Tax to collect money and clothing - periodically, when there is a shortage. Early Byrd give orders Amin (in writing) to collect from one or another parish a certain amount, but the population has ceased to give, had him to start collecting your own.

Organization.

Most gang is divided into tens, commanded by dagabashi. Lower division teams do not. There is an administrative post - treasurer, which carries hurdzhin leader, which holds the money, robes and other property. The secretary-clerk, and kept all the correspondence gang. Berdy received a written directive from Ibrahim Bek and the Emir of Bukhara [Said Alimhan]. Thought of himself as autonomous, accepted
Ibrahim only as Commander in Chief, nominally, in fact he did not obey. Once Ibrahim in a letter asked them to send cartridges and
horse harness, promising to pay for it all rams. Berdy dotho refused, stating that he had enough of his sheep.




Обучение владению оружием. Источник и время съемки не известно.



Демонстрация и парад в Бухаре после свержения эмира. 2 сентября 1920 года.



Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 21-01-2011 19:53
 
Вот описание ещё одного знамени басмачей:
"На копии басмаческого знамени видна полуистлевшая надпись - мусульманская формула исповедания веры."

Отсюда:
http://historik.ru/books/item/f00/s00/z0000066/st007.shtml
(Музей истории религии и атеизма).

Очевидно, имелась в виду эта надпись:



«Свидетельствую, что нет божества кроме Аллаха, и Мухаммед — раб и посланник Аллаха». (арабский)

Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 22-01-2011 10:46
 
Слева направо: М. Айкарлы, Хамракул, Нур Мухаммад Бек.



Басмачи сдаются. 1931 г.




Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 22-01-2011 11:06
 
Вот достаточно интересный фитильный "карамултук" из Исторического музея КР. В принципе, все достаточно стандартно для времени и региона - фитильный спуск, скорее кнопкой, чем крючком, ложа с зацепом и сошками, приклад для помещения подмышку, ремень для переноски, продетый на своеобразный манер вокруг ствола через высверленные по обеим сторонам ложи отверстия. Но необычно то, что ствол нарезной. Гексагональная нарезка, известная как нарезка Витворта, впрочем, существовавшая в азиатских странах задолго до него самого.... Калибр около сантиметра. Шомпол утрачен. Типичное оружие небогатого среднеазиатского охотника, которое могло использоваться басмачами - партизанами.
"Карамултук" - "черное ружье". Называется так, видимо, из-за использования при стрельбе самодельного черного пороха, который, как правило, чабаны и охотники делали сами, смешивая нарытую в горах серу, уголь и селитру, которую получали с навоза....Такой порох был значительно "грязнее" фабричного и давал больше дыма и нагара....
Несмотря на неказистый вид, такой "агрегат" обладал вполне приличной дальностью и убойностью, да и неплохой точностью.
Кроме того, в витрине мы видим другое охотничье снаряжение: снегоступы, колпачек и насест для беркута, капкан и дроболейка.









А это кадр из советского фильма о басмачах, где мы видим такое оружие в действии:



Cuprum
Администратор


Из: Барнаул
Сообщения: 829

 Basmachis. 1916-42 / Басмачи. 1916-42 гг.
Отправлен: 30-01-2011 13:01
 
Для полноты картины размещаю статью, в которой достаточно подробно описано действие красноармейского подразделения в бою против басмаческой банды в пустыне. Думаю, это может помочь при разработке сценариев для игр

Газета САВО «Фрунзевец» № 113
от 18 мая 1940 года, стр. 2

БОЙ КАВПОЛКА В ПЕСКАХ
(Тактический пример из опыта борьбы с басмачеством)

Боевые действия в песках имеют свои особенности. Поэтому от войск требуется хорошая подготовка и тренировка. Скудность в дорогах, затруднения в переброске продовольствия и фуража, отсутствие воды, сильная жара создают большие трудности. Нужны большая организованность, дисциплинированность, способность преодолевать любые лишения.
Пустыня накладывает свой отпечаток и на методы ведения боя. Борьба частей нашего округа против басмачей оставила нам богатый опыт боевых действий в песках.
Ниже мы печатаем статью одного из активных участников борьбы с басмачеством полковника Я. КУЛИЕВА, рассказывающего об операции 3 мая 1931 года. Эта статья, несомненно, послужит известным подспорьем в изучении тактических особенностей действий в песках.

Кавалерийскому полку было приказано ликвидировать банду Мурат-Али-хана, обосновавшуюся в районе колодца Кзыл-Каты.
Марш совершался ночью, в условиях бездорожья, по каракумским пескам, известным своими сыпучими барханами. Ночь была не особенно темная, но из-за пересеченной местности видимость ограничивалась 20 шагами. По всему маршруту не было такыров, из-за бездорожья полк шел в колонне по одному, на сокращенной дистанции. Транспорт постепенно отставал.
Для обеспечения движения в голову колонны был выслан эскадрон. На флангах, на удалении 1-2 километров, двигались боковые заставы. Впереди, на удалении 15-20 километров, с проводником шел разъезд силой до взвода. Для охраны транспорта был назначен сабельный взвод с одним станковым и двумя ручными пулеметами.
В связи с тем, что марш предстоял длительный, трудный, командование предприняло такие меры:
Во-первых, до минимума облегчили вьюк коня. С переметных сум снято было почти все. Шинели, палатки и другие принадлежности навьючили на верблюдов. На седле оставался только один килограмм овса, котелок, конская торба и по 100 штук патронов.
Во-вторых, наименее выносливые лошади двигались в голове эскадронов, и ни в какой наряд не назначались. Для несения службы дозоров на флангах были отобраны наиболее сильные лошади, а кони чуть послабее несли службу в голове колонны.
В-третьих, в каждый эскадрон выделили по 6 быстроходных верблюдов породы «Эшдек» на случай замены уставших лошадей. На верблюдах первое время до наступления темноты несли службу дозоры. Ночью верблюдов пристраивали к колонне, потому что в условиях бездорожья каждым верблюдом управлять трудно.
В движении малых привалов не устраивали, а вместо этого шли пешком и коней вели в поводу. Опыт показал, что ночью при трудных маршах 10-минутные привалы отрицательно влияли на самочувствие бойцов. Слезая с коней, они начинают засыпать. Поэтому устраивали 2-3-минутные остановки, а потом вели коней в поводу 10-12 минут. На заре давался 1,5-2-часовой отдых (сон).
Следуя таким образом, полк 1 мая в 12 часов достиг колодца Кара-Илгын и остановился на шестичасовой привал. 90 километров прошли за 20 часов, хотя ноги коней по бабки уходили в песок.
Несмотря на трудности, из состава полка не выбыл ни один человек и ни одна лошадь. Прибыв к колодцу, полк выставил охранение, и уже через 20 минут люди пили чай, а через 1 ч. 30 м. - обедали. Быстрота развертывания деятельности хозяйственных ячеек в эскадронах только содействовала выполнению боевой задачи. К моменту выступления полка подошел транспорт и эскадронные хозяйственные ячейки пополнили свои запасы.
После шестичасового отдыха в 18.00 полк выступил. Дорога до колодца Игды была более сносной и легкой. Она проходила по так называемому узбою - бывшему руслу реки Аму-Дарьи. Грунт был твердый и мы преодолевали в среднем 6 километров в час. Полк шел в колонне рядами, длина колонны, включая и транспорт, доходила до 3 км.
Так колонна двигалась всю ночь. К четырем часам 2 мая полк достиг колодца Игды. У колодца был сделал 3-часовой привал.
В 16 часов головной отряд в районе колодца Валлы встретился с разведчиками банды. Дозоры головного отряда захватили в плен разведчиков противника и имевшихся при них 8 верблюдов, навьюченных водой. Путем опроса разведчиков удалось установить, что басмачи были готовы принять бой, что в составе банды 250 всадников. Выяснилось также, что 1 мая к банде присоединился отряд иомудской банды в составе 125 человек. Банда, как показали разведчики, расположилась в районе колодца Кзыл-Каты и окопалась на барханных высотах, которые опоясывают колодец в радиусе одного километра.
Подучив такие сведения, полк усилил меры охранения. Выслали на удаление до 2 километров полевые караулы (во всех направлениях), назначили дежурную часть. Вокруг бивуака и на дорогах были выставлены станковые пулеметы.
Ночью, примерно в три часа двадцать минут, при проверке мною караулов раздался выстрел с дороги, которая шла от места нахождения банды. Через минуту выстрелы участились. Караул полка находился в полной боевой готовности и начал отвечать стрельбой. Дежурная часть, быстро сев на коней, отогнала банду. Полк к 4 часам выступил, следуя к месту расположения банды. В головной отряд был назначен 2-й эскадрон со взводом станковых пулеметов. На флангах работали разъеды, каждый силой до взвода.
Далеко идти не пришлось. К 7 часам утра головное охранение, высланное от головного отряда, было встречено сильным огнем басмачей и уже к 7.45 (3 мая) полк сосредоточился в 1,5 км от расположения банды. Имея необходимые сведения, командование приняло решения и спешенные эскадроны, получив задачу, начали наступать. Отдельный эскадрон наступал на левый фланг противника, 2-й эскадрон - в центр и 3-й - на правый фланг.
Район действий был сильно насыщен барханами. Поэтому действия в конном строю были невозможны. Лошади по запястье уходили в песок и, помимо этого, были очень утомлены.
Фронт наступления полка в начале развертывания боя был до 2 километров, но к 12 часам стал расширяться и дошел до 5 км. Бой велся отдельными группами за овладение отдельными барханами, имели место отдельные окружения. Положение полка в этом бою было очень сложное и невыгодное. У бойцов оставалось по одной четвертой и 0,5 фляги воды, а у некоторых и того не было. День был жаркий, температура доходила до 48 градусов. Дул встречный сильный ветер с юга на север, поднимая песчаную пыль в воздухе, из-за чего сокращалась видимость. Ручные пулеметы были забиты песком и отказались действовать. Из имевшихся 6 станковых пулеметов работало только 4.
В таком состоянии продолжался бой до 16 часов, после чего положение изменилось. Отдельный эскадрон попал под силь ный винтовочный огонь укрывшихся басмачей и залет в 200 шагах от банды. Люди сильно утомились и продвигаться вперед не могли. Второй эскадрон, наступающий в центре, сломил сопротивление басмачей и, уничтожая противника, ворвался в его расположение. Третий эскадрон обошел правый фланг басмачей и вел огонь вдоль фронта.
Полковая школа вела бой с группой банды, которая намеревалась выйти в тыл полку, уничтожив до 35 человек, курсанты школы в пешем строю стали заходить на правый фланг банды. К этому времени 2-й эскадрон нес большие потери. Командир эскадрона, командир взвода и его помощник были ранены. Имели также потери и другие эскадроны. Однако бойцы упорно рвались в бой, не взирая на огромные трудности.
Басмачи, продолжая бой, одновременно рассчитывали с наступлением темноты убежать. К 18 часам было установлено, что полк догонять банду не в состоянии, конский состав может только идти шагом. Все колодцы (их в районе расположения банды имелось три) были засыпаны и надеяться на быстрое получение воды не приходилось. Тогда командование решило вернуться к колодцу Игды, где был сосредоточен транспорт, т.е. не транспорт подтянуть к войскам, а наоборот. Это, конечно, была очень грубая ошибка командования.
В 19.00 3 мая полк возвращался к колодцу Игды. По дороге случайно нашли дождевую яму. Вода была с примесью глины, но, тем не менее, напоили лошадей и людей и к 6.00 4 мая сосредоточились у колодца Игды.
Банда в этом бою потеряла до 90 человек убитыми и много ранеными. Спустя четыре дня главарь банды Мрат-Али-хан с оставшимися басмачами сдался властям.
До утра 6 мая полк стоял у колодца, а затем выступил по направлению к станции Кзыл-Арват. 120 километров полк покрыл за 20 часов в два перехода.

***
Какие можно сделать выводы из опыта борьбы полка с басмачеством в Кара-Кумах?
Путь по пескам до колодца Кзыл-Каты протяженностью 200 километров полк прошел за 40 часов, преодолевая в среднем 5 км в час. Это в условиях песчаной местности вполне нормально.
Бойцы и конский состав вполне способны вести победные бои в самых тяжелых условиях пустыни.
Ручные пулеметы в условиях песков забиваются песком и иногда отказывают в работе. На основе опыта, полученного в этим бою, были сшиты из палаток противопесчаные занавески и пулеметы стали работать безотказно.
Действуя в песках, нельзя отрываться от транспорта, так как водные ресурсы чрезвычайно ограничены. Желательно иметь при бойце дополнительное количество возимой воды.
Уставные нормы переходов (50 км в сутки) в условиях песчаной местности и удаленности колодца от колодца нарушаются. Нормы переходов связаны с удалениями друг от друга колодцев. При всем желании вести колонну сокращенно в глубину это невозможно. Дорога позволяет идти в крайнем случае рядами, но главным образом по одному. Тропа обычно проходит по многочисленным барханам, покрытым зарослями саксаула, поэтому, если свернуть с дороги, выделить колонну в сторону, это мероприятие не даст никакого преимущества. Всадник вынужден будет объезжать барханы и отрываться от основной колонны, а ехать, теснясь, по тропе, ширина которой 1,5-2 метра, а местами и 1 метр, трудно. При наличии такыров возможно движение любым строем, вплоть до развернутого строя эскадрона.
Роль разведки в песках приобретает особое значение. Пересеченная местность ограничивает видимость и наблюдаемость до 1-2 км. Быстро меняющаяся обстановка, как было 3 мая, заставляет применять круговую разведку с частой заменой разъездов.

Полковник Я. КУЛИЕВ.

Первый   Предыдущий  1 - 10  11 - 20  21 - 30   31 - 40   41 - 50  Следующий   Последний
Новинки нашего магазина
Рыцарь Вальтер фон Метце. Германия, 13 век; 54 мм
Рыцарь Вальтер фон Метце. Германия, 13 век; 54 мм
₽ 315.00
Тевтонский рыцарь, крестоносец.  13 век; 54 мм
Тевтонский рыцарь, крестоносец. 13 век; 54 мм
₽ 394.50
Варяжский воин. Русь, 10 век; 54 мм
Варяжский воин. Русь, 10 век; 54 мм
₽ 334.50

Статистика

Сейчас посетителей на форуме: 7 Гости
Всего сообщений: 2939
Всего тем: 317
Зарегистрировано пользователей: 1389
Страница сгенерирована за: 0.099 секунд

Copyright © 2019 7910 e-commerce